Милицейский спецназ - Александр Тамоников

Объяснилось все достаточно быстро.

Темная фигура споткнулась.

И тут же раздался знакомый голос:

– Мать твою! Ну и темень! Костыли точно посшибаешь! Суки-власти, хоть бы один столб на отшибе поставили!

Кузьмичев облегченно вздохнул.

– Васька!

Белугин от неожиданности воскликнул:

– Володька? Ты? А чего ты с ружьем-то?

Белугин подошел к Кузьмичеву:

– Ты чего, Володь, с волыной, спрашиваю?

– Да вот, «гости» опять посетили!

– Да ты что?

– Дверь поленом придавили и с четырех углов подожгли дом!

Василий часто заморгал глазами, открыв рот:

– Постой! А ведь я видел двоих, что отсюда к трассе по пустырю вдоль леса торопливо шли.

– Узнал?

– Откуда? Кого в этой тьме разглядишь?

– Ясно. Но что мы под дождем мокнем? Пойдем на крыльцо, покурим!

Усевшись, друзья закурили.

Кузьмичев спросил:

– Значит, двое неизвестных к трассе пробирались?

– Ага! И направлялись к стоянке транзитников, что у закрывшегося недавно придорожного кафе.

Кузьмич задумался.

– Ты вот что, Вась, здесь часок побыть сможешь?

– Смогу, куда мне спешить? Я соседа – сторожа лесопилки подменял по его просьбе. Договаривались – до утра, а он час назад возвернулся. Так что Клава ждать будет к семи часам. А ты чего задумал, спецназ?

– Потом объясню!

Старший лейтенант вошел в дом.

В прихожей, закутанная в платок, стояла супруга.

– Кто там объявился, Володь?

Она услышала обрывки разговора и насторожилась.

– Все нормально, Кать, Васька зашел.

Жена удивилась:

– А ему чего по ночам не спится?

– Подменял соседа-сторожа, на обратном пути и зашел. Ты вот что, Катя, принеси-ка мне служебное удостоверение.

– Зачем?

– Надо, Катя, надо. Пройдусь до трассы.

Супруга выполнила просьбу мужа.

Кузьмич принял удостоверение, указав на дверь:

– Ты не волнуйся, я быстро обернусь, а пока буду отсутствовать, вас с бабушкой Василий посторожит. И вообще, ложилась бы ты спать, а? Умаялась ведь!

– Спать? Уснешь сейчас, как же.

– И все же постарайся. Завтра тебе понадобятся силы. И ни о чем не волнуйся. Обещаю, все будет хорошо!

– Поцелуй меня, Володя!

Старший лейтенант обнял жену.

Катя прижалась к сильной груди мужа.

– Береги себя, Володь!

– Обязательно! Но мне пора, дорогая.

Кузьмичев вышел на крыльцо.

Василий рассматривал ружье.

Владимир спросил:

– Знаком с системой?

– Да, вроде все, как у «калаша», только магазин короткий да ствол шире.

– Ружье заряжено дробью. Следи за обстановкой. Семью на тебя оставляю. Но задержусь ненадолго. Надо мне пробить одну фишку. Пошел я.

– Удачи!

Кузьмич скрылся в кустарнике за калиткой.

Минут через пятнадцать он был уже на трассе. Вдоль дороги по обочине и с той, и с другой стороны стояли грузовые автомобили. Водители в них спали. Только из-за шторок лобовых стекол одного «КамАЗа» пробивался тусклый свет да звучала инструментальная музыка. Старший лейтенант подошел к машине. Стараясь находиться вне зоны видимости зеркал заднего вида, прислушивался. Внутри кабины торговались. Мужчина и женщина. И голос женщины Кузьмич без труда узнал. Он отошел от «КамАЗа», перепрыгнув через неглубокий и неширокий кювет, скрылся в тени густого кустарника. Оттуда осмотрел колонну транзитных машин. Увидел, что вдоль дороги стоят только грузовые автомобили. Ни одной легковушки или микроавтобуса на стоянке не было. Но разрыв между грузовиками в одном месте говорил, что здесь стоял легковой автомобиль. Интересно, что заставило водителя, остановившегося на отдых среди ночи да еще в дождь, продолжить движение?

Размышления старшего лейтенанта прервал шум открывающейся двери «КамАЗа». Из кабины на асфальт легко спрыгнула молодая девица в короткой юбке и открытой блузке. И девицей этой была не кто иная, как Ленка Корма. На этот раз проститутка имела зонтик, который открыла, оказавшись под прохладными струями дождя.

Кузьмич решил, и небезосновательно, что проститутка пойдет к дороге, ведущей в город, но Корма, о чем-то подумав, вдруг перепрыгнула через кювет и вошла в кусты, совсем рядом с офицером милиции. Старший лейтенант быстро огляделся, не поджидает ли девицу кто-нибудь рядом, но никого не увидел. Елена же углубляться в заросли не стала. Повесив на куст зонт, она присела. Кузьмич отвернулся. Вот для чего Ленка нырнула в массив. Перехватил ее, когда она, закончив свои дела, пошла к дороге. Перехватил мгновенно, сзади, зажав ей рот, чтобы перепуганная проститутка пронзительно не закричала.

Владимир почувствовал, как забилось ее сердце. Поспешил успокоить, прошептав на ухо:

– Спокойно, Елена Александровна. Я – старший лейтенант Кузьмичев.

Тело Коровиной ослабло.

Кузьмич продолжал:

– Я сейчас отпущу тебя, пожалуйста, не кричи! Поговорим немного, и отпущу. Договорились?

Корма согласно закивала головой.

Владимир освободил захват, снял с куста зонт:

– На, прикройся!

– Ох! И напугали же вы меня! Подумала – маньяк! И сразу вас вспомнила. Ну, когда о сгоревшей женщине рассказывали.

– Как же ты за считаные секунды о чем-то еще подумать могла, тем более вспомнить?

– Не знаю! Но клянусь, так и было!

– Ладно! А ты, гляжу, работу свою не бросаешь? Урод заставляет?

– Нет. Сейчас Фома запретил возле дороги тусоваться.

– Да? И почему?

– Я знаю? Сказал – всем на дно. А лучше вообще слинять из Горинска. Вынужденный прогул, сказал, будет оплачен.

– Странно. Ну да ладно. Так чего ты не послушалась своего шефа? Решила на себя поработать?

И опять проститутка согласно кивнула головой:

– Уехать отсюда я решила. Насовсем! Вот и хочу, пока Фома со своими шакалами на время отстали, бабок сбить побольше. Чтобы хоть первое время на свои жить!

– Ты мне правду говоришь?

– Честное слово! И с проституцией решила завязать. Парня найду, даст бог, порядочного, заживем, как люди. Но здесь Фома не даст.