Золотая чума - Алексей Баскаков

Вернулись они через полчаса.

— Артель «напрасный труд». Тут нужны роты три с собаками. А полувзводом по тайге бегать — дохлый номер. Да и куда он денется.

Между тем на берегу появились люди под предводительством Карпа. Мельников и Кот спрыгнули на землю.

— Помощь не нужна? — спросил Карп. — А то меня этот гад так разозлил. Мы с ним, как с человеком, а он…

— Помощь не нужна. Но помните: вокруг бродит очень опасный человек. Убийца. Будьте начеку. Может… А, черт с ним! Увидите — стреляйте сразу.

— Опасный — это мы привыкли. Беглых в свое время много шаталось. Ничего. Мы уж как-нибудь…

Вертолеты снова поднялись в воздух. Кот показал на карте место захоронки и коротко доложил о произошедшем вчера бое.

— Дела. Ладно, с этим колдуном или шаманом мы потом разберемся. Будем искать то, другое место. Я знаю примерно, где оно.

— Они все тут такие веселые ребята, жаль, что солдат мы им не можем оставить, — сказал старлей.

— Жаль. Ребятам, которые бы там остались, было бы весело, — усмехнулся Кот.

— Что, перепились бы?

— Да нет. Но оттянулись бы на все сто.

Кот кратко поведал о своеобразных обычаях этого народа.

— Я об этом много слышал, — сказал старлей. — Говорят, в Монголии то же самое. И на Чукотке. Только они немытые все.

— Этот Карп их приучил мыться. Долго приучал, но своего добился.

Старлей меж тем продолжал балагурить. Известие, что он летит в места, где совсем небезопасно, не изменило его настроения.

— Это что! Вот где-то на островах Тихого океана, мне говорили, есть такие племена, где самая почетная невеста — та, которая имела больше всех мужиков. А в другом месте невесту во время свадьбы имеет все племя. Очередь жениха — последняя.

Между тем вертолет давно перевалил водораздел и приближался к знакомому месту.

— Вижу людей. Человек пятнадцать. Бегут от нас в тайгу.

— Ага, это люди Черного человека. Что им здесь, медом намазано, мать их так?.. — озлился Кот.

11 мая 1966 года, «нехорошее место»

Когда машины приземлились, стала ясна причина, по которой эти товарищи здесь околачивались. Они заметали следы произошедшего. Убитых уже похоронили. Гильзы и кострище старательно засыпали. Их спугнули, когда они заваливали проход в пещеру.

— Вот оно что! То-то я думал: две экспедиции пропали, а ни костей, ни вообще каких-либо следов. Старший лейтенант! Выставьте посты вокруг вертушек. Как бы они не вернулись. Остальные — за мной, — отдал приказ Мельников.

Они двинулись по мертвой земле.

— Это должно быть где-то здесь. Внимательно осматривайте местность. А, вон вижу тур!

Они уже добрались до нехорошего места и прошли метров сто.

— Что-то мне все это не нравится, где-то я подобное видел… — произнес старший лейтенант и вдруг, осененный догадкой, достал из кармана некий прибор. Нажал на что-то — и послышался отчаянный писк. Лицо старшего лейтенанта исказилось.

— Товарищ капитан, надо немедленно отсюда валить! Немедленно!

— Что ты говоришь? Нам надо найти…

И тут старлей, забыв обо всякой субординации, заорал:

— Гроб мы здесь найдем с музыкой! — Он показал на прибор. — Здесь фонит, как в ядерном реакторе!

Все ломанулись назад. По мере удаления от места писк становился тише, но и у вертолетов все еще был слышен.

— Источник радиации сильный, но локальный. — Старший лейтенант уже пришел в себя. — Чудеса какие-то.

— Радиация? — переспросил Мельников. — Атомный заряд?

— Ничего похожего. От бомбы такого быть не может. Там, в туре, какая-то чертовщина. Светит, как прожектор.

— Сколько здесь можно пробыть?

— На этом месте — часов пятнадцать без вреда для здоровья. А вон там — через четыре часа вы можете заказывать себе венок. Хорошо, что я по привычке взял с собой счетчик Гейгера. В нашей работе такие привычки иногда полезны.

— Все. Летим домой. Нам тут становиться лучистыми солдатами и офицерами ни к чему…

Когда вертолеты уже взлетели, Кот хлопнул себя по лбу.

— А ведь Старков знал о радиации! Или, по крайней мере, догадывался.

— Почему? — изумился Мельников.

— А я вот вспомнил: когда эти подонки стали стрелять по бичам, он орал: «идиоты!» И как сокрушался! Да, все сходится. То, что мы из Владика людей везли, чтобы никаких следов. Он думал их руками все сделать. А потом не надо и свидетелей убирать. Бросил бы их в тайге. Допустим, сказал бы — копайте золото на том прииске. И все. Так что и с экспедициями все понятно. Кого не убили эти таежные ковбои, те сами отправились бы на тот свет. Только вот как он думал эту хреновину доставить?

На это ответил старший лейтенант.

— Все очень просто. Есть специальные свинцовые контейнеры. В них и возят радиоактивные вещества. Мы в суматохе тот вертолет не обшарили. Оно или там, или где-нибудь здесь. Иначе это гарантированное самоубийство. После прогулки в вертолете в компании с таким лучистым грузом не спасет ни доктор, ни батюшка с крестом.

Мельников вздохнул:

— Эх, черт. Вот вроде ничего я не боюсь. Ни пуль, ни ядовитых змей. Ни даже того, что называют паранормальными явлениями. А вот радиации — боюсь. Потому что никак ее не разглядишь, никак ее не почувствуешь. А она раз — и железным молотком по голове. Был капитан Мельников — и нет его более…

На базе вертолет встречал подполковник.

— Этот человек со мной. У меня не было другого выхода, кроме как привезти его сюда, — обратился к нему Мельников, мотнув головой в сторону Кота.

— К сожалению, на него нет допуска. Порядки у нас, сами понимаете, какие. Придется его изолировать.

— На губу сажать, что ли? Он такое сделал, что ему орден надо вешать!

— Зачем же на губу? У нас есть места и получше. Товарищ лейтенант! — крикнул полковник проходящему офицеру. — Отведите товарища в третью комнату.

Офицер провел Кота в здание, расположенное рядом со штабом.

— Прошу сдать оружие на временное хранение.

Кот сиял карабин, вытащил ТТ и нож, высыпал из карманов патроны. Лейтенант подозвал солдата и сдал ему весь арсенал. Тот запер все это в железный ящик. Лейтенант пригласил Кота следовать за собой. Идя по коридору вслед за провожатым, Леха чувствовал себя голым. Слишком уж он привык в последние дни не расставаться с оружием. Лейтенант привел его в небольшую комнату. К удивлению Кота, решеток на окнах не было. Зато имелись кровать, кресло, стол и даже телевизор в углу.

— Удобства вон за той дверью. Ужин вам принесут сюда.