Нас воспитала война - Александр Тамоников

Леший, уничтожив лист, спросил:

— Сколько Эдик выделил времени на встречу?

— Десять минут, семь уже прошли.

— Давай спокойно покурим. И не говори ничего, ладно? Бог даст, все вырвемся из этого капкана. В среду и вырвемся.

Бабичев недоуменно посмотрел на друга. Тот только подмигнул ему, последняя фраза предназначалась Эдику.

Они закурили, думая каждый о своем.

Эдуард, поняв, что разговор окончен, да и время вышло, выключил прибор, спустился в подвал.

Друзья услышали скрип открываемой двери, на пороге появился Эдуард.

— Все, господа, время вышло. Бабичев, прошу со мной.

— Давай, Боб, удачи тебе, — хлопнул по плечу друга Леший.

— Тебе удачи, Володя! — Боб поднялся, медленно вышел. Дверь захлопнулась. Свет погас.

Владимир откинулся на кровать.

* * *

Эдик, проводив Бабичева, вышел из дома, прошелся по аллее. Убедившись, что вокруг никого нет, достал сотовый телефон, набрал номер.

— Это я.

— Слушаю. Что узнал?

— Король готов принять условия, но это отвлекающий маневр. Босс намерен затянуть время и в среду предпринять акцию против тебя.

— В среду, говоришь?

— Да.

— Ладно, наблюдай, слушай. Если что — звони в любое время.

— Понял.

Эдик спрятал телефон, побродил немного по парку, проверив заодно охрану. И вернулся в кабинет шефа. Свою работу он сделал, теперь можно и расслабиться. Он достал бутылку коньяка, ополовиненную Королем, не наливая в фужер, прямо из горла сделал несколько крупных глотков. Почувствовал успокоение, удобно устроился в кресле, положив ноги на стол хозяина. Через пульт включил телевизор.

* * *

Кирилл после звонка Эдуарда вызвал к себе Спеца.

— У меня новость, Спец.

— Да, шеф?

— Сейчас звонил мой человек. Слушай, что он передал.

И Кирилл включил магнитофон с записанными на пленку телефонными разговорами.

— Что скажешь, Спец?

— А что сказать? Считаю, меры безопасности надо оставить на прежнем уровне. С понедельника усилиться заслонами с озера и леса. Если нападение назначено на среду, то в ближайшее время группа ликвидации должна быть тут. Где-то рядом. Перед штурмом они соберутся вместе. Здесь и надо их засечь. И, исходя из состава и вооружения, решить, каким образом разобраться с ними. Либо гасить на подступах, либо впустить на территорию и там закончить дело.

— Что значит гасить на подступах?

— Это значит — гасить на подходе, не дав приблизиться к усадьбе. Этот вариант на случай, если группа будет вооружена гранатометами. Не хотите же вы, чтобы по особняку ударили «Мухи» или еще какая дрянь?

— Я понял. Хорошо, действуй, как считаешь нужным.

— Добро. Разрешите идти?

— Брось, Спец, свои армейские выходки. Конечно, иди.

Спец согласно кивнул головой, вышел из кабинета, прошел на террасу, куда продолжала стекаться информация со всех постов наблюдения. Он закурил и задумался.

«Так, Леший, удалось тебе таки забросить «дезу», чувствую, удалось. Расколол ты Эдика. Молодец, держишь марку. А эти лохи во главе с Кириллом повелись. Ну что ж, тем лучше. Когда же тебя ждать, Володя? Послезавтра? Завтра? Или ты уже сейчас где-то рядом? И нацелен на бросок? Все просчитал до мелочей, спланировал по минутам. Но… одного ты не мог учесть, Вова, — того, что я здесь. А это меняет все. Что же, рад буду встретиться, очень рад. Хотя и не такой представлял нашу встречу…»

Раздумье Спеца прервала телефонная трель. Наступило время очередных докладов охраны.