Пятый квадрат - Анатолий Гончар

– Сколько их?

– Пятеро. – Называя цифру, до смерти перепуганный ваххабит даже не пытался соврать.

– Значит, пятеро. – Старший сержант отвернулся от пленника, сразу потеряв к нему всякий интерес. – Игорь, передавай! – обратился он к стоявшему с радиостанцией наготове Синявскому. – Предполагаемый объект поиска в количестве пяти человек отходит к населённом пункту …но. Нахожусь по координатам… – Посмотришь GPS командира. В результате произошедшего боя убито четыре боевика, один захвачен в плен. Погиб рядовой Овечкин, трое раненых, все тяжёлые… в том числе командир группы. Требуется срочная эвакуация. – Сказав эту фразу, Маркитанов огляделся, посмотрел на ставшую почти привычной хмарь, свешивавшуюся буквально до вершин деревьев, и подумал, что на помощь авиации по-прежнему можно не рассчитывать.

– Беркут – Центру, – забормотал радист, а Димарик потянулся рукой к висевшей на поясе фляге. Потом, словно что-то вспомнив, остановил взгляд на компактно разместившихся в небольшом окопчике бойцов первой тройки ядра.

– Валя, Степан, Алексей! – Оклик заставил Васнецова и сидевших рядом с ним Иванова и Пронькина повернуть головы. – Три минуты пополнить боекомплект!

Васнецов понимающе кивнул, Иванов недовольно пожал плечами, Пронькин, кажется, даже обрадовался, – и все трое одновременно поспешили выполнять приказание старшего сержанта, тем более что они, в принципе, этим в этот момент и занимались. А Димарик вернулся к своей фляжке. Через полминуты он, сидя на пне, безжалостно лил из неё воду, с остервенением отмывая руку. Нож, протертый землей, не без колебаний, но все же вернулся в ножны, резать им колбаску Димарик не собирался. Вода кончилась довольно быстро. Вытерев руки о листву орешника, Димарик встал, сунул фляжку в чехол и направился туда, где под охраной тыловой тройки находились раненые и их имущество.

– Леха, как командир? – шёпотом спросил он, подойдя к сидевшему за деревом Алексею Поливанову.

– Дышит, – мышцы на щеке вечного балагура дернулись, – выкарабкается.

– Выкарабкается, – согласился Маркитанов и пристально всмотрелся в бледное, как мел, лицо своего группника. Впрочем, и Ухалов, и Королькевич выглядели не лучше. В отдалении, укрытый плащ-палаткой, лежал мёртвый Овечкин. Подходить к нему старший сержант не стал – трупов он уже нагляделся вдосталь. Взгляд Димарика скользнул по собранному в кучу имуществу и замер на разбитом пулей окровавленном «Арахисе». Он шагнул к нему, поднял, убедился в его полной непригодности и положил на прежнее место. С сожалением вздохнув, повёл взгляд дальше и снова остановился на бледном лице Морина.

– Командира надо выносить, срочно! Юра! – окликнул старший сержант стоявшего чуть в стороне Морзобитова. – Забирай группу и двигай к месту эвакуации.

– А ты?

– Я? – удивлённо переспросил Маркитанов, словно и без всяких пояснений должно быть понятно, куда он и зачем: – Я за «чехами». Тройку Иванова возьму, и вперёд.

– Тебе это надо? – Морзобитов искренне не понимал этого, как ему казалось, излишнего рвения.

– А как иначе? – Удивление на лице Димарика не исчезло и было таким искренним, что командир второго отделения качнул головой и ничего не ответил. А Маркитанов снова приблизился к Морину. – Ничё, командир, ничё, мы догоним, – обращаясь к лежавшему в беспамятстве старшему лейтенанту, пробормотал он и уже совсем тихо и задумчиво добавил: – Мы их догоним.

Неожиданно старший лейтенант Морин открыл глаза.

– Дима… я… прика… – начал было он, но силы оставили и командир группы вновь потерял сознание, так и не успев отдать начатое приказание.

