Дней непрерывное течение - Андрей Конев

— Вот и лабиринт науки и техники — Марина взглянула на часы, отправляясь от въезда дальше, уже накатанным маршрутом, в порядок расположения павильонов международной экспозиции.

— Теперь уже не заблудимся, моя Ариадна — улыбнулась Марина, похлопав по рулю, обращаясь к автомобилю, вспоминая свои блуждания среди павильонов в первые дни освоения выставочной территории.

— Вот здесь и наша копилка блестящих знаний — Марина вырулила в широкий проезд, ведущий к конструкции из стекла и металла, стремящийся своей символической формой к еще более глубоким тайнам науки.

— Ну как ваши метания в художественных исканиях? — осторожно ступала нога Марины среди результатов попыток мастеров художественного оформления запечатлеть и отобразить для международного научного сообщества результаты деятельности отечественной научной технической мысли.

— Вот плоды напряжения наших усилий — Марину проводили по пути между расставленными в беспорядке вариантами рекламно — художественной деятельности.

— Вот широкая панорама достижений научной мысли под неустанным руководством видных работников — коллектив творцов экспозиции собрался около фрагмента окончательного идейного решения экспозиции.

— Так держать. К борьбе за дело науки и техники будьте готовы! — Марина отчеканила призывный лозунг к дальнейшему выставочному ретушированию достижений науки в отрасли, рекламируемой нынешней международной экспозицией.

— Всегда готовы! — в единодушии осуществить поставленную задачу изображения сказочного развития ученых основ отрапортовал трудовой коллектив.

— Да здравствует наша наука! — было хоровое провозглашение среди выставочных декораций изображения успехов деятельности умственного сектора народного хозяйства страны.

— Бурные и продолжительные аплодисменты делегатам научной конференции! — воодушевленные инициативой снизу не замедлили примкнуть к ней коллеги занимавшиеся монтажом рекламных материалов на высоте, в отрыве от общего идейного порыва солидарности в пропаганде научных успехов.

— Горячо и полностью поддерживаем инициативу широкого и глубокого развития нашей деятельности! — громогласно ораторствовали они, раскачивая тем самым монтажную конструкцию, находясь на ее вершине.

— Поддерживаем курс на дальнейшее внедрение передовых достижений! — продолжали они высекать из себя пламенные прокломации под смех снизу в адрес подвижнической неистовости митингующих на высоте пары метров над полом павильона.

— Ура товарищи! — их коллективный призыв в очередной раз качнул собранные секции стендовой конструкции.

— Да здравствует союз научной мысли и ее выставочного воплощения! — еще громче прежнего прозвучал призыв с верхов рекламной конструкции научных достижений, что и было последним исступлением к провозглашению единого союза науки и производства.

— Ура! Даешь нашу науку! — под такие ответные приветствия и встречные лозунги рекламная конструкция, не выдержала приложения духовной энергии вещавших с нее трибунов международной выставочной деятельности. Она затрещала расшатанным крепежом, расползлась в стороны и обвалившись, засыпала щепками и обрывками постеров провозгласителей пламенных идей.

— Браво! Браво! — сопровождали их триумф и падение на разных языках аплодисменты присутствующих работников экспозиций и других стран, занимавших рекламные площади в павильоне.

— Спасите наши души! — раздался призыв из — под шевелящихся обломков тружеников выставочной экспозиции погребенных под своим бывшим ораторским помостом.

— Все на борьбу с разрухой! — сквозь с трудом сдерживаемый смех, Марина призвала на раскопки свалки выставочных материалов. Она собрала остальных своих коллег по экспозиционной деятельности, чтобы извлечь из под них пострадавших в своем рвении работников.

— О! СОС! — на хорошем русском или в разной степени искаженном, пришли на помощь деятелям российской экспозиции коллеги из других стран, развернувших в этом же павильоне красочную информацию об успехах их стран.

— Тянем — потянем, а вытянуть не можем — Марина пыталась оттянуть в сторону обломок выставочного стенда, помогая вылезти из — под него придавленному им сверху.

— Апчхи! — было громким ответом спасаемого, поднявшим тучу пыли, на ее освободительные попытки.

— Внимание! Газы! — от неожиданности уронив обратно приподнятый кусок выставочного стенда, рассмеялась Марина.

— Окопавшийся враг оказал сопротивление — рассмеялись остальные, идя на помощь Марине извлечь из — под обломков коллегу, угнетаемого пылевым удушьем под обломками столярного изделия, призванного быть каркасом рекламного стенда.

— Апчхи! — вновь поднялось облачко пыли, вздыбленное несчастным, засыпанным мусором.

— Там должна быть голова — решили спасатели, направляясь туда, чтобы открыть воздух поверженному под хламом.

— Хочу я жить, хочу дышать, хочу я есть, а не страдать — донеслись из под мусора призывы ожидающего подмоги.

— До чего дошел — стихами заговорил — сочувственно согласились между собой спасатели.

— Значит голова действительно там — и по этому поводу пришли они к согласию и двинулись на зов несчастного.

— Тело! Тело не трогайте! Не топчите грудь! — от таких восклицаний невидимого под обломками спасаемого, спасатели отступили в разные стороны, падая и спотыкаясь в обломках фрагментов выставочного оборудования.

— Пойдем другим ходом — сплотились они в следующей попытке извлечь для дальнейшей общественно — полезной и личной жизни своего коллегу из — под завала.

— Клад потеряли? — голос, прозвучавший из — за спин собравшихся откапывать засыпанного, заставил их обернуться.

— Пока еще не потеряли. Еще голос подает — Марина с интересом посмотрела на вновь прибывшего к дальнейшему развитию спасательной операции.

— Давайте навалимся и вернем вам потерю — улыбнувшись, предложил мужчина свою физическую силу.

— Эээ, ухнем! — скомандовала Марина, глядя как незнакомец легко своротил преграду отделявшую засыпанного обломками от остального мира.

— Вы борец или боксер? — поинтересовалась Марина, оценив его физическую форму.

— Я Джон — улыбнулся в ответ мужчина.

— А я Марина — она улыбнулась ему в ответ.