Проклятие изгнанных - Альберт Байкалов

Медленно поднимаясь по заплеванной и давно не мытой лестнице, Сурок в последний раз прокручивал в голове возможные вопросы Заскока и ответы на них.

«А если он спросит, почему родственница не дает мне ключи? – задержался он на ступеньке. – Скажу, с тараканами в голове бабка, не доверяет никому. Знает, что антиквариатом интересуюсь, и боится за копеечную икону, которая осталась от родителей».

Довольный собой, он поднялся на площадку и пошарил взглядом вокруг обшарпанной двери с небрежно нарисованным белой краской номером «сорок девять». Кнопки звонка здесь не было, из стены торчал лишь провод, покрытый изрядным слоем краски. Сурок вздохнул и постучал согнутым пальцем. Внутри квартиры что-то стукнуло, послышались шаги, и двери открылись, выпустив на площадку запах дыма дешевых сигарет и чеснока.

Заскок был в майке, огромных семейных трусах и пляжных тапках.

– Чего не спрашиваешь, кто пришел? – перешагивая через порог, спросил Сурок, стараясь выглядеть понаглее. Ведь как себя поведешь с самого начала, так пойдет и дальше.

– Ты как узнал, где я живу? – оставив вопрос без ответа, оторопело уставился на Сурка Заскок.

– В домоуправлении, – пожал плечами Сурок, оглядывая стены с рваными, засаленными обоями.

– Не нравится? – заметив в его глазах брезгливость, усмехнулся Заскок.

– Ты чего раздетый? – насмешливо посмотрел на хозяина квартиры Сурок. – А если бы женщина пришла?

– Я никого не приглашал.

– Поговорить надо. – Сурок посмотрел через его голову в глубь квартиры, пытаясь понять, есть ли кто-то еще здесь, кроме него.

– Проходи. – Заскок чиркнул спичкой, сложил руки лодочкой, словно в квартире был ветер, и бережно поднес огонек к потухшей сигарете.

– Благодарствую, – с иронией произнес Сурок.

Они прошли на кухню. Пластиковый стол, старенький холодильник и уже давно забытые полочки, на которых стояла чистая посуда. Сурок задержал взгляд на двух горшках с цветами, стоявших на подоконнике, потом уставился на огромных размеров кота и недоверчиво спросил:

– Ты точно один живешь? – Уж очень не вязались эти два атрибута спокойной размеренной жизни с образом Заскока.

– Что тебя смутило? – Заскок проследил за взглядом Сурка и пояснил: – Матушка умерла, вот, как память остались.

– Давно? – вспомнив закрашенный провод, спросил Сурок.

– Что давно?

– Умерла.

– Год назад. Она не здесь жила, в деревне…

– Понятно, – осторожно опускаясь на табурет, словно он был раскаленным, кивнул Сурок.

– Ну, и какое же у тебя ко мне дело?

– Тетка у меня есть, – тихо заговорил Сурок, – давно за восемьдесят. Умом тронулась. Сидит безвылазно дома и в окно смотрит. Ходят к ней только женщина из социальной службы да соседка одна.

– Хороши родственники, ничего не скажешь, – Заскок забросил ногу на ногу и почесал лодыжку. – Узнаю Россию.

– Зачем ты так? – сделал вид, будто расстроился, Сурок. – Я за помощью пришел, а ты ерничаешь…

– Так зачем я тебе понадобился? – выжидающе уставился ему в глаза Заскок.

– Как бы сказать… – Сурок щелкнул пальцами, делая вид, будто бы ищет доходчивое объяснение своего визита, а на самом деле просто интригуя рецидивиста.

– Ты хочешь, чтобы я на ней женился? – не выдержал Заскок.

– Нет, почему? Вернее… – Сурок, наконец, понял шутку и прыснул со смеху: – Нет, жениться не надо.

– А что тогда?

– У нее деньги в серванте спрятаны, – заговорил Сурок, чувствуя, как взгляд предательски сползает с лица бывшего зэка куда-то на окно. – Большая сумма. Боюсь, что она с ней что-нибудь сделает. Сам понимаешь, в этом возрасте что угодно человеку в голову прийти может. Да и мошенников разных сколько развелось. Много таких, которые как раз пенсионеров и облапошивают. То работниками собеса представляются, то социальными службами…

– А то и вовсе слесарями жека, – зло договорил за него Заскок, по-видимому, вспомнив, под каким предлогом его турнули с работы.

– Да, с тобой не по-человечески обошлись, – сделал вид, будто сочувствует, Сурок, хотя был уверен – Заскок своей работой не дорожил. Устроился от скуки да чтобы участковый не докучал.

– Так чего ты хочешь, не пойму?

– В общем…

– Сразу говорю, замки я врезать никому не нанимался, – не дал ему договорить Заскок и чиркнул спичкой.

– Нет, замок не надо, – замотал головой Сурок.

– Кстати, а зачем ты мне про шкаф и деньги сказал? – неожиданно прищурился Заскок.

Зажженная спичка замерла на половине пути к сигарете. Сурок завороженно уставился на огонь, медленно подползающий к пальцам.

– Ты не так меня понял…

– Подставить решили с Фенькой? – зло сверкнул глазами Заскок и сморщился от того, что огонек наконец лизнул кожу. Затряс рукой и бросил спичку прямо на пол, а обожженными пальцами схватился за мочку уха.

– Никто тебя подставлять не собирается, – торопливо заговорил Сурок. – Надо просто двери открыть и уйти. Я сам войду и заберу все. С тобой рассчитаюсь как надо.

– Ага, я двери вскрывать стану, а твоя бабулька в полицию позвонит.

– Не позвонит, – уверенно заявил Сурок. – Телефон давно отключен. Да и я рядом буду. Если что, объясню, что сам тебя нанял.

– Тогда годится, – согласился Заскок, достал новую спичку и подкурил сигарету. – Когда надо?

– Что? – не понял Сурок. Отчего-то он все еще ждал казавшихся непременными в такой ситуации вопросов, и ему было даже жалко, что Заскок не задает их.

– Когда дверь поедем вскрывать? – Заскок сложил рот буквой «О» и выпустил перед собой кольцо дыма.

– Я скажу, – заволновался Сурок. – Надо время подобрать, когда она спать будет.

– Ночью, что ли? – насторожился старый вор. – Не пойдет.

– Нет, нет, – замотал головой хитрец. – Она днем часто отдыхает, старая ведь.

– И как ты собираешься это узнать, если, говоришь, на порог не пускает, а телефона нет? – прищурился Заскок.

– К ней соседка ходит, – удивляясь своей находчивости, напомнил Сурок. – Она сообщит.

– Хороший ты, видно, родственник, если выжившая из ума старуха больше соседям доверяет. А почему бы той соседке и не забрать деньги? – съехидничал Заскок.

Сурок глупо заморгал глазами, не зная, как ответить.

– Правильно, – неожиданно пришел ему на помощь Заскок. – Кому охота грех на душу брать? Вдруг ты ей наврал, что тобой движут лишь благородные намерения? Она тебе деньги передаст, а ты потратишь. С кого тогда спросят? А так сам взял, сам разбирайся. При случае на тебя можно и кражу оформить.