Димарик постоял ещё несколько секунд, надеясь, что командир очнётся, но тщетно. Вновь, уже в который раз, вздохнув, он что-то невнятно произнёс и, решительно развернувшись, шагнул к ожидающим его разведчикам первой тройки.

– Если ты заберёшь тройку Иванова, нам раненых и имущество не унести! – К этому выводу Морзобитов пришёл, произведя нехитрые вычисления – на каждого невредимого спецназовца приходилось по одному пострадавшему. – А ещё «чех»… – добавил он удручённо.

– Юра… – Старший сержант задумался лишь на мгновение. Когда повернулся к Морзобитову, он уже решил, что ответит: – Хорошо, я возьму только двоих, а ты связываешься с любой из наших групп и ждёшь помощи. Если не получится, бросаешь всё, кроме оружия, и выносишь раненых, хоть кровь из носу!

– Но имущество… – попробовал возразить Морзобитов.

– Я сказал: всё бросаешь, в рюкзаках – только патроны. Лишние рюкзаки тоже… Я приказал, понял? – И по слогам: – При-ка-зал.

– Но потом… – Морзобитов опять не договорил.

– Я отвечу. Действуй! – Дмитрий сглотнул подступивший к горлу ком и махнул рукой ждущим его указаний разведчикам первой тройки ядра. – Иванов, Васнецов, за мной!

– А я? – изумлённо протянул уже настроившийся на погоню Пронькин.

– Остаёшься здесь. Здесь ты нужнее, – пояснил Димарик, прежде чем стремительным шагом направиться к выходу с территории базы. Не оборачиваясь, бросил: – Дистанция пятнадцать шагов. – После чего всё же обернулся, убедился, что его услышали, и зашагал дальше, всё убыстряя и убыстряя своё движение.

Проводив взглядом маленький отряд Маркитанова, оставшийся за старшего в группе младший сержант Морзобитов начал отдавать приказания. Первым делом нужно было поднять раненых выше по склону, чтобы закрепиться на более выгодной позиции.

– Игорь! – позвал он возившегося с радиостанцией Синявского. – Бери Пронькина – и на вершину. И «Акведук» группника не забудь, возьми, а то будем друг другу сигналить, руками размахивать.

– Может, сразу кого из раненых захватить? – кивнул радист на лежавшего в беспамятстве Морина.

– Игорь, влезь на высотку, – теряя терпение, прошипел Морзобитов, – займи оборону. А потом, если надо будет, прикажу, спустишься и… – Не договорив, младший сержант в сердцах махнул рукой. – Давай, Игорь, иди, Игорь… Давай, давай…

– Хотелось, как лучше, – буркнул Синявский, взваливая себе на спину родную «Р-159». – Леха, – окликнул он Пронькина, – шагай за мной!

– Иду, – тут же отозвался слышавший весь этот разговор пулемётчик и, резво сорвавшись со своего места, затрусил вслед за уже начавшим подниматься в гору радистом.

– …Первый, порядок, – услышал Морзобитов голос радиста, – мы на месте!

– Хорошо. Наблюдайте, – отозвался младший сержант и, оглядевшись по сторонам, задумался: «Кого же поднимать в первую очередь?»

– Костин, Поливанов, – окликнул он оставшихся в его распоряжении разведчиков. – Командира на носилки и аккуратно, аккуратно наверх. Лёха, поменяешься стволами с Пронькиным, и его с Синим вниз, и так по очереди. И пошустрее. Впрочем, нет, Синявский пусть качает связь.

– Понял! – отозвался Поливанов, затем окликнул Костина: – Аркаш, идём! – после чего поднялся на ноги и, подхватив с земли, волоком потащил к раненым уже приготовленные импровизированные носилки: два кола из срубленного орешника и соединяющая их извечная палочка-выручалочка – солдатская плащ-палатка. Ещё трое таких же носилок ждали своих «хозяев».