Игра теней - Петр Катериничев

Но… «Братья и сестры…» Объяснять это обращение только коварством восточного деспота? Именно во время войны православная Церковь в России стала возрождаться…

В самый страшный и непредсказуемый период в конце 1941 года по чьему-то тайному приказу Донская Чудотворная икона Пресвятой Богородицы была провезена по всем рубежам московской обороны… И враг дальше не прошел…

Сталин выстроил пирамиду, на вершине которой был он сам. Все остальные — всего лишь подданные. В подножии пирамиды — государственные рабы ГУЛАГа, чуть выше — тоже рабы, но, как выражались о временах позднего Рима, — «рабы с хижинами». Они были прикованы к земле или к заводам не только жестокой дисциплиной, но и страхом за семью: репрессии никогда не щадили ни детей, ни женщин.

И при этом любой сподвижник Сталина, человек аппарата любого уровня и ранга, знал: вызови он гнев вождя недостаточной преданностью, колебанием или некомпетентностью в своей профессиональной сфере, он скатится к подножию пирамиды и превратится в «лагерную пыль», его просто не станет.. Его семьи — тоже.

Проводился жесточайший «искусственный отбор» среди людей власти; критериев было три: преданность, работоспособность, профессионализм.

И отсутствие сомнений. Люди — винтики в едином, отлаженном механизме, называемом государством.

Средств сохранения пирамиды всего два: кнут и пряник.

После хрущевского переворота образовалась партия государственно-административная. Уже пятая со времен Ульянова. И вывеску поменяла на всякий случай — из ВКП(б) в КПСС. Партия по сути просто превратилась в административно-бюрократический аппарат государства. Карательные органы поставлены под контроль партийных администраторов: КГБ был уравновешен ГРУ, а ЦК занимался организацией учета и контроля и раздачей «пряников». Но лишенная «кнута» партийная иерархия из стройного монолита сталинской пирамиды превратила власть в кишащую «жучками» навозную кучу…

Отбор в этой, пятой, партии тоже проводился, но уже на основе лизоблюдства и приспособляемости… И случалось так, что, когда тот или иной партиец добирался даже не до вершины — до кочки, все бывшие у него когда-то амбиции вместе со способностями оказывались погребенными под тяжким грузом бесчисленных поклонов, которые ему пришлось совершить… Тем более, что высшая власть в стране сделалась пожизненной, высшие государственные посты — тоже.

Но аппарат царствовал и правил. Люди номенклатуры ни в чем пожизненно не нуждались, но не могли закрепить то, чем владели, в собственность…

Тогда и объявился Горбачев…

Хотя все просто только в теории. Я знаком с одним человеком — Андреем Тихоновичем Фоменко. Воевал, в сорок девятом демобилизовался, направили на партработу. Тридцать лет был первым секретарем в разных районах под Киевом, ушел на пенсию, сдал государству особняк стоимостью по нынешним временам тысяч в сто баксов, получил двухкомнатную государственную квартиру в Киеве. Где и живет с женой на одну свою пенсию: супруга не работала — с тридцати лет у Тихоновича язва, нужна была специальная готовка, на столовских борщах он просто загибался… Да и денег хватало: триста рублей получал… На книжку что-то откладывал, да пропало все, как реформы пошли. Пенсии после оплаты квартиры хватает на хлеб. Держат старики и огород… Из «богатств» дома — истертый добела ковер, табуретка, которую сам Тихонович сладил из досок еще в том же сорок девятом… И конная скульптура Богдана Хмельницкого стоит на шкафу — подарена к какому-то юбилею…

Орден Ленина Андрей Тихонович продал — чтобы было, на что похоронить…

Наверное, именно таких коммунистов люди помнят, именно за таких голосуют…

Вот только остались ли такие?..

Но сейчас речь идет о лидерах высокой российской государственной политики.

Все, кроме «яйцеголовых мальчиков», из которых на пост президента никто серьезно не претендует, прошли одну школу.

Родились, воспитаны, выросли при Сталине, кто — в войну, кто — в послевоенной разрухе и напряженном восстановлении… Карьеру начинали при Хрущеве, партийно-государственную — при Брежневе… Так или иначе, обошли Горбачева, уцелели, консолидировались, управляют и богатеют… Или — хотят управлять и богатеть…

«Это смутно мне напоминает индо-пакистанский инцидент…»

Да.

Монголо-татарское иго. Оно вполне сравнимо для Руси с периодом коммунистического господства по последствиям формирования людей высшей власти.

Прохождение всех ступенек иерархической лестницы испытывало претендентов на выдержку, терпение, хладнокровие, хитрость, коварство и вероломство, на умение избегать «монаршего» гнева, немилости, противостоять десяткам доносчиков, завистников, скрытых врагов… Когда довериться нельзя нигде и никому…

Жесткий «селекционно-политический» отбор приводит к тому, что на вершине остается политик, которого Макиавелли мог бы научить разве что чистописанию…

Если творчество — это одиночество, то власть — бездна.

Пересмотров истории за последние двенадцать лет было даже не десятки… На основной для России вопрос, почему пала династия Романовых, ответов — сотни, в зависимости от конъюнктуры…

Одни называют масонский заговор, другие — немецкие деньги, третьи — угнетенное положение рабочего класса и трудового крестьянства и последовательные усилия большевиков по проведению пролетарской революции… Вообще в трактовке былых учебников вся мировая история существовала лишь для того, чтобы в определенное время появились братья-близнецы Маркс и Энгельс и создали единственно верное учение… А это, в свою очередь, только затем, чтобы Ленин им проникся, развил, создал «партию нового типа», которая планомерно поработала с «массами», и эти самые массы осуществили Великую Октябрьскую… С «триумфальным шествием советской власти» по просторам необъятной страны…

А ведь в действительности в день переворота «массами» владело полнейшее равнодушие к судьбе и временного правительства, и власти в целом. Поначалу переворот просто… не заметили. Все ждали созыва Учредительного собрания…

А вот когда большевики разогнали «учредиловку», решив, что по тупости массы наизбирали туда совсем не тех, кого должны бы, когда расстреляли рабочую демонстрацию в Петрограде, стало ясно: пришла иная власть.

Так в чем причины, нет, не революции — легкости, с которой большевики захватили эту самую власть?

По мне — их всего три.

За первый вод войны с Германией было уничтожено кадровое русское офицерство. За Родину умирали. Никогда истинные русские дворяне-аристократы не щадили себя в войнах, ибо были людьми долга и чести. К семнадцатому году их погибло более шестидесяти тысяч — куда больше, чем красных командиров перед Великой Отечественной от ежовских репрессий.

Защитить Россию от бандитского беспредела большевиков, который они развязали, сделав ставку на самые низменные инстинкты подонков — «грабь награбленное», — было просто некому.

Вторая причина в том, что русские люди не сомневались в предательстве Романовыми интересов России. Царствующий дом пал, и падение его не вызвало ни сожалений, ни страхов. Российская же интеллигенция по этому поводу находилась в пьянящей предсмертной эйфории, принятой ею за свободу…