Возвращение в строй - Александр Тамоников

– Мы уже, по-моему, обсуждали это. Все, Макс, пора, таксист уже ждет, – посмотрев на часы, сказал Павел.

– О’кей, капитан, начинаем.

Они спустились вниз, вышли из подъезда и направились каждый к своей машине.

Кулагин сел на переднее сиденье, забросив рюкзак на заднее:

– Добрый вечер, Борисыч!

– Добрый. Значит, в Светлое?

– Да, и давай обговорим поездку. Тебе надо проехать мимо деревни, за рощей высадить меня, развернуться и ждать. Я прогуляюсь в одно место, решу кое-какие вопросы и вернусь. Если кто-то подкатит и спросит, чего стоишь, скажешь…

– Я найду что сказать. Пошлю так далеко…

– А вот этого делать не следует. Простые люди интересоваться не будут. Тем же, кто устроит расспрос, лучше не дерзить. Скажи, сломался, позвонил племяннику или сыну, должны подъехать. А кто и куда возил, ответишь, в соседнюю деревню до околицы, а кого, имени и фамилии не спрашивал. Сам же набери меня по телефону и спроси, будто я твой родственник, когда подъеду? Потом возмутись и скажи, что, мол, проще эвакуатор вызвать. И вызывай эвакуатор.

Таксист внимательно посмотрел на Кулагина:

– Почему такие сложности, Паша? Что ты задумал? Нет, можешь, конечно, не говорить…

– К даме я пойду, Борисыч, а у нее папаша крутой, не хочет, чтобы мы встречались. У него своя охрана есть.

– Понятно. Ладно, так и сделаем. Долго у девушки-то будешь?

– Нет, постараюсь за час уложиться.

– А чего так? Я подожду.

– Не получится. Позже, если решится, увезу ее.

Павлов развернул «Рено», выехал на улицу Тургенева и повел в сторону объездной дороги. По ней было ближе выйти на трассу до Нижнего Новгорода.

Такси остановилось в 0.40 за рощей, там, где указал Кулагин.

– Ну, я пошел, Борисыч, – забрав рюкзак, сказал Павел.

– Удачи, капитан!

Кулагин вошел в рощу. Он здесь не был, но направление знал и через пять минут уперся в кирпичный забор. Теперь следовало найти трубу. Он сориентировался по крышам особняка и сауны. Но искал еще минут десять, возможно, в темноте без фонаря и не нашел бы, если бы не решил идти вдоль забора. В конце концов угодил в заросшую яму, где торчал внешний конец трубы. Перемещаться внутри пришлось ползком. Ровно в час он оказался на территории. Добрался до сауны, там прилег за куст, осмотрел освещенный возле особняка участок местности. Никого. В доме свет тоже не горел, только тускло светилось окно проходной. Алексеев не спал, бдительно нес службу. Кулагин достал бинокль, навел на окно третьего этажа. Оно было приоткрыто, портьеры сдвинуты в сторону, под легким ветерком колыхалась органза, а за ней… силуэт женщины. Она ждала его. Елена сдвинула органзу и махнула рукой – увидела его.

Павел показал жестами, чтобы ушла в глубь комнаты, а сам достал сотовый телефон, нажал клавишу вызова:

– Макс, я!

– На связи, – по-военному ответил подполковник.

– Я на месте. Готов к сближению с домом и подъему, начинайте спектакль.

– Аккуратней на стене, скалолаз.

– Все будет о’кей!

– Ты видишь КПП?

– Да!

– Как охранник подойдет к решетке, сразу двигай к стене. И не забудь сбросить сигнал об окончании свидания.

– Конечно. Вы только не особо шумите, чтобы хозяев и прислугу не разбудить.

– Не беспокойся. Если и разбудим, то вряд ли Стариков пойдет разбираться, в чем дело. Свяжется с охранником, тот все объяснит.

– Лады, командир, работаем!