Ставок больше нет - Кирилл Казанцев

– В другие дни бывало!

– Ну-ну, – покачал головой капитан, не отводя от Василия заинтересованного взгляда. – Ну-ну...

– Короче, я сто процентов гарантии даю! – с нешуточной злостью на самого себя Скопцов рубанул ладонью воздух. – Это не кавказцы! И уж тем более не чеченцы!

– Тогда зачем вся эта бутафория, кавказский акцент? – упирался Гнедков.

– Отвлечь внимание от настоящих исполнителей, – бросил Сумин. – Очень распространенный прием. Сейчас все стараются закосить под чеченцев. Жуть гонят. Но все же, Василий Арсеньевич, а почему вы так категоричны?

Скопцов не успел ответить – на кухне появилась новая фигура.

– Разрешите, товарищ полковник? – В дверь просунулось чье-то усатое лицо.

– Что хотел, Володя? – повернулся к нему Сумин.

– Направили в ваше распоряжение. – Вслед за лицом появилось в проеме кухонных дверей и все остальное. Довольно крепкий и видный, но еще очень молодой парень в гражданском. – Автобусы я проверил.

– Об этом потом. Ну а раз тебя направили, – начальник УУР кивнул головой на свободный кухонный табурет, – проходи, присаживайся. Будем думать.

Обернувшись к остальным, Сумин представил вновь прибывшего:

– Оперуполномоченный лейтенант милиции Решетилов. Володя. У нас недавно. Но паренек толковый. Перспективный.

"Перспективный паренек" откровенно смутился, опустил глаза. Наткнувшись взглядом на переполненную пепельницу, спросил несмело:

– А курить можно?

– Конечно! – на правах хозяйки разрешила Аня. – Я только сейчас высыплю!

С этими словами она схватила пепельницу и быстро вышла из кухни. Решетилов между тем достал из кармана пачку сигарет и очень дорогую и престижную зажигалку "Зиппо".

"А не кисло у нас живут молодые и перспективные милиционеры!" – с некоторой долей неприязни подумал Скопцов, глядя на то, как лейтенант вертит зажигалку в пальцах.

– Ну, Василий Арсеньевич, – начал Сумин, – значит, вы уверены, что резвятся это наши, русаки, а кавказский акцент – своего рода покрывало, скрывающее истину?

– Ну да, – ответил Василий. Он вообще хотел рассказать все то, что уже было им обдумано по поводу чеченцев в частности и "кавказского следа" вообще, но тут вдруг увидел сумасшедшие, смертельно испуганные глаза вернувшейся в кухню Ани. Стоя на пороге, она двумя руками прижимала пепельницу к груди и, не мигая, смотрела куда-то в сторону стола.

– Аня, что с тобой? – поднимаясь с места, спросил Василий.

– А?! Что?! – испуганно вздрогнула женщина, потом сообразила, кто с ней говорит. В ее голосе появились умоляющие нотки: – Вася, можно тебя в коридор? На одну минуточку.

– Извините! – Окончательно поднимаясь с места, Василий успел краем глаза заметить неодобрительную мину на лице Сумина.

"А вот это, господин полковник, уже совсем не ваше дело! – подумал он. – Я у вас вроде как не служу!"