Закон мести - Валерий Горшков

Остановив машину напротив подъезда, шофер-телохранитель Денисова, не заглушая мотора, повернулся к шефу:

– Максим Сергеевич, приехали.

– Вижу, – разлепив глаза и сонно оглядевшись по сторонам, отозвался Денисов. Он застегнул «молнию» на спортивной куртке и, поежившись, вздохнул.

Вылезать на мороз из теплого и уютного салона «БМВ» не очень-то хотелось. Несмотря на третью декаду марта, на улицах города вовсю кружила метель и завывал ледяной ветер. Весна в этом году явно не торопилась избавить жителей от порядком осточертевших морозов.

– Машина до завтра мне не нужна, я буду дома. Если что – позвоню, – пробурчал, окончательно просыпаясь, Денисов. Он достал из кармана перетянутую резинкой пачку денег, вытащил пятьдесят долларов и протянул водителю. – На, отдохни вечерком… Завтра заедешь за мной к половине девятого. – Открыв дверь и подхватив с сиденья спортивную сумку, он вышел из машины.

Чуть слышно загудев двигателем, «БМВ» тронулась с места и скрылась за поворотом, оставив в массивной арке элитного дома облачко белого дыма и отпечаток фигурного протектора на свежевыпавшем снегу. Максим задумчиво проводил взглядом машину, поднялся по ступенькам к двери подъезда и, распахнув ее, поздоровался с консьержем – высоким плечистым парнем, выполняющим также и функции охранника. На всякий случай под рукой у молодца всегда находились резиновая дубинка и кнопка экстренного вызова вневедомственной охраны.

– Горничная просила вам передать, что костюм из химчистки принесут завтра к шестнадцати часам, – подобострастно улