Государственный киллер - Михаил Серегин

– Вам не идет злиться, – сказал он. – Простите, если что-то не так.

И, повернувшись, он зашагал к тому месту, где безмятежно загорал Фокин, так, по всей видимости, и не узнавший, что происходило с его другом помимо попытки знакомства с девушкой.

– В общем, так, – сказал амбал девушке, поднимая с песка своего пострадавшего товарища, – еще раз увижу возле тебя этого урода, пиши пропало. Скажу Маметкулу, что тебя опасно отпускать гулять так далеко. А его, вон того баклана, мы и так поучим уму-разуму.

– Ну что ж… пойди поучи, – медленно произнесла она. – Вася уже попытался, теперь твоя очередь.

– В общем, так, – еще раз повторил тот, неприязненно глядя на девушку, – если бы моя воля, а не Николы или Маметкула, ты бы у меня по-другому запела. А якшаться со всякими козлами… ты же у нас товар дорогой, не про таких.

И он мерзко засмеялся, глядя на бледную от унижения и гнева девушку.

Тем временем Свиридов дошел до Фокина и увидел, что тот вовсю разглагольствует с двумя весьма миловидными особами женского пола. Даже обожравшийся Наполеон с интересом приоткрыл левый глаз и, казалось, прислушивался к разговору.

– А вот это мой друг Володя, – представил Свиридова Фокин.

Знакомство с девушками, которых выбрал Фокин, оказалось несравненно более удачным, чем предшествующие попытки Влада, потерпевшего фиаско.

…Вечер подошел к своему естественному завершению, и Фокин со Свиридовым, чуть покачиваясь от возлияний, которым они предавались усиленно, но все же не так неумеренно, как на «Валериане Куйбышеве», стали прощаться. Девушки, в номере у которых и происходило все действо, остались несказанно довольны новыми знакомыми, на фоне которых все мужчины, которых они когда-либо знали, казались жалкими и невзрачными.

Договорившись встретиться завтра на пляже, друзья покинули территорию «Алого Горизонта» и направили свои стопы к деревне, где их поджидал Константин Макарыч.

– Вот так надо, – разглагольствовал Фокин, который был очень доволен и тем обстоятельством, что они преуспели в общении с прекрасным полом, и тем, что конкретно он, Афанасий Фокин, преуспел в этом больше Свиридова. – А то ты выбрал… с ней два гопа, а сама злобная мымра.

Влад уже рассказал Фокину о своих приключениях на пляже.

– Жалко, – отозвался он. – Та парочка, которую ты так удачно снял, ей в подметки не годится. Очень жалко.

Сидящий на плече у Влада Наполеон согласно гыгыкнул.

– А я-то ловко изощрился, – продолжал хвастливые разглагольствования святой отец, – когда эта мымра, значит, увидела, что Наполеон… – И он подробно, технологично и с применением красочных эпитетов изложил то, что, без сомнения, должно было пополнить «Кама-сутру» и «Книгу рекордов Гиннесса» в придачу.

Свиридов слушал и снисходительно посмеивался.

Идиллическая беседа двух хорошо отдохнувших друзей была прервана визгом тормозов, и возле них остановился черный джип, который только что вынырнул из-за поворота.

– Эй ты, с макакой, – послышался голос: по всей видимости, окликнули Свиридова, потому что, как уже упоминалось, Наполеон сидел у него на плече. – Иди сюда.

– Это, Афоня, мои новые знакомые, – сказал Влад, но легкая бледность проступила-таки на его спокойном лице.

Впрочем, нужно склониться к мысли, что это произошло не из страха перед ублюдками – в конце концов, Свиридов на пару с Фокиным без особых сложностей разобрались бы даже с толпой подобных «героев нашего времени», – а при мысли, что сейчас он снова может увидеть их ослепительную подопечную.

– Я слушаю, – сказал он.

Из машины один за другим вышли четверо. Среди них Влад признал уже пострадавшего от его возмутительного произвола верзилу с кнопочным носом и замечательной стильной прической, которая смотрелась на голове у этого орангутанга примерно так же, как жар-птица на заборе свинофермы.

Увидев процессию, Фокин не замедлил ощетиниться.

– В чем дело? – вполне агрессивно спросил он, почесал в затылке и добавил: – Это те самые, что были с той отпадной девчонкой?

– Да, те и еще дополнительно с ними.

Выскочивший из машины первым на ходу вытащил из-за спины пистолет и ткнул его Свиридову под подбородок так, что он невольно задрал голову, чтобы не было еще больнее.

– Ты, мудак!.. – заорал он и врезал коленом, определенно метя попасть прямо по почке.

Свиридов болезненно скривился, несмотря на то, что колено только скользнуло по боку и, зажмурившись, пробормотал:

– Я не мудак, я козел… как вы могли забыть? Мудак – это он.

Его палец, чуть подрагивая, анемично завис в направлении Фокина.

– Колян, отстрели-ка ему ухо, суке, – посоветовал второй и вознамерился непочтительно пнуть Влада.

Его нога самую малость не дошла до цели, потому что Фокин легко перехватил ее и дернул на себя так, что у того что-то хрустнуло в бедре, а парень пронзительно взвыл. Следующий удар доброго пастыря, последовавший буквально через доли секунды, угодил тому в промежность и отбросил метра на два. Болевой шок был столь велик, что бедолага немедленно потерял сознание.

Свиридов не стал дожидаться, чем все это кончится, а вывернул руку с пистолетом, а потом выкрутил из судорожно сжавшихся пальцев своего обидчика и сам «ствол», синхронно врезав с левой ноги в живот поспешившему на помощь к своему корешу бандиту с кнопочным носом. И надо же – опять в солнечное сплетение! Тот захрипел и на бегу нырнул в ноги Свиридову, а Фокин, который тем временем схватил четвертого, попытавшегося было трусливо проскочить в салон джипа, – Фокин попортил «кнопочному носу» и прическу, уцепив за волосы и швырнув куда-то под откос, в пыльный бурьян.

– Тебе край, сука! – прохрипел амбал, который буквально несколько секунд назад еще держал пистолет на горле Свиридова, а теперь стоял в позе безнадежно разбитой радикулитом и пупочной грыжей бабушки-пенсионерки с вывихнутой Владом рукой. – Никола и Маметкул тебя в порошок сотрут и смоют в сортире…

– Было бы из-за чего, – грустно сказал Свиридов, не выпуская посиневшую от его стальной хватки кисть парня, – а то бабу не поделили.

– Правда? – раздался за плечом Влада высокий, едва дрожащий голос, чуть смазывающий букву «р».

Он обернулся.

Его волжская фея стояла буквально в полуметре и смотрела широко распахнутыми темно-синими глазами, как легко Влад удерживает усиленно корчащегося и извивающегося здоровяка, который вызывал у нее такой трепет. Фокин, который чуть прихватил в локтевом захвате шею своего противника, тихо выругался от восхищения и, вероятно, именно по причине телячьего восторга чуть переборщил с усилием и прижал свою жертву так, что парень сдавленно квакнул и обмяк.

– Это вы? – проговорил Влад. – А еще кто-то говорил, что нет никакого смысла затевать знакомство. Видите, даже ваше милое сопровождение не могло не поспособствовать тому, чтобы мы продолжили нашу беседу.