Отверженный 追放者 Часть IV - Александр Орлов

банда и проводила большую часть времени. Центр помещения оставался открытым и освещенным, будто выстланная дорожка, что вела к массивному письменному столу в глубине. По бокам же расположились приспешники. Вот парни занимаются сортировкой товара, втроем перекладывают и взвешивают пакетики на длинном стеллаже из нержавейки. Тут группа отдыхает, развалились на старом диване и креслах и пьют пиво. Рядом с ними мужик в шубе жарит якитори на маленьком гриле, уютненько. Еще толпа, играют в сёги, расположившись на коврах. На столбе примотали старую колонку, которая с хрипом исторгает из себя техно. М-да, какой-то сельский гангстерский притон, а не офис наркомафии. Сразу видно, рябяткам не сладко живется.

А вот за письменным столом в центре восседал местный мусорный король. Рядом с ним, с важным видом, стояли двое охранников, а напротив стола один-единственный стул, видимо, для меня. Король был занят, — закопался в бумагах, что стопками покрывали все пространство столешницы, с важным видом изучал документы, не обращая внимания ни на что вокруг.

— Оружие, — протянул руки охранник у стола.

Не споря, мы выдали свои ножи, после чего нас пропустили к боссу.

Я молча занял вакантное место, не дожидаясь приглашения, закинул ногу на ногу, и прикурил, изучая хозяина.

На вид Мастеру Ицу было лет пятьдесят, может чуть больше. Длинные волосы он аккуратно зачесал назад, чтобы не мешали читать, но пряди то и дело падали на широкое морщинистое лицо. На толстом носу у босса красовались очки для чтения, за которыми шныряли пронырливые глазки. Еще босс носил седую бородку и усы, редкие, как обычно у японцев. Толстые губы все что-то нашептывали себе, пока мозолистые пальцы перелистывали бесконечные страницы. На нем была обычная тонкая кожаная куртка и водолазка под горло. Никак не скажешь, что этот человек имеет в подчинении целую боевую группировку. Он, в общем-то, никак не отличался от среднестатистического японца на улице или в очереди в магазине.

Я сидел молча и курил, Сэра занял место у спинки моего стула. Наконец, Мастер Ицу соизволил глубоко вздохнуть и отложить свои манускрипты, чтобы обратить на нас свой усталый взгляд.

— Кхе-кхе, и кто у нас тут, — закряхтел он недовольно. — Ягами-кай согласились со мной на встречу. Аригато, аригато…

Он мерзко улыбнулся и откинулся на спинку кресла, сложив руки на груди. Снял очки, пристально меня изучая.

— Меня тут называют Мастер Ицу, — представился он. — Могу я узнать, с кем мне приходится разговаривать?

— Рио Икари.

— А это…– он недовольно показал на повязку на глазу, — случайно, не от встречи с моими ребятами?

— Именно, — кивнул я. — Как, кстати, у них дела? Я не слишком перестарался?

Ицу озлобленно скривился и стал похож на печеный баклажан.

— Один мертв, еще один в коме, за жизнь борется, — через зубы произнес он. — Это хотел услышать?

— А как там этот… Манзо?

— Хм…в больнице. Ему швов на морду наложили, как у меня волос на заду. На всю жизнь уродом останется.

— Славно, славно, — нагло улыбнулся я.

— Икари Рио, — просмаковал Ицу, — надо бы запомнить. Вот смотрю я на тебя, мелкий ты гавнюк, и никак не могу понять, как же ты умудрился моих парней так порезать? У тебя матушка, что, с мясорубкой папаше изменяла?

— Такой тупой шутки ещё поискать, — вздернул я бровь.

— Нет, я серьезно! Такой милый мальчик, я бы ни за что не поверил, если бы не произошедшее. Да и, если честно, до сих пор не верится. Что ты за псих такой?

— Они сами виноваты, — развел я руками, — пришли, начали битами махать. Знали же, на кого наехали.

— Так они мягко, — улыбнулся Ицу, — по моей указке. Никаких ножей, исключительно дубинки, никого не убивать, только настойчиво убеждать, а ты!

Он раздосадованно махнул рукой.

— Я тоже мягко, уж поверь. Мы будем к делу переходить, или как?

— К делу…– Мастер взял со стола портсигар и вставил длинный фильтр в зубы. Прикурил что-то особо вонючее и пустил клуб дыма мне в лицо. — Ну давай, яцу, излагай.

— Это ты меня пригласил, одзи-сан. Так что, жду твоего делового предложения.

— Ха, делового предложения⁈ Ничего себе, молодежь пошла! — Засмеялся он. — И чего же ты хочешь?

— Не юли, дядя. Не нужно проверять моё терпение, твои пацаны это уже знают.

— Хорошо, я начну, — почесал он бороду, нахально ухмыляясь. — Дело в том, маленький гангстер, что мир якудза сильно ограничен.

— Про динозавров не забудь, — не удержался я, бросая окурок под ноги.

— Не хами, — предупредил он, подняв палец вверх. — А лучше послушай. Твой клан заведует в районах, где им это выгодно. Собирает сливки. В нашу клоаку они не спускаются, — запачкаться боятся. Но мы им нужны, ведь кто будет прятать их трупы, варить им мет, провозить контрабанду, если не мы? Мы тут люди не гордые, в клан нам дорога заказана, живем как можем. Иногда случаются ситуации подобные этой, — мои парни невзначай не туда забрели, перепутали улицы, что с них взять? С картой они не дружат. Думаешь, твой оябун не знает, что происходит на окраине? Он в курсе, но предпочитает закрывать на это глаза, — хочет остаться чистеньким.

— К чему все это? — зевнул я.

— Вы не стали бить тревогу, не побежали к старшим с рассказом о нашем маленьком деле в Кабуки Тё. Не просто так. Твоя команда хочет заработать.

— Я знаю, как устроен бизнес, — произнес я. — А ты знаешь, как зарабатывают якудза.

— О, я знаю якудза, — усмехнулся он и отодвинул ворот на водолазке, показывая шрам от клейма. После этого продемонстрировал левую ладонь без мизинца. — Я понимаю их законы лучше чем ты, малыш.

Я сохранял спокойствие, показывая, что мелкие страшилки на меня не действуют.

— Тогда поговорим про откупные. Мы кроем вашу деятельность, — вы платите процент. Ничего нового.

— Нет, ну что за молодежь, — тяжело вздохнул он. — Я-то думал, буду рассказывать мальчишке как мир устроен, а он и сам меня поучить желает. Ты не перестаешь меня удивлять.

— Я многих удивляю. Каково твое предложение?

— Я дам вам такие же условия, как с другими группами якудза в городе. 2% с продаж на ваших владениях.