Предельная глубина - Сергей Зверев

— В чем она должна заключаться? — приподнял брови аналитик.

— Место стоянки и перемещения судна радиоэлектронной разведки должны быть исключительно в моей компетенции. Если мне придется каждый раз связываться со штабом учений для согласования позиции, противник опередит меня.

Колебание аналитика было недолгим.

— Разумеется, мистер Герман. Я переговорю с командиром судна, прежде чем мы покинем его.

— Тогда у меня нет больше просьб.

— Это моя любимая фраза, — улыбнулся мистер Палмер. — Ее всегда приятно слышать. Через полчаса за вами пришлют катер. День чудесного отдыха я вам гарантирую. Сосредоточитесь перед работой. Вы единственный, кому разрешено на время оставить судно.

Покинув кают-компанию, мистер Герман постоял у высокого фальшивого борта из фанеры, наращенного над настоящим, запрокинул голову, посмотрел на антенны. На вертолетной площадке последними фразами обменивались аналитик и командир корабля. Застрекотали воздушные винты. Вертолет поднялся в воздух и, наклонив нос к воде, полетел на север, растворился в туманной темноте.

Оказавшись в своей каюте, Герман вновь включил ноутбук. На экране высветилась электронная карта Аландов. Подперев голову рукой, инженер по сантиметру прогонял карту по небольшому экрану, увеличивал изображения островов, внимательно всматривался в береговые линии проливов. Мест, подходящих для установки металлических сетей, отыскалось немало. Теперь предстояло решить, совпадает ли мнение адмирала Йорка по этому поводу с мнением инженера.

— На днях, — пробормотал Герман, — на днях все и выяснится. Остается надеяться, что если до сих пор все шло по моему плану, предложенному аналитикам АНБ, то и в дальнейшем тенденция сохранится.

Мистер Палмер держал слово. Не прошло и полчаса, как в дверь постучали. Командир «Пасифик Интерпрайз» лично пригласил Виктора Германа проследовать на палубу:

— За вами прислали катер.

* * *

Глаза членов экипажа «Макарова» уже немного привыкли к яркому свету прожектора, бившего прямо в лица подводников. Из негустого тумана на субмарину выплыла солидных размеров парусно-моторная яхта.

— Под парусами шли, — процедил сквозь зубы Даргель, — вот почему наш акустик их и не засек. — Руки старпома подрагивали. — Илья Георгиевич, надо срочно под воду уходить.

Макаров предупредительно вскинул ладонь и негромко произнес:

— Это будет подозрительно. И, пожалуйста, забудьте на несколько минут русский язык. Все общение с этого момента только по-английски.

Застучал дизель яхты, за кормой вспенилась вода. Винты работали в режиме обратной тяги. Корабль медленно развернулся правым бортом к субмарине и остановился. За кормой то и дело вскипала вода, наверняка двигателем и винтами управляла хитрая электроника, позволявшая удерживать судно на одном месте. На борту сверкнула начищенной латунью стильная надпись «Stopka». Судовая архитектура и отделка яхты свидетельствовали, что хозяин не поскупился при заказе на постройку. Электропривод с тихим гудением убрал паруса.

— Во, бля… — послышалось с палубы родное и заспанно-хриплое.

Даргель нервно дернулся, а Макаров указал ему взглядом на российский триколор на корме. Мокрый флаг обвис, и в темноте цвета были еле различимы.

— Только английский язык, — прозвучало шепотом.

У бортового ограждения яхты появился высокий мужчина в светлых штанах и помятой белоснежной рубашке навыпуск. Галстук с распущенным узлом почему-то находился выше воротника — на небритой шее. Появиться в таком виде на палубе мог позволить себе только хозяин дорогой игрушки. Отечное лицо, опухшие веки свидетельствовали, что пьет он уже не первый день. В правой руке владелец яхты сжимал недопитую бутылку виски. Мужчина несколько секунд смотрел на небольшую подлодку, словно не хотел верить в ее существование, считая оптическим обманом, затем приложился к горлышку, но пить не стал. Прополоскал рот и шумно сплюнул за борт.

— Вы, бля, что тут делаете? — прозвучало пьяное. — Чуть не навернулись. — Он коротко рассмеялся и приветственно помахал рукой экипажу «Адмирала Макарова».

— Ду ю спик инглиш? — абсолютно спокойно поинтересовался Илья Георгиевич у пьяного.

— Нихт ферштеен, — с готовностью отозвался мудила олигархической внешности и звонко крикнул: — Лялька! Поднимай задницу и вали ко мне. Эти мудаки ни хрена по-нашему не понимают! — В голосе чувствовалась обида, мол, как это так — не понимать по-русски, если плаваешь в Балтийском море. — А, америкосы поганые! — прищурился владелец яхты, наконец-то сообразив, что обращались к нему по-английски. — Однополярники долбаные, русскому человеку уже в своем море не поплавать. — Он лениво замахнулся бутылкой. — Вот вам мировое господство!

Рядом с пьяным возникла длинноногая красотка в наброшенном на голое тело махровом халате. Судя по игривому взгляду бесстыжих глаз, наготу она прикрыла не из приличия, а чтобы не замерзнуть на ночном ветру. Девица бережно перехватила бутылку.

— Не надо, — голосом сотрудницы «секса по телефону» проворковала она, — зачем вам международный скандал? Это обойдется очень дорого в смысле денег.

— Спроси у них, какого хрена они тут в нашем море делают. — Рука с тяжелым перстнем тут же легла девице на бедро.

Красотка оказалась абсолютно трезва и к тому же неплохо говорила по-английски. Скорее всего, она являлась секретарем, любовницей, сиделкой при пьяном и эскорт-герл в одном лице. Девица переводила вопросы своего спутника очень корректно, опуская мат и обидные для иностранцев выражения, а временами и вообще импровизировала «от себя». Чувствовалось, что образование она имела солидное, возможно, окончила институт международных отношений. А если и не окончила, то за разврат ее выгнали самое малое с четвертого курса.

Илья Георгиевич отрекомендовался командиром учебной подлодки Королевского флота Дании, которая идет в Питер с дружественным визитом по приглашению руководства ВМФ РФ. Это объяснение вполне устроило и девицу, и пьяного русского. А то, что на субмарине нет флага, а у экипажа не наблюдается знаков отличия, ими вообще осталось не замеченным.

— Подводнички, значит. Я сам в десантуре служил, — живо отозвался владелец яхты и хлопнул девицу по заду: — Скажи им, что я крутой, очень крутой. Почти такой же, как Билл Гейтс. А грудь не прикрывай, пусть они на тебя пялятся. Ребята давно женщин не видели.

Переводчица корректно объяснила, что владелец яхты — видный российский бизнесмен, совладелец крупной водочной компании с участием в том числе и датского капитала.

— Так что я и вашей королеве налоги плачу. Вы за мои бабки плаваете, ребята. Будете в Питере, заходите. Приглашаю на шашлыки из осетрины. В Стрельню поедем, у меня там домина на три этажа. Всем места хватит.

В кармане светлых брюк с трудом отыскалась визитка, водочный король из Питера зажал ее между пальцев и щелчком отправил в полет. Сверкающий тисненым золотом пластиковый прямоугольник пронесся над головами подводников и спланировал в воду.