Автономка - Сергей Самаров

– Я сама справлюсь. Ты иди.

– У меня самолет где-то около часа ночи. Значит, около двенадцати мне нужно будет выехать… Поговорим еще…

Василий Иванович хотел было пойти, но остановился, подумал несколько секунд и вытащил пистолет, передернул затвор и поставил оружие на предохранитель. Положил пистолет на стол.

– За детьми пойдешь, с собой возьми. Не потеряй только.

Обращаться с пистолетом Людмила умела неплохо. Точность стрельбы, правда, была приличной только на ближней дистанции, но при определенных условиях и при эффекте неожиданности и этого может быть достаточно.

– Тебе он нужнее. Они за тобой охотятся, – возразила она. – Я твои нунчаки возьму.

– Нунчаки против пистолета – ничто. Против ножа – годятся, а против пистолета…

– Тебя ищут, – повторила Людмила.

– Им же будет хуже, если найдут. Я им не капитан Твердовский. Я сразу понял его ошибку, говорить только не стал, ему и без того трудно…

– Какую ошибку?

– Если кого-то «отключил», используй его в качестве щита. При контактной схватке пистолет половину своей силы теряет.

– А он кого-то «отключил»?

– Одного успел… А тот, что со сломанной челюстью, выстрелил. Кстати, помнишь, следователь докладывал мнение эксперта о сломанных пальцах отца? Говорил, что отец кому-то, похоже, челюсть сломал…

– Да. Я об этом не подумала… Это те самые люди?

– Скорее всего. И этот, со сломанной челюстью, возможно, чемпион мира по боям без правил. Значит, и бить умеет, а не только челюсть подставлять. С ним следует быть осторожнее. Но это только предположение. Но отец бы и перед чемпионом мира не спасовал. Я тоже не спасую. Доломаю ему челюсть до конца.

– Если б я знала, я бы ему первому врезала, – сказала Людмила.

Василий улыбнулся. Людмила не просто жена офицера спецназа, она еще и врач-психолог, постоянно работающий со спецназовцами, возвращающимися с опасных заданий. И боевую мужскую психологию переняла не только у мужа, но и у своих пациентов. Это ее нелегкая профессия, и она обязана быть такой, иначе ни одному пациенту помочь не сможет. С годами у нее воспитался дух настоящего бойца…

* * *

– Командир бригады прилетает тем же самолетом, которым ты улетаешь, – сказал подполковник Совкунов. – Две машины посылать смысла нет, поэтому поедешь чуть раньше. В двадцать два пятнадцать будь любезен быть на проходной. На аэродроме, правда, тебе придется немного посидеть, пока самолет перед обратным рейсом будут обслуживать и загружать…

– Понял, товарищ подполковник.

– О причине вызова в Москву спрашивать, естественно, не буду, спрошу только, на какой срок?

– Ничего определенного сказать не могу. Я с операцией знаком только в общих чертах.

– А в связи с нынешними обстоятельствами тебя заменить не могут? Дублера не держат?

– Невозможно заменить. Такие обстоятельства.

– Понял, – сообразил начальник штаба. – С гибелью твоего отца связано…

– Так точно. И я – единственный, кто может по этому делу работать. Меня опознают хотя бы по семейным фотографиям – грабителям никто не мешал украсть из квартиры отца фотографии. Так что подставлять вместо меня другого – риск провала и смерти сотрудника.

– Сложная ситуация, – согласился Валерий Валерьевич. – Я даже затрудняюсь сразу определиться, какими мерами безопасности следует обеспечить твоих домашних. При этом прекрасно понимаю, что караул у твоего дома выставить невозможно. Это сразу покажет, что ты занят в чем-то важном. А тут как раз полковник Морозов звонил, просил сделать все так, чтобы с твоей стороны исключить всякое беспокойство за семью. При этом сделать все меры безопасности скрытными. Есть предложения?

– Есть, – кивнул старший лейтенант. – Самым уязвимым своим местом считаю детей. Захват детей и диктовка условий – тактика, излюбленная бандитами всего мира.

– Что, караул поставить в детский сад?

– Есть путь проще, только следует договориться с начальником реабилитационного центра. Чтобы пошел навстречу…

– Положить туда всех твоих? На реабилитацию?

– Оформить отпуск раньше времени. В счет будущего года, наверное, или еще как-то, я не знаю. Чтобы Людмила с детьми уехала к сестре в Питер.

– Считаешь, там не найдут?

– Все зависит от того, кто будет искать.

– Да. Бандитов не стоит считать всемогущими, они не из тех. Вот присутствие в деле отставного полковника Самойлова меня смущает. У него наверняка есть мощные старые связи, с которыми многие вопросы решаются на раз.

– Многие, но не все. Это в советские времена, говорят, КГБ могло знать все про всех. Сейчас сложнее… И у сестры есть возможность спрятать в какой-нибудь глубинке… Она по работе с памятниками старины связана, с музеями и с прочим. А область у них большая. Но официально стоит объявить, что Людмила уехала куда-то отдыхать. На юга, где потеплее… Скажем, на Кипр.

– Я попробую договориться. Думаю, проблем быть не должно. В любом случае, могу позвонить и попросить, чтобы сверху надавили, поскольку просьба о безопасности идет с их стороны.

– Я сам думал позвонить, если будут препятствия. К мнению полковника Мочилова должны прислушаться.

– Нормальный ход, – коротко засмеялся подполковник. – Ты, Василий Иванович, уже самому командующему звонить имеешь возможность? У меня вот такой возможности пока нет, не заслужил… Ладно-ладно, не смущайся. Юрий Петрович – человек демократичный и в просьбе не откажет, тем более что просьба касается, как я понимаю, серьезной операции. Северный Кавказ?

– Пакистан.

– «Аль-Каида»?

– Да.

– Да, это стоит заботы. Серьезное дело. Я тебе по большому счету завидую. Справишься – далеко пойдешь. И нас, грешных «грушных», может, не забудут. За то, как сам понимаешь, что такого ценного кадра вырастили. Можешь здесь посидеть, я схожу поговорю.

– Я, товарищ подполковник, в роту схожу…

– Ладно, я тебя там найду. Кстати, я подобрал тебе временную замену. Молодой лейтенант из прикомандированных сегодня после обеда с твоим взводом занимается. Познакомиться, наверное, успел. Апостолов его фамилия, Павлом Петровичем зовут. Дразнить будут Апостолом Павлом, но он, наверное, к этому уже с детства привык. Он у нас прошел курс реабилитации, и пока командование насчет него не определилось. Уже неделю без дела слоняется, в бильярд в клубе играет. Я запросил Москву, разрешили использовать до особого распоряжения…

– Вот и познакомимся, – без особой радости сказал Арцыбашев.

С одной стороны, Василий испытал легкое чувство ревности. Как же на его законное место ставят незнакомого лейтенанта; с другой, – взвод без командира может быстро отбиться от рук, и потом придется затратить много времени, чтобы восстановить старые порядки и принципы. И по большому счету замещение его на время отсутствия не может не быть благим делом.