Удар молнии - Виктор Кнут

Оказалось, что их зовут Андрей и Виталик, У каждого из них за плечами было по двадцать восемь прожитых лет и по доброму трехмесячному запою, который пока не спешил закругляться. Нет денег — пес с ними! Зато найдутся всегда добрые люди, которые и похмелят, и напоят. Такие вот, вроде нас, дураков, что взяли и подарили за просто так бутылку водки «Кристалл». А может быть, не за просто?…

— Так что, мужички? Пошабашим сегодня? — звонко спросила Алина, когда после первой порции водки у наших новых знакомых перестали ходить ходуном руки и губы и начали шевелиться мозги.

— Ща! Децл вмажем ищо и пошабашим, — пообещал Андрей. — А чо делать-то, девушка? — Он набулькал в нечистый граненый стакан граммов пятьдесят и протянул его мне, но я молча покачал головой. — Вольному воля. Нам достанется больше… Ха!.. По-о-ошла, проклятущая!..

Мы сидели прямо на травке под раскидистым дубом на заднем дворе одного из домов, выходившего фасадом прямо на Большую Озерную. До павильона «Мясо-Маркет-Колбасы» отсюда по прямой было всего метров сто пятьдесят. А до появления серенького «Уазика» оставалось чуть больше двух с половиной часов.

— Короче, слушайте, мужички, — сказала Алина, дождавшись, когда наши друзья-алкоголики примут на грудь по третьей дозе и окончательно придут в себя. — Тут вот какое дело. Надо сымитировать нападение на меня…

— Чего-о-о?! — перебил Алину Андрей, но Виталик ткнул его в бок:

— Погоди, пущай говорит.

— Да, выслушайте сперва. Так вот, мне надо познакомиться с одним человеком и сделать это как будто случайно. Когда он сегодня подъедет на рынок и вылезет из машины, вы начнете ко мне приставать. Хватать за руки, пытаться куда-то тащить. Разрешаю даже полагать меня за грудь…

— О-о-о! — одновременно вырвалось из двух проспиртованных глоток.

— …даже задрать мне юбку. Я обращусь к этому человеку за помощью. Он, конечно, заступится, попрет на вас, но вы в драку не ввязывайтесь. Сделайте вид, что испугались, и валите подальше. Скажем, сюда. — Алина похлопала ладошкой по траве. — За эту работу Никита, — она кивнула в мою сторону, — купит вам водки. Две бутылки. О'кей?

Мужички почесали репы. Отошли в сторону и пошептались. И наконец ответили:

— Не-е. Водки не надо. Лучше деньгами. — И нерешительно назначили цену: — Пятьсот рублей.

— От мертвого осла уши! — сразу отреагировал я, вспомнив Остапа Бендера.

— Цистерну спирта и фургон колбасы на закусь, — подхватила Алина. — Не-е-ет, родимые. Обломитесь, пожалуйста… Стошка! Лады?

— По рукам, — согласился Андрей. — Стошка, батон колбасы и по бутылке пива. — Он умело разделил остатки «Кристалла» между собой и Виталиком и, опрокинув в глотку стакан, крякнул: — Ого!.. Ну что, красавица? Будем тренироваться. Показывай, как лапать тебя за сиськи.

— И задирать юбку, — добавил Виталик.

Это они так шутили. На самом деле им было плевать на Алинины прелести. Их заботило только одно — догнаться, — и следующие два часа мы с Алиной с трудом отбивались от настойчивых просьб выдать аванс. Позволили раскрутить себя лишь на пиво. Оставив Андрея с Виталиком пить его возле избы «Магазин», я быстро сгонял домой — к бабе Марусе — и вернулся оттуда с пакетом, в котором лежали фугасы. До приезда «Уазика» оставалось всего полчаса. Пора выдвигаться на позиции.

— Пошли, — буркнул я. — Надо еще привязать где-то собаку. — И мы потопали к рынку…

Все было разыграно, как по нотам. Спрятавшись за кустами акации, я наблюдал за тем, как минута в минуту подъехал «Уазик» и припарковался на старом месте — метрах в тридцати от меня. Белобрысая девушка пошла за покупками. Водитель принялся оттаптывать тротуар возле своей машины. Почти сразу из-за угла магазина вывернула Алина, остановилась, достала из сумочки кошелек и начала пересчитывать деньги. В этот момент мимо нее, слегка покачиваясь, двигались два подвыпивших типа.

— Во! Бля, ништя-а-ак! — Один из них притормозил и уставился на Алину. — Во, блин, коза!

Второй мужик, подрыгивая задницей, обошел красавицу в лиловых босоножках-колодках и подпер плечом магазин в паре шагов от нее.

— Алё, слышь, что ли, ты! Дашь полтаху, тогда ничего не будет. Ха!

Андрей почти выкрикивал каждое слово, и я отчетливо слышал весь его гнусный базар. И млел от восторга. Какие артисты! Как здорово они вжились в роль! Я не рассчитывал даже на двадцать процентов от того, что сейчас наблюдал. Впрочем, скорее всего, эти мерзавцы играют самих себя. Им это не ново — пугать по пьяни несчастных девушек.

Тем временем «несчастная девушка» затравленно сжалась и попыталась сделать робкий шаг в сторону, но ее сразу же цепко схватили сзади за плечи. Андрей состроил на роже улыбочку и ловко запустил руку Алине под юбку.

Алина охнула и выпучила глаза.

Я зло скрипнул зубами.

Водила-пилот поставил уши торчком и сделал стойку.

Два вчерашних кавказца с бананами и помидорами, стоявший рядом с ними верзила с золотой цепью на шее. четыре торговки с рынка — все с замиранием сердца наблюдали за разворачивающимся у них под носом спектаклем. И никто не сделал и шага, чтобы вмешаться. Это были не их проблемы. Они не хотели себе неприятностей. Два кавказца, верзила, торговки… Рядом больше никого не было, если не брать в расчет водилу-пилота. К нему-то и обратилась Алина:

— Мужчина! Мужчина же!!! — с трудом выдохнула она. — Помоги-и-ите! А-а-а!!!

Водитель не выдержал и, окинув взглядом «Уазик», ринулся в бой. Как истинный рыцарь. Спасать принцессу из цепких лап гоблинов. А уже через доли секунды я летел со всех ног по направлению к серой машине.

Все заняло около тридцати секунд. Я с раз-. бегу, не обращая внимания на обдирающий кожу асфальт, вогнал свое тело под «Уазик». В руке уже был зажат купленный вчера в «хозто-варах» шпатель, и я начал вгрызаться им в вековые наросты грязи, облепившей днище машины. Шпатель гнулся, но грязь легко отслаивалась большими пластами и обрушивалась вниз… Есть! Площадка для первого фугаса готова… Есть! Для второго фугаса… У меня не было времени копаться в пакете, и я в мгновение ока разодрал его на две половины. Обе бомбы, чтобы их магниты намертво не сомкнулись друг с другом, были разделены куском дюймовой доски, но все равно мне пришлось напрячься, чтобы разъединить их… Есть! Первая бомба заняла свое место… Есть! Вторая — та, что поменьше, с загодя вставленным во взрывчатку электронным взрывателем — приклеилась к днищу. А к ней, в свою очередь, прилип шпатель. И черт с ним!.. Все! Закончил!

Не решившись оставлять под «Уазиком» остатки пакета, — а вдруг этот черт-водила решит туда заглянуть и что-нибудь заподозрит, — я зажал их зубами и начал выбираться из-под машины. Хватаясь руками за что-то масляное и грязное. Обдирая пальцы о какие-то железяки. Глаза были забиты песком, я больно приложился щекой к глушителю. Спина горела. От футболки остались лохмотья…

Я наконец вылез на волю, вскочил на ноги и, по пути протирая глаза, поспешил через дорогу назад к спасительным кустам акации. Оба кавказца и верзила с золотой цепью на шее с интересом наблюдали за мной. Они видели все. С начала и до конца. И, конечно, сделали выводы. Верные выводы насчет бомбы. Уж эти-то не ошибутся! Правда, и не будут болтать никому. Хотя, кто их знает… Ладно, позже сделаю им внушение.