Комбат. Механик для легионера - Андрей Воронин

В Читинском аэропорту Москита тоже встречали. Метис позаботился. Похоже, у него в каждом российском городе имелись знакомые. Москит указал своему новому подручному на Комбата со Светланой, и тот, поняв все с полуслова, сел им на хвост. Москит же, взяв ключи, отправился искать серый «фольксваген». Зачем ему лишний раз светиться. Подручный вернулся минут через десять и сразу уселся за руль.

– Твоих клиентов встретил какой-то мужик и определил их в свою тачку. Глянь, они отъезжают, – сообщил он.

Москит искренне порадовался, что Чита – сравнительно небольшой город. В любом из московских аэропортов они уже раз десять могли потерять своих подопечных.

«Фольксваген» тронулся с места. Москит смотрел на шедшую впереди легковушку, думая, каких еще сюрпризов можно ждать от преследуемой им парочки. Он ведь и предположить не мог, что у них в такой дали окажутся друзья-приятели. Москит надеялся, что мужик с девкой сразу отправятся на рейсовом автобусе по своим делам и он в течение дня сумеет улучить момент для расправы. Теперь жди и гадай, сколько времени они задержатся в городе. Хорошо, если ближе к вечеру освободятся, а если зависнут тут на пару-тройку дней? Москит о таком варианте не подумал, даже «жучков» оставил дома. Хотя элементарные подслушивающие устройства можно достать везде, проблема в том, как их установить. Значит, опять торчать в машине, карауля подопечных, словно цепной пес?

Другие варианты в голову не приходили. Напарнику Москита такой расклад сильно не понравился.

– Думаешь, у меня десять тачек и я их оставляю по разным дворам! – буркнул он, но все же машину отдал.

Похоже, Метис имел на него большое влияние.

Договорились быть на связи, а утром встретиться здесь же, во дворе. Москит вполне разумно предполагал, что парочка заночует у друзей и на следующее утро отправится по своим делам.

Так оно и вышло. Утром явился напарник с помятой физиономией и дыша перегарным выхлопом. Москит не удержался от вопроса:

– Как же ты сядешь за руль?

– А, – отмахнулся тот. – Меня большинство здешних ментов знает. Если тормознут, суну бабки и поеду дальше.

– Пока ты будешь совать бабло, они успеют свалить, – в голосе Москита чувствовалась озлобленность.

– А ты че, всевидящий? Вдруг они зависнут тут еще на пару дней? – в свою очередь окрысился напарник.

Дальнейшую грызню остановило появление Светланы с Комбатом в сопровождении Широкова.

– Кажется, сваливают, – напрягся Москит. – Дай им отъехать и трогай.

– Не учи меня работать! – зло бросил напарник, вставляя ключ в замок зажигания.

Они двинулись следом за легковушкой и без приключений выбрались из города. Тут вдруг автомобиль преследуемых затормозил и свернул на лесную дорогу. Напарник, проехав чуть дальше, остановился.

– Подожди меня на всякий случай, – Москит выскочил из «фольксвагена».

Он не уточнил, сколько именно ждать. Не до того было, да и кто знал, как развернутся события дальше. Увидев легковушку, Москит затаился где-то посередине между ней и дорогой. Он пережил немало тревожных минут, когда преследуемые исчезли в лесу. Москит не знал, что ему делать. Бежать искать? А если они вернутся и уедут? Оставаться на месте? А преследуемые углубятся в тайгу, потом их ищи-свищи! Все же он решил остаться. И правильно сделал. Мужик и девка вернулись, попрощались с хозяином машины, вскинули на плечи рюкзаки – один в пять раз больше другого – и пошли. Москит ринулся за ними короткими перебежками.

Он быстро засек свою парочку. Поначалу ему было легко и хорошо. Те двое тащили рюкзаки, а Москит двигался налегке, обремененный только двумя ножами. И желанием курить, усиливающимся с каждым пройденным километром. Причем Москит вполне мог слегка отстать и пару раз затянуться, будь у него дешевая зажигалка с колесиком, дающая огонь почти бесшумно. Нет, у него в кармане лежала фирменная вещица, издающая при нажатии громкий щелчок. И приходилось терпеть, глядя, как мужик время от времени затягивается сигаретой. А затем преследуемые уселись обедать, и Москит услышал, как его кишки заиграли марш. Ведь за прошедшее время он перекусывал на ходу, не досыта, а просто заглушая голод.

«Ничего, я вас, голубков, сейчас уложу и нажрусь от пуза!» – решил Москит.

Однако не все так просто. Для перекуса мужик умудрился найти довольно открытое место. А когда две пары глаз смотрят в разные стороны, подобраться незаметно довольно затруднительно. Стоило преследуемым отправиться дальше, и возникла другая проблема. Рюкзак закрывал спину и голову мужика. Подобраться к нему не составляло труда, но кидать нож было бессмысленно, он бы не пробил лежащее в рюкзаке барахло. А на то, чтобы подобраться вплотную и нанести разящий удар, у Москита не хватило духа. Почему-то мужик вызывал у него странную робость. То ли своими размерами, то ли уверенными манерами бывалого человека. Дело шло к тому, что вместо приказа Метиса Москита на преступление толкнет один из основных инстинктов: поголодав еще день-другой, он совершит убийство ради пищи.

Но вот стала медленно сгущаться ночь. Москиту предоставлялся более чем реальный шанс. Преследуемые готовились к ночлегу, мужик установил палатку, развел костер. Москит довольно ухмыльнулся. Вот они и попались, голубчики. При его навыках бесшумно открыть палатку – минутное дело. А там уже привыкшие к темноте глаза и твердая рука используют холодную сталь по назначению. И назад, в Москву! Только что-то подозрительно возится мужик, вбивает колья, что-то натягивает между ними. Неужели почуял опасность? Или страхуется от таежных зверей? По-любому это плохо, очень плохо. В ночном мраке крайне трудно ориентироваться. Если к большой палатке еще можно подползти, то как заметить тонкую веревку или что там еще он привязал? Практически нереально. А у Москита лишь одна попытка. Если зазвонит колокольчик, то он насторожит преследуемых, и затем убрать их будет многократно сложнее. Стоит ли рисковать или отложить расправу на утро? Тогда мужик выйдет по своим надобностям и будет абсолютно беззащитен. Не станет же он надевать рюкзак, чтобы справить малую нужду. И вот тогда Москит метнет нож в его открытую спину.

Бандит не мог признаться самому себе, что он боится и потому оттягивает решающий момент. Москит нашел место поровнее, густо заросшее травой, и устроился на ночлег. От земли шел холод, в лесу раздавались разные подозрительные звуки, мешающие уснуть. Москит свернулся калачиком и долго лежал, прежде чем погрузился в беспокойную дрему.

Его разбудила утренняя прохлада. Уже рассвело, и Москит осторожно перебрался как можно ближе к палатке. Оттуда раздавалось тихое похрапывание.

«Дрыхнете, суки! – мысленно произнес Москит. – Вам тепло, хорошо, а я замерз, как собака! Ничего, и за это я тоже с вами рассчитаюсь».

Наконец в палатке кто-то заворочался. Оттуда вышла девушка. Москит облегченно вздохнул. Хотя он сжимал и разжимал кисти рук, напрягал и расслаблял мышцы всего тела, полностью отогреться ему не удалось, а это грозило отразиться на точности броска.