$амки - Сергей Анохин

– А что носите? – с искренним интересом спросил Ученый, сам не понимая, что с ним происходит.

Она развела руками:

– Ничего.

Действительно, на них ничего не было. Маленькие, аккуратные, с тонкими изящными пальцами и ровными ухоженными ноготками. В небольших, плотно прижатых к голове ушах не было даже дырочек. Он попробовал представить ее в огромных золотых серьгах, кольцах, с браслетами… и ничего не вышло. Украшения только мешали бы смотреть на это чудо, на эту волшебную фею из какой-то неизвестной, но очень хорошей и доброй сказки.

– А вас как зовут? Меня – Михаил, а это… – все больше удивляясь себе, затараторил он, повернулся к Беседе и вдруг осекся.

Джон стоял, слегка разинув рот, и, не отрываясь, глядел на девушку.

О как! Видно, не один я такой, немного успокоился Ученый. Немного, потому что не мог побороть какое-то странное волнение, стеснение, да черт его знает что еще…

Из-за спины раздался голос Нанайца:

– Ну, выбрал что-нибудь? А то до морковкина заговенья…

И замолчал.

Все, приплыли, и этого проняло.

Михаил растерялся. Разве такое бывает? Что, собственно, происходит? Вот стоит за прилавком обыкновенная девица, а три правильных пацана слова сказать не могут. Он даже помотал головой, пытаясь стряхнуть наваждение. Снова посмотрел на продавщицу и понял, что ничего не изменилось. Девушка была волшебной. Можно было стоять здесь часами и, не отрываясь, пялиться на нее. Даже не разговаривать, только молча восхищаться и балдеть от того, что она рядом и смотрит на тебя своими ясными серыми глазами и слегка усмехается, чуть приоткрыв необыкновенные бледно-розовые губы, сквозь которые видны ровные мелкие зубки.

– Здравствуйте, принцесса! – пылко воскликнул первым пришедший в себя Антон и изобразил нечто вроде придворного поклона. – Позвольте представиться: Антон.

– Леся, – просто ответила она.

Нанаец будто только этого и ждал:

– Какое удивительное имя! Загадочное. И вы такая загадочная. Как Олеся купринская…

Она покачала головой:

– Нет, не Олеся, а Леся. Это полное имя.

– Надо же! – восхитился Нанаец. – А я и не знал, что есть такое.

– А я – Джон, – чуть не шепотом сообщил Беседа. – Джонович…

Ну нет! Если его не остановить, сейчас начнет свою эпопею.

– А вы чем тут занимаетесь? – ляпнул Ученый, лишь бы что-нибудь сказать, и тут же замолк, понял, какую сморозил глупость.

Леся хихикнула:

– Да вот, торгую помаленьку. Кстати, чем же я могу вам помочь?

– Нам нужны алмазы, – сообщил Антон и поспешно добавил: – Для моей сестры. У нее сегодня юбилей.

Беседа тут же проявил свои глубокие познания:

– Алмазы – это сырец, а обработанные – это бриллианты.

Леся кивнула.

– В общем, Михаил ищет подарок… – продолжил Антон.

– Ну, нам нужны какие-нибудь блестящие побрякушки… Серьги там, кольцо, главное, чтобы из белого металла, – быстро прервал его Михаил.

Не хватало еще так вот сразу сообщать ей, что он для подруги тут камешки покупает.

Леся на мгновение замялась:

– А… на какую сумму?

– Тысячи на полторы… нет, две! Баксов, – заявил Нанаец и с вызовом посмотрел на Ученого.

Михаил крякнул. Он рассчитывал, что уложится в тысячу. Деньги, конечно, были, но, если сейчас отдать две, останется пустым. Хорошо еще, что на ресторан уже Настьке выдал, но на цветы и прочие конфеты уже придется разоряться Беседе. Дело, в общем-то, ерундовое, но…

– А какого цвета глаза у вашей сестры?

– Зеленые.

– Наверно, очень красивые…

– Не такие красивые, как у вас, Лесенька.

Ну нет, так дело не пойдет. Михаил решительно кашлянул.

– А какое это имеет значение? – решительно привлек он к себе внимание.

– Очень большое, – повернулась к нему Леся и, больше не обращая внимания на Антона, начала объяснять: – Если глаза зеленые, интереснее будут выглядеть бриллианты вместе с изумрудами. Ваша… знакомая… она любит крупные украшения?

Михаил мстительно покосился на Нанайца:

– Она любит блестящие, как ворона.

Леся подняла бровь, но ничего не сказала, ожидая продолжения. Ему сразу стало неловко.

– Ну, понимаете, она такая яркая, рыжая…

– Но для рыжей лучше подойдет желтое или красное золото, а не белое…

– Нет! Именно белое.

Как объяснить? Настю надо видеть.

Леся пожала плечами.

– Давайте я покажу вам несколько вариантов, а вы сами решите, что больше подходит.

Через десять минут жаркого спора они все же выбрали кольцо и серьги.

– Это модерн, – объясняла Леся. – Видите, знаменитый «удар бича», характерный для многих изделий в этом стиле. Для того чтобы увидеть интересные эффекты, можно покачать сережку… вот так… Смотрите – распределение световых бликов при движении начинает меняться, как в калейдоскопе, и в бриллиантах возникают все новые и новые вспышки света, меняется и цвет самих вспышек. Считается, что, чем лучше огранка, тем сильнее…

Подошел охранник:

– Леся, кончай лекцию. Десять минут осталось. Закрываемся.

– Все, берем, – объявил Ученый.

– И еще такую же подвеску, – не удержался от прикола Нанаец. – А к ней цепочка нужна. Ты иди пока, эти оплачивай, а мы с Лесей подберем.

Он решительно подтолкнул Михаила в сторону кассы и, уже поворачиваясь к девушке, прокричал вслед:

– Если денег не хватит, возвращайся, я добавлю!

Ученый заскрежетал зубами.

* * *

Леся красиво упаковала побрякушки в футляр и протянула Михаилу.

– А пойдемте с нами. Пожалуйста, – вдруг неожиданно предложил молчавший до сих пор Беседа и покраснел.

Она удивленно посмотрела на него.

– Верно! – тут же присоединился Нанаец. – У вас же рабочий день закончился.

Приплясывая на месте, Беседа доверительно сообщил:

– Настя веселая, и гостей любит… Может, даже обрадуется, если скажем, что вы ей подарок выбрали.

Ну, это вряд ли, прикинул Ученый, но вслух сказал:

– Правда, Леся, идем.

А когда сказал, понял, что уже не уйдет без нее, что ему необходимо, чтобы эта девушка была с ним рядом. Сейчас, завтра, через год. Он смотрел на нее и понимал, как глупо выглядит, как по-идиотски просяще улыбается, но ничего не мог поделать. И уже знал, что будет просить, умолять, встанет на колени, но добьется ее согласия любыми средствами. И она поняла это. Снова немного застенчиво усмехнулась, опустила глаза и кивнула: