Морской бой - Максим Шахов

– Что делать будем? – проворчал один из спецназовцев.

– Убирать! – рявкнул Маштаков. – Пока они на палубе, взрывать не будут.

Он смахнул пот со лба и бережно поднял коробку. Вес был примерно таким, как он и предполагал – около пяти килограммов. Борт, возможно, и не пробило бы, а вот без электроэнергии судно осталось бы, потому что рядом резервный генератор, возник бы пожар, и началось задымление. А потом потерявший ход «Архангельск» взял бы буксир на швартовы и поволок к берегу в ремонтные доки. А там снова таможня, береговая охрана и вывод, что взорвалась взрывчатка, которую везли русские, чтобы провести террористический акт. Там уже не обойтись без вмешательства прокуратуры и санкций на вскрытие контейнеров. Там могут и мешок с героином подбросить. Чего же в своем-то порту не потешиться? Туда никак нельзя!

– Дайте накрыть чем-нибудь, – попросил Маштаков, держа перед собой бомбу. – Увидят ведь аргентинцы.

Все переглянулись. Один из моряков поспешно стащил через голову тельняшку и накрыл бомбу.

Маштаков поднялся по всем трапам из недр корабля и вышел на палубу. Предупрежденный Сашка уже шел навстречу, пытаясь поспешностью не выдать своего волнения.

– Она? – спросил он лейтенанта.

– Она. Вот упыри!

– Черт… давай ее за борт! Тут глубины метров пятьсот хотя бы есть? А ну, позовите сюда капитана! – крикнул Сашка, увидев, что неподалеку появился Топилин, проводивший покинувших корабль аргентинцев.

Капитан подошел и, увидев то, что ему показали спецназовцы, побледнел. Но в целом он держался хорошо.

– Скажите, Николай Николаевич, какие глубины в заливе?

– Средние, насколько я помню лоции, до двадцати метров.

– Мало! – проворчал Сашка. – На такой глубине рванет, весь ил со дна подбросит и фонтан даст.

– Но это же средние. Тут ширина пока еще триста с небольшим километров и подводные завихрения. Надо последить за показаниями глубиномера. А какая глубина, по-вашему, нужна?

– Не менее пятидесяти-шестидесяти.

«Архангельск» шел малым ходом. Маштаков стоял на корме и ждал команды с мостика. Восемнадцать, четырнадцать, девять, пятнадцать, семнадцать, двадцать два… В заливе было густо от кораблей. По крайней мере одновременно в поле зрения невооруженного глаза с мостика виднелось их не меньше пяти, шедших различными курсами. И оттуда, наверное, с изумлением смотрели на плетущийся черепашьим шагом русский сухогруз. Тридцать пять, тридцать восемь, сорок два…

– Может, освободим один контейнер, – задумчиво предложил Рыськин, – загерметизируем, наполним водой и рванем на борту? С водяной подушкой должно быть ничего. А обломки в воду.

– А если осколки все вокруг посекут? – хмуро поинтересовался Сашка. – Куда мы с такими следами? А если на нас в бинокли смотрят и кинутся смотреть, что тут такое?

– А если оно в руках рванет?

– Не болтай!

Сорок восемь, пятьдесят два… шестьдесят один, шестьдесят два… Сашка слушал доклад и чувствовал, как рубашка прилипла к спине от пота. Главное, не торопиться, главное, ждать. Ведь понижение же идет, желоб какой-то. Если на такой глубине рванет обычная мина, то на поверхности вспухнет грязный пузырь, выбросит в воздух фонтан воды. А тут-то всего пять килограммов! Жди, Ветер, жди… не паникуй. Шестьдесят восемь, семьдесят, семьдесят два, семьдесят четыре, семьдесят три, семьдесят один…

– Бросай!

Маштаков улыбнулся и выпустил из рук свой сверток.

– Тельник-то зачем! – раздался в гробовой тишине голос моряка-моториста.

На него оглянулись, а потом тишину разорвал дружный многоголосый раскатистый хохот. Моряк хмуро махнул рукой и пошел к трапу. И в этот момент судно чуть дрогнуло. Все замерли на месте. Чуть заметная рябь пробежала по поверхности воды. Минута, вторая прошли в молчании и напряженном созерцании водной глади. Потом на поверхности появилась тушка дельфина и несколько рыбин.

– Бедолага, – послышался голос подошедшего капитана Топилина. – Любопытные, как собаки. Вот и подплыл посмотреть. М-да, вот тебе и тарелка-блюдечко[15]на подносе.

Сашка посмотрел на лейтенанта Маштакова. Парень держался молодцом. Ни намеком, ни словом не выдает волнения. А ведь без малого три минуты до взрыва он устройство держал в руках. Не успей они, и от него остались бы только кроссовки. И то вряд ли.

– Не расслабляться, парни! – рявкнул Сашка. – Три акваланга на палубу! Рысь, наблюдателей по курсу и мне двоих для погружения.

– Автоматы в контейнере, – напомнил Рыськин.

– Ножи, – махнул рукой Сашка. – Только ножи.

По большому счету, дайверские ножи для погружений вещь в подводной схватке бестолковая. И достаточной остроты лезвия нет, и конец для проколов не годится. Это не ножи, а лопаточки для ковыряния грунта. Ну, еще сеть можно разрезать, если запутаешься. Чтобы под водой перерезать воздушный шланг акваланга, нужен специальный нож. Для того чтобы пробить гидрокостюм – тоже. Там или специальная заточка нужна, или вообще шило. Нож для подводной схватки вещь особая, потому что там очень трудно нанести удар, как это делается в воздушной среде. Правда, подводные пловцы знают способы, как убить любым способом, любым предметом, в любой среде.

– Есть, Ветер! Четыре кабельтовых по курсу, – разнесся над палубой голос одного из спецназовцев. – Возможен сброс пловцов с катера.

– Группа погружения, ко мне! – приказал Сашка и бросился к разложенным на палубе аквалангам.

Пока он сбрасывал одежду и надевал снаряжение, старший лейтенант Рыськин стоял рядом и наблюдал, как группе помогают облачаться. Теперь он оставался на судне за командира.

– Рискуешь, Ветер, – недовольно проговорил он. – А если это Buzos Tácticos?

– Ты спятил, да? – с усмешкой ответил Сашка. – Тактические водолазы подчиняются разведке флота. Бандитам до них, чтобы купить, не добраться, хоть ты тресни. Если там кто и есть из «бывших», то они всего лишь бывшие. Пиво, сигареты, отсутствие регулярных тренировок. Нормально все будет.

Сашка бравировал намеренно, хотя беспокоился не меньше старшего лейтенант Рыськина. У противника может оказаться элементарное преимущество в виде огнестрельного оружия. Пусть не специальное оружие для подводной стрельбы, пусть обычное двухсредное, пули которого сохраняют убойную силу на расстоянии пяти метров. Эти пять метров еще надо как-то преодолеть. Правда, есть преимущество и у группы самого Сашки в виде возможного подкрепления с борта сухогруза. На этот случай существует оговоренный код в виде количества выпущенного воздуха через клапан загубника. Например, короткий сноп пузырьков и длинный, короткий и длинный. Или серия коротких. Кстати, так, например, акул отпугивают.