Неуловимый - Валерий Еремеев

— Виктор Сергеевич, наше вам… Что значит кто? Не узнал? Богатым, стало быть, буду. Я это, я… Твоя тень… Ага, прямиком с того света. Так что ты с подарком на похороны немного поторопился… О чем я? Ты знаешь о чем. Как говорится, спасибо, но я как-нибудь обойдусь.

Не дав Светлову ответить, Полярник отключился, вырубил трубку, достал симку и выбросил в урну. Подумав, выбросил еще и трубку. Они сели в машину.

— Помнишь тех двоих, которые меня постоянно преследуют?

Боксер кивнул.

— Таких разве забудешь…

— Тот, что с усами, — Расулов, ближайший к Светлову человек. Его доверенное лицо. Но я не о нем. Я о его спутнике, Димоне, кажется. Что ты мог бы о нем сказать? Если объективно.

— Отвратительный тип. И к тому же тупой.

— Именно, именно. Весь ближний круг охраны Светлова я знаю если не лично, то по меньшей мере в лицо. Димона вижу в первый раз. Вывод: он либо совсем новый, либо стоял до этого на проходной склада. Но попасть к Светлову в ближний круг — это ой как не просто. Нужно не только быть готовым пойти на нарушение закона, но и быть профессионалом, а им Димон точно не является. Также необходимо обладать известной долей лоска. Светлов заботился о своем имидже. Взять хотя бы Расулова. Этот и в спортивном трико будет элегантен. На Димоне же и пиджак от Армани будет смотреться как арестантская роба. Почему его все-таки приняли в этот круг и сходу доверили участвовать в важном и деликатном задании?

— А это не потому, что у него кончились люди? — предположил Боксер. — Ну, те, кто в теме.

— Возможно. Еще почему?

— Его собирались использовать только один раз?

— Именно! Что значит не иметь вредных привычек! Золотая голова у тебя, Александр. Его собирались использовать только один раз. Первый и последний. Его было не жалко. Вот почему у них с собой была чистая одежда и шприц с какой-то дрянью. План Светлова был таков: меня переодевают в его шмотки, вкалывают хорошую дозу транквилизатора, чтобы я не дергался, и сажают в тачку. При этом Димон садится за руль, а Расулов — пассажиром. По дороге он под выдуманным предлогом сходит, приказывая ничего не подозревающему водителю доставить меня… скажем, на дачу Светлова, не важно. Когда тачка отъезжает, Расулов приводит в действие взрывное устройство.

— Почему же машина взорвалась? Случайно замкнули контакты?

— Думаю, что Расулову удалось освободиться. Я не смог вколоть ему все, что было в шприце. Пришел в себя — видит: нет ни ключей, ни самой «хонды». Значит, мы взяли. Прибор слежения мы тоже в «хонде» оставили. Проверил — есть сигнал, движется со скоростью автомобиля. Значит, мы едем. Нажал на кнопку — и бах! — не придется больше пацанам угонять чужие лайбы.

— Мне не смешно.

— Мне тоже. Ты дальше слушай. Светлов был в курсе, что я от его имени звонил бухгалтеру и просил приготовить платежные документы. Он ждал моего возвращения с пресс-конференции у себя дома, но я так и не появился. Ни я, ни мои сопровождающие. Обеспокоившись, он поехал в офис, а тут как раз я звоню бухгалтеру. Он даже мог стоять рядом с Анастасией, когда я диктовал ей реквизиты. Я, конечно, еще тот академик. Думал, что за мной охота идет, потому что Светлов наказать меня хочет за то, что бабки пытался у него тяпнуть. Да он с самого начала понял, что я попал в беду. Не мог не понять. Что я звоню бухгалтеру только потому, что меня держат на мушке. Мог организовать своих дуболомов, мог обратиться в милицию, чтобы те устроили засаду в «Скай-банке» и повязали всех. Но он и пальцем не шевельнул, чтобы спасти мне жизнь. Он просто велел Анастасии указать совсем другой счет на документе. Поставил на кон мою жизнь и жизнь бухгалтера. Бедная женщина, уж не знаю, какое он имеет на нее влияние, но заставил ее сунуться прямо в волчью пасть. Понятно, почему у нее дрожали пальцы. Она все знала. Если бы сопровождающий меня человек Финна заметил подмену, он сразу убил бы и меня, и женщину. Стрелял он быстрее, чем думал.

— Но мне все еще непонятно, зачем тебя-то взрывать? Да еще в дорогой машине с каким-то гопником в придачу.

— Затем, что Светлов хотел инсценировать свою собственную смерть. Все думали бы, что погиб он. А он исчез бы и начал новую жизнь с новым именем. Со всеми деньгами, которые он украл у «КомпТрейда».

— Все равно ничего не понятно. Успешный бизнесмен… Зачем ему красть у самого себя? Это что, новый способ не платить налогов?

— Это не его деньги. «КомпТрейд» — корпорация. Светлову принадлежит лишь часть акций. Во-вторых, совсем недавно ему выделили огромный кредит.

— Но если бы стало известно, что генеральный директор «КомпТрейда», перед тем как погибнуть, украл деньги, к расследованию его гибели отнеслись бы с особой тщательностью. Есть же разные экспертизы, та же генетическая, которые быстро определили бы, погиб Светлов или нет.

— О том, чтобы никаких экспертиз не делали, я думаю, поручили позаботиться Расулову, который был в доле. Да и потом, никто бы не заподозрил, что это Светлов украл деньги. Деньги должен был украсть я. Да не смотри на меня так. Я сейчас все объясню. В этом и состоит вся суть интриги. Итак, Виктор Светлов заводит себе двойника, якобы для того, чтобы разгрузить себя от второстепенных задач. Двойник оказывается под постоянным тотальным наблюдением, ему даже в руку вшит передающий сигналы чип. Неудивительно, что, когда двойник открыл на свое имя счет в иностранном банке, в распоряжении Светлова очень скоро оказались как все его пароли, так и ключ к электронной подписи. Потом, через некоторое время, Светлов объявляет, что создал чудо-программу «Люцифер», которая, я уверен, не существует на самом деле, но нужна была, чтобы под нее «КомпТрейду» выделили внушительные кредитные средства и чтобы еще больше запутать тех, кто будет расследовать смерть Светлова. В качестве одной из основных версий рассматривали бы и ту, что Светлова убили конкуренты и производители вирусов. Но идем дальше. В день «Ч», когда меня, двойника, убивают, Светлов как бы взламывает счета «КомпТрейда», что ему ничего не стоит, и переводит деньги на мой же счет в Кипр, чтобы через какое-то время перевести их дальше, да так, чтобы никто не нашел концов. Похищение двойника несколько спутало планы Светлова и заставило импровизировать, но в целом концепция его главной интриги не изменилась.

Боксер печально вздохнул.

— Зачем это ему? Талантливый человек, он мог заработать больше честным путем.

— Видимо, не мог. Он меня на пару дней оставлял на хозяйстве, а сам уезжал за границу. У меня тогда сложилось впечатление, что у фирмы большие проблемы в финансовом плане. Но об этом лучше спросить у самого Светлова. Ему не повезло дважды. Во-первых, меня не оказалось в автомобиле в момент взрыва. Во-вторых, после взрыва я понял, в чем дело, и бросился проверять счет. У меня подключен интернет-банкинг, так что я могу управлять им по Интернету. Я успел. Деньги, тридцать пять миллионов, были уже у меня. Но Светлов не успел переправить их дальше. Я вернул деньги обратно как ошибочно полученные.

— Вернул!