Инкубатор - Лев Пучков

— Зачем тогда вся эта возня? — Спартак опять показал в окно и ткнул большим пальцем вверх. — Надо было подсказать ТАМ, что это бессмысленно.

— Если ты заметил, ТАМ советов никто не спрашивал, — вмешался Домовитый. — А дурная инициатива снизу всегда наказуема.

Степа молча кивнул, подтверждая мудрость шефа.

— Да пусть ищут, — беспечно заметил доктор. — Там дальше дачное товарищество, глядишь, пару-тройку уголовников отловят, уже хоть какая-то польза.

— Скорее, кучу бомжей и гастарбайтеров, — усмехнулся Ольшанский. — Можно было сразу туда миграционную службу зарядить. Но, в самом деле, пусть ищут. Хуже от этого никому не будет…

По приказу Серого Венин дворец до утра был посажен на карантин.

«Скорые» завернули обратно, отняв перевязочный материал и часть медикаментов, доступ в усадьбу (из усадьбы) был воспрещен до особого распоряжения.

Помните классику «Легким движением руки брюки превращаются…»?

В нашем случае примерно то же самое было с людьми и профилями. Причем даже рукой шевелить не понадобилось, достаточно было одного слова Верховного, и в обозримой видимости сразу стали происходить чудесные метаморфозы.

Психиатр превратился в хирурга и весьма качественно заштопал несколько резаных ран. Элитные телохранители с евродипломами мгновенно были низложены до простых сторожей и выставлены парами по периметру вокруг здания на дистанции визуального контакта между постами. А особую группу Следственного комитета буквально за десять секунд укомплектовали такими схожими по профилю должностями, как картограф, разведчик, боец, инженер, финансовый магнат (если кто не понял, это Веня) и директор Службы по надзору за ВГО. То есть собственно следователь в этой следственной группе был один — Петрович. Зато какой следователь!

Да, я не упомянул, но вы, наверное, уже и сами догадались: психиатр в этой группе тоже присутствовал. А куда же без него? Если весь мир вокруг тебя сплошной дурдом, без психиатра — никак.

Прежде чем приступить к совещанию, Ольшанский раздал всем бумагу с карандашами, а на листке хозяина дома что-то написал.

— Нет, — покачал головой Веня, прочтя написанное. — В этом крыле камер нет ни в одном помещении, только в коридоре, на лестнице и в холле.

— А микрофоны? — еле слышно уточнил Петрович.

— И микрофонов нет.

— Точно?

— Точно, точно. Веник — существо свободолюбивое, пылкое и… наблюдательное. Поначалу я пытался его мониторить, но каждый раз это завершалось жутким скандалом, так что в конечном итоге я отказался от этой затеи.

— Что ж, это к лучшему. Тогда начнем работать, — Ольшанский машинально похлопал по карманам и скорчил мученическую гримасу: он страдал без своей неизменной трубки, которую Домовитый запретил брать на прием. — Итак, коллеги, давайте определимся, что мы можем сделать в отпущенное время. А конкретнее — до шести утра.

— Можно пойти перекусить и завалиться спать, — без намека на иронию сказал Юра, пробуя на ощупь свежую повязку на голове. — Говорят, для черепа это полезно.

— Обнадеживающий симптом, — одобрил доктор. — То есть череп потихоньку идет на поправку?

— У нас не так уж много времени, а работы, даже навскидку, намечается немало, — осадил коллег Ольшанский. — Итак, что мы можем сделать до шести утра?

— Надо бы вопрос переформулировать, — поправил аппаратно-продуманный Домовитый. — Не «что мы можем», а «чего от нас ожидает руководство».

— Вряд ли чаяния руководства расходятся с нашими текущими задачами, — сказал Петрович. — А задачи по ситуации примерно такие: попробовать отыскать Веника и Ивана и по возможности отработать Степину версию. Иначе говоря, либо подтвердить ее, либо опровергнуть.

Иван, если кто запамятовал, это надзиратель Вени-младшего. Или нянька, это уж кому как угодно. По итогам беспорядков в усадьбе он пропал без вести при невыясненных обстоятельствах и до сих пор не был найден.

— Итак, коллеги, прошу высказываться по задачам, — предложил Ольшанский. — Определимся по аспектам, выработаем алгоритм — и за дело. Повторюсь, особо затягивать не стоит, у нас не так уж много времени.

— Первым делом надо найти Веника, — привычно затянул Веня. — Все остальное не принципиально. Да, Ивана тоже неплохо бы найти. Может, он что-то знает…

— Безусловно, это важный вопрос, — согласился Домовитый. — Но и Степину версию нужно отрабатывать в обязательном порядке…

— Это потом, это не принципиально! Сначала надо найти Веника!

— Это принципиально, — терпеливо пояснил Домовитый. — Если Степа прав и была подмена, значит, Веник ни при чем. А это все решает. Ты же не хочешь, чтобы все ЭТО повесили на Веника?

— Конечно не хочу! — Веня тяжело вздохнул и сник. — Господи… Ну не мог он, я же чувствую… Он не такой… Он… Да, надо искать этих проклятых «стилетов», тут ты прав…

— Степа, а кто такие «стилеты»? — вкрадчиво спросил я, воспользовавшись подходящим моментом.

Степа нахмурился и одарил меня тяжелым взглядом.

— Это отнюдь не праздное любопытство, — поспешно добавил я. — Это как раз по теме. Прежде чем отрабатывать твою версию, хотелось бы знать, с чем мы имеем дело. Хотя бы в общих чертах.

— Это люди, обученные убивать, — сказал Степа. — Достаточно?

— Знаешь, я тоже некоторым образом обучен убивать. Но мы имеем дело не с такими, как я, верно? Нельзя ли немного уточнить?

Степа в затруднении почесал затылок и зачем-то посмотрел под потолок, в противоположный от нас угол. У меня сложилось такое впечатление, что он не принял на веру Венино утверждение о полном отсутствии мониторинга.

— Мы не просим «закрытой» информации, — подсказал доктор. — Принадлежность, задачи, подчинение — мы без всего этого обойдемся. Нам нужны голые параметры. На что способны эти люди? Что от них ожидать? Как строить работу с ними? В общем, сам подумай, что нам может пригодиться.

— Ну… В общем, сложите нас с Юрой и представьте себе, что это один человек.

— Забавный симбиоз, — хмыкнул Домовитый.

— Забавный? Я бы сказал, смертельно опасный, — нахмурился Степа. — Представьте себе, что у этого мутанта четыре руки, четыре ноги и две головы, которые смотрят в разные стороны. Представили? А теперь умножьте все это на… Ну, пожалуй, на три. То есть это примерно полдюжины таких, как я и Юра, действующих слаженно и одновременно. Вот это и будет один «стилет».

Однако… По по-моему, Степина оценка неоправданно завышена. До сих пор я считал его самого эталоном боеспособности. Помните, я называл его боевым роботом? Это была не шутка. Если вы с нами хорошо знакомы, вы знаете, о чем речь. Если нет, ознакомьтесь с материалами дел № 1, 2, 3, и вы поймете, что я имею в виду.

Так вот, по-моему, у нашего робота барахлит программа оценки противника. Я уверен, что таких тварей, которых описал Степа, в природе просто не существует. Полдюжины Степ и Юр в одном человеке? Это бред. Горько это признавать, но, кажется, мы больше не можем безоговорочно доверять Степе как командиру и главному военному эксперту.