Королевский стрелок - Сергей Соболев

– Поэтому я и прошу вас об одолжении, Виктор Иванович! Александр Матвеевич хочет переговорить с вами по какому-то чрезвычайно важному вопросу! Но с раннего утра почему-то не может с вами связаться напрямую!

– Неужели? – в голосе Бекетова прозвучала ирония. – Подчиненные господина Котова у нас здесь едва ли не поселились! Вот только вчера следователи были в управлении – произвели очередную выемку документов!

– Это другое, – после паузы сказал вице-губернатор. – Виктор Иванович, считайте, что это моя личная просьба!

– Ну, раз вы лично просите… Вы хотите, чтобы я встретился с господином Котовым? Я вас правильно понял, Сергей Юрьевич?

– Да. Именно так. Я могу передать ему трубку… Он сам вам скажет.

– Это не обязательно. Я полагаю, Сергей Юрьевич, мне нет нужды приезжать сейчас на Донского… Не хочу отвлекать вас от важных государственных дел! Пусть Александр Матвеевич перезвонит в управление! Я на месте, у себя. И, поскольку это ваша личная просьба, я, как только закончится запланированное на утро служебное совещание, отвечу на телефонный звонок господина Котова.

В половине первого пополудни к площадке перед входом в парк, расположенный восточнее улицы Литовский Вал, подкатили два служебных авто: черный BМW-525iA и Mercedes-Benz G 500 темно-синего цвета.

Из «БМВ» вышли двое: Бекетов и его «личник». Из прокурорского джипа тоже показались двое мужчин: прокурор области Котов приехал на «стрелку» с главой наркополиции в компании с одним из своих подчиненных.

– Виктор Иванович, благодарю, что приняли мое предложение. – Прокурор, судя по всему, едва сдерживался, чтобы не дать выхода переполнявшим его эмоциям. – Хотя я предпочел бы встретиться с вами в другом месте…

– Вы просили о безотлагательной встрече со мной, Александр Матвеевич, – сухо произнес Бекетов. – Я вас слушаю.

Взгляд прокурора сквозь линзы дорогих очков был исполнен такой ненависти, что многие, окажись на месте спокойного, выдержанного, видавшего виды Бекетова, почувствовали бы себя сейчас крайне неуютно.

– Не здесь, – процедил прокурор. – Разговор приватный… Не для чужих ушей! Может, в моей машине переговорим?

– Нет.

– Хорошо! Давайте в вашей!

– Тоже не очень хорошая идея. – Бекетов кивнул в сторону парка: – Пройдемся?

Котов угрюмо кивнул. Он был человек неглупый и сразу понял, почему Бекетов назвал именно этот парк возле Литовского Вала. Намек предельно ясен. Вы, прокуратура, обвиняете моего подчиненного в двойном убийстве. А одной из главных улик против Костина в этом деле фигурирует запись, сделанная оперативником УФСКН примерно неделю назад в этом городском парке…

Стоял едва ли не первый по-настоящему теплый июньский день. Пахло скошенной недавно травой, цветами, подсыхающей на солнце землей. Двое мужчин, не сговариваясь, сняли пиджаки. Повесив их на сгиб локтя, направились в сторону одной из боковых аллей.

Здесь, в этой части парка, всегда тенисто, прохладно; здесь меньше гуляющего люда, подростков, любителей собак и молодых мамаш с колясками…

– Виктор Иванович, ну нельзя же так! – голос у прокурора дрогнул. – Это ведь полный беспредел!

– Не понял? О чем это вы?!

Бекетов остановился. Поглядев на прокурора, лицо которого пошло красными пятнами, переспросил:

– Вы сказали – «полный беспредел». О чем это вы?

– Слушайте! – Котов сорвался на фальцет. – Послушайте, вы… Не делайте вид, что вы не при делах!

Бекетов нахмурил брови.

– Если вы будете продолжать в том же тоне… Я вынужден буду прекратить этот разговор.

Прокурор, нервно комкая в пухлой руке носовой платок, чуть смягчая интонации, сказал:

– Вы наверняка в курсе того, что случилось… Понимаете… Это ведь против всяких правил! Если есть вопросы, есть проблемы… А такое случается… Ну так давайте будем их решать! Без этих вот штучек!

– Пока ничего не понимаю.

– Зачем же такими вот приемами пользоваться?! Где ваша деловая этика? Где мораль? Где человеческое понимание? Про честь офицера и не говорю.

– Александр Матвеевич, вы зачем меня сюда позвали?! Чтобы мораль мне здесь читать? Давайте внесем ясность. Вы говорите со мной, как человек, находящийся на государственной службе? Как глава прокуратуры области? Или…

– Или, – перебил его Котов. – Я говорю с вами, как… Как отец.

– Странный поворот.

– Можно подумать, что вы не в курсе?!

– В курсе чего?

– В курсе того, что минувшей ночью задержали моего сына!! И «оформили» сразу по нескольким статьям! Моего мальчика арестовали! И лично я считаю случившееся именно беспределом!

– А какое я к этому имею отношение? – Бекетов изобразил на лице удивление. – Лично я никого не арестовывал. И даже не понимаю толком, о чем идет речь.

– Это сделали ваши коллеги! Из Московского областного управления!

Бекетов пожал плечами.

– У них свое начальство. Я, признаться, не в курсе. По сводкам ежесуточно в стране происходят тысячи правонарушений. Вы знаете это не хуже меня.

– Вот что, генерал! – Областной прокурор перешел на свистящий шепот. – Я просто-таки уверен, что все это сделано по твоему заказу! Чего ты добиваешься, Бекетов? Ты… Вы понимаете хоть, против к о г о пошли?!

– Мне пора возвращаться в управление! – все тем же спокойным тоном сказал Бекетов. – Признаться, я так и не понял, господин Котов, зачем вы искали встречи со мной.

Генерал направился в сторону выхода. Котов сначала придержал его за рукав. А затем, когда Бекетов стряхнул его руку, вдруг заговорил совершенно иным тоном:

– Ладно… Извините, я не прав! – Котов как-то на глазах слинял и даже как будто стал меньше ростом. – У вас ведь тоже дети есть? Значит, вы, как отец, если представите себя на моем месте, можете меня понять…

– Давайте каждый будет на своем месте. Вы – прокурор области. Я – начальник областного управления. А все, что касается морали или там еще каких-то неслужебных сфер, давайте оставим за скобками нашего разговора!

– Хорошо, хорошо… Договорились! – Котов вновь принялся вытирать платком обильно струящийся по лицу пот. – Виктор Иванович, огромная к вам просьба! Дайте команду вашим коллегам, вашим знакомым, чтобы спустили на тормозах дело! Ну, вы понимаете, о ком я, о чем я! Ну а я, со своей стороны, помогу здесь порешать ваши вопросы, ваши проблемы! Надеюсь, генерал, мы найдем общий язык…

– Нет, пока не понимаю. Что вы от меня хотите? Объясните толком!

Котов, что было совершенно не характерно для этого громогласного, вельможного и весьма красноречивого товарища, стал вдруг мяться, мямлить.

– Вчера вечером нам с женой позвонила родственница… Сестра… Она в Москве проживает. Еще совсем недавно работала в Минюсте… То есть тоже имеет отношение, так сказать, к органам…