Каро-Кари - Александр Чагай

– Уже пять лет обсуждаем.

– Есть чем заняться консульскому работнику. Ты со мной?

– Езжай сам. У меня еще в посольстве дела.

Простившись с Шантарским, Ксан какое-то время постоял на площадке паркинга, а затем решительно направился в сторону жилых домиков. В одном из них, на третьем этаже, в однокомнатной квартире жила Микаэла. После той встречи они не виделись. Ксан иногда ловил на себе вопросительный взгляд девушки, но делал вид, что ничего не замечает. «Что бы девчонка ни говорила, – твердил он себе, – что бы ни вытворяла, она настроена серьезно. И на кой ляд мне это нужно? Мне это совсем не нужно. Я все это проходил. Я хочу спокойно жить, работать и никому не портить жизнь. А рано или поздно все сводится именно к этому».

Судя по стрелкам часов, пришло время сиесты. Здесь, как и во многих других российских посольствах в жарких странах, обеденный перерыв длился от трех до пяти часов. Это соответствовало графику работы местного МИД и прочих госучреждений. Никто не работал в это время даже зимой или поздней осенью. Такого пекла, как летом, уже не было, но ломать привычный распорядок из-за одного-двух прохладных месяцев пакистанцы не собирались, и дипломаты с удовольствием под них подстраивались. Сотрудники покидали свои рабочие места после полудня и возвращались в «присутствие» к пяти часам. Сейчас была половина третьего, Микаэла должна была быть у себя. «А если нет, – малодушно подумал Ксан, – то и ладно. Тем лучше. Еще будет возможность объясниться».

Однако Микаэла была на месте. Увидев на пороге Ксана, она улыбнулась и предложила ему войти. Будто нечему было удивляться. Будто знала, что он придет.

Ксан вынужден был признать, что смотрелась Микаэла неплохо – стройная, женственная. Синяя футболка и вытертые до белизны джинсы подчеркивали достоинства ее фигуры. Влажные волосы падали на плечи. Видно, девушка недавно принимала душ и теперь готовилась пообедать. Это не вызывало сомнений. В руке она держала дуршлаг, в котором поблескивали огурцы и помидоры.

– Овощи моешь? – задал дурацкий вопрос Ксан.

– Уже нет. – Микаэла поставила дуршлаг на стол, подошла к Ксану и обняла его.

– Как хорошо, что ты пришел. Я тебя ждала.

Ксан кашлянул, поборол желание сделать то, что сделал бы на его месте любой нормальный мужчина, и отстранился.

«Надо рубить сплеча, – настраивал он себя. – Нечего тянуть резину и менжеваться».

– Я пришел сказать, что у наших отношений нет будущего.

Произнес это и тут же почувствовал к себе непреодолимое отвращение. «Ну и сказанул. Официально и церемонно. Если у девчонки были какие-то сомнения на твой счет, теперь она точно пошлет тебя куда подальше. Собственно, это мне и нужно».

– Я в том смысле… – начал растолковывать Ксан, но Микаэла перебила.

– Не надо насчет «смысла».

Отошла к дивану, уселась и с усмешкой посмотрела на Ксана. Правда, усмешка эта не отличалась ни иронией, ни язвительностью, словно и не было дурацкой фразы, которую выпалил Ксан. Ей было смешно смотреть на взрослого мужчину, который придумывает разные отговорки, лишая себя обыкновенных радостей жизни.

– Конечно, у наших отношений нет будущего, – ласково сказала она, глядя на Ксана. – Потому что отношений нет. И не будет, раз ты этого не хочешь. Это тебя устраивает? Никаких отношений? Так?

– Так… – неуверенно пробормотал Ксан, чувствуя, что ему расставляют ловушку. Но что он мог возразить? «Отношения» ему и впрямь были не нужны. Он прямо в этом признался.

– Тогда иди ко мне, глупый. Ничего не бойся. Не будет никаких проблем. Прости, но я очень тебя хочу. До сумасшествия.

Она поднялась и быстрым движением стянула с себя футболку.

Ксан и дыхание не успел перевести, как Микаэла схватила его за руку и потащила в спальню. Такая стремительность заставила его невольно улыбнуться, и Микаэла тут же обрадовано заметила:

– Слава богу, ты улыбаешься, уже не каменный истукан!

Они любили друг друга, потом разговаривали.

– Тебе – двадцать семь, мне – сорок два, разница – пятнадцать лет, – принялся вычислять Ксан. – Большая разница…

– Большая разница! – передразнила его Микаэла. – Хорошая разница. Очень хорошая! Мне нравится. Или ты предпочитаешь старых теток?

– Нет, – развеселился Ксан, – я предпочитаю молодых теток.

– В твоем возрасте это нормально, – промурлыкала Микаэла.

– Какой такой мой возраст? – сурово спросил Ксан.

– Пожилой…

– Сейчас ты увидишь, какой он «пожилой»! – Ксан схватил подушку и принялся грозно ею размахивать, собираясь атаковать. Но долго собирался, потому что Микаэла контратаковала с помощью диванного валика, и спустя минуту Ксан сдался. Он был распластан, и она нависла над ним, придавливая его руки. Ее груди касались его груди и в этот момент он почувствовал, что по-настоящему счастлив. Это был один момент, но он стоил того.

Микаэла не пошла в посольство, сославшись на плохое самочувствие и сильную головную боль. Они провели вместе весь вечер. Снова любили друг друга, снова разговаривали.

– Что ты делала, ну, до того, как приехала в посольство?

– Заинтересовался моей биографией? – с некоторым ехидством прокомментировала Микаэла. – А это прямой путь к «отношениям», которые тебе совершенно не нужны.

– Ладно, прокололся. И все-таки?

– Ничего особенного в моей жизни не было. Родители – самые обычные. Учителя в школе. Отец преподает математику, мать – историю. Представь, как трудно мне было учиться! Они ведь определили меня в свою школу, чтобы я была под присмотром. Так они выражались. С тех пор я ненавижу это слово – «присмотр». И если бы еще какие-то поблажки делали! Так нет же. Чуть что – замечание, чуть что – «пара». Воспитание чувств. Чтобы не подумали, что я у них в любимчиках по родственному признаку. Но я выдержала все это безобразие, школу закончила, экзамен этот жуткий сдала, как могла. Ни плохо, ни хорошо, так, средне. Никакого призвания в себе не ощущала и пошла в мидовский колледж. Одна девчонка из нашего дома посоветовала. Два года учишься, потом едешь в загранку машинисткой или даже завканцем. Зарплата нормальная, и главное – шанс выскочить замуж за дипломата. Обеспеченная семья и абсолютно ясная жизнь, до самой смерти.

Одна командировка, потом пересидка в центре, потом – другая… Все четко и просто, никаких неожиданностей. Свои дети, посольские кумушки, проблемы – в каком посольстве школа поприличнее…

– Ну и как? Мечты сбываются?

– Пока нет.

– Не отыскался достойный дипломат?

– Не отыскался, – рассмеялась Микаэла. – Зато «недостойных» пруд пруди.

– Может, еще сыщется.

– Может быть, – рассеянно произнесла девушка. – Вот мы расстанемся, и я возобновлю поиски.