Тень невидимки - Андрей Ильин

— Ты всё понял? — спросил незнакомец.

Телохранитель чуть заметно кивнул. Он понял, он не дурак!

— Зачем я пришел, знаешь?

Опять кивок.

— Вот конверт. Передашь его… Ну, ты знаешь кому. Те, прежние, вручили? Если соврешь…

Телохранитель легонько мотнул головой.

— Это плохо, — вздохнул «маляр». — Почту надо доставлять… Руки!

Телохранитель протянул руки. Незнакомец перехлестнул их веревкой, притянул к спинке кровати.

— Ты что, убить меня хочешь? — шепотом спросил телохранитель.

Незнакомец не ответил. Он сел на ноги телохранителя, прижав их к матрасу, рывком скинул одеяло.

Хм… А может, она и не изображала, может, действительно…

— Не дергайся!

Натянул на руки резиновые перчатки.

— Ты чего удумал, чего?! — забеспокоился Телохранитель, выворачивая голову.

— Лежать! — ударил его кулаком по губам «маляр». — Молча лежать!

Зашарил руками, нащупал, подцепил то, что было под одеялом, и оттянул…

— Ты, гад, ты что творишь! — захрипел телохранитель, выворачиваясь. Но сделать ничего не мог. Не успел.

Незнакомец чиркнул поперек бритвой. По одеялу брызнуло черным. Телохранитель выгнулся дугой, попытался закричать, но «маляр» быстро сунул ему в рот какую-то, поднятую с пола, тряпку. Из гардероба дамы.

Крик перешел в мычание.

— Не ори, не так уж больно. Чик — и всё. — Брезгливо, двумя пальцами подцепил, поднял с одеяла какой-то ошметок, с которого капала кровь. Заметил на тумбочке стакан с водой. Бросил ошметок туда. — Будешь себя тихо вести, отдам тебе твое достоинство. Глядишь, тебе его обратно приштопают. А нет, с собой прихвачу. И во дворе собакам скормлю. Для них это мясо. Ну, что?

Телохранитель, преданно глядя на «маляра», закивал. Очень он не хотел терять тот предмет в стакане. Дорог он ему был.

— Ну, ладно. Держи.

Незнакомец поставил стакан на тумбочку. Телохранитель зачарованно смотрел на стакан, в котором что-то плавало. Ну, просто глаз не отрывал!

— Тогда я пошел?

— М-м! — замычал травмированный телохранитель, кивая в сторону кухни.

— Чего? — не понял «маляр». — Кушать хочешь?

— М-м-м!!! — Телохранитель пучил глаза.

— Принести чего?

— М-м!

— Отнести?

Телохранитель закивал. Показал глазами на стакан.

— Стакан унести?

— Угу!

— А… И в холодильник поставить?

Телохранитель закивал, как бешеный.

— Ну, понятно… Ладно. Поставлю в морозилку. А ты не забудь конверт передать. И скажи своим приятелям, что если почта не дойдет, то следующему почтальону я отхвачу всё по самые… И сами тоже. Под корешок. И никакие врачи!.. Передашь?

Телохранитель снова закивал.

— Ну, тогда бывай. Извини, коли вечер испортил. И даму отпустить не забудь, зачем она тебе теперь? Теперь она тебе без надобности.

Зря тогда Главный Телохранитель про «всё прочее» говорил.

Вот и накаркал…

* * *

— У нас ЧП.

— Опять ухо отрезали?

— Нет, на этот раз не ухо, — ответил Главный Телохранитель. Теперь он не интриговал, теперь ему было не до интриг.

— А что?

— То самое…

«Первый» нахмурился.

— Кто это твоих орлов шинкует, как капусту?

— Не знаю. Но знаю — зачем.

— Зачем?

Главный Телохранитель протянул конверт.

— Это вам. От него.

— Мне? Что за бред? — Вскрыл конверт, вытащил сложенную вдвое бумажку, прочитал: — «Мне необходимо с вами встретиться. Назначьте время и место аудиенции».

— Там еще ссылка на доску объявлений, где нужно дать оповещение…

— Ты что, — перебил его «Первый», — предлагаешь с ним в переписку вступить?

Главный Телохранитель молчал, потупив взор.

— Ты серьезно? Я хозяин одной шестой должен переписываться с каким-то уркой, который члены режет?! Объявления давать?! Я?! Ты в своем уме? Я Америке не кланяюсь, а тут… Иди и разбирайся с ним сам.

— Боюсь, всё не так просто…

— Не понял?

— Предполагаю, что он продолжит. Сегодня мне на стол лег рапорт. По собственному желанию. Первый, и боюсь, что не последний. Чтобы из нашего ведомства уходили по собственному… Я такого не упомню.

— Что ж это за бойцы у тебя, которые чуть что, хвосты поджимают?

Главный не сказал, но подумал: какая страна — такие и бойцы! Кто теперь на амбразуру грудью полезет? Нет таких! Это раньше за идею бились, а нынче все за деньги служат. А зачем им деньги, если они телку снять не смогут? Точнее, снять-то снимут и в ресторан сводят, а после ничего с ней сделать не смогут. Потому что — нечем! И к чему тогда деньги?

— Мне кажется, нужно всерьез…

— Если кажется — крестись! — перебил «Первый». — Понял? Мы теперь все православные, с крестами ходим, вот и сподобься. Еще можешь свечку в церкви поставить! Хоть две! А я тебе не батюшка грехи отпускать! Твоих людей калечат, тебе с этим и разбираться. Тебе — а не мне! Всё, иди, с глаз долой.

Главный Телохранитель повернулся и вышел. Не получилось — «Первый» не пошел на контакт! Не воспринял всерьез угрозу, или сделал вид, что не воспринял. Почему? А черт его знает… При дворе монарших особ такие хитромудрые интриги плетутся, что никогда не знаешь, откуда прилетит. Может, «Первый» не имел в виду ничего такого, а может, имел и еще будет иметь. Причем именно его. Разве тут угадаешь?

Но Главный Хранитель «Первого» тела страны ощутимо почувствовал, как под его седалищем качнулось и поплыло куда-то кресло, то, в котором он уютно сидел уже столько лет и которое казалось незыблемым.

* * *

Праздник был в разгаре. Охрана «Первого» теперь всегда веселилась вместе.

— Предлагаю выпить за именинника…

Именины праздновали на природе, раскинув большую армейскую палатку и поставив в ряд пять мангалов. Было весело и беззаботно, пока не хватились именинника.

— Где он, куда запропастился? У меня тост!

— Отлить пошел. Ну или еще чего.

— А с кем?

Поодиночке охранники теперь не ходили даже до ветру. Таков был приказ. Даже сидя на горшке, они должны были не выпускать друг друга из виду. Такой дурдом!

— С Мишкой, кажись, пошел.

— Ну, и где они?

— Может, веревку проглотили, — пошутил кто-то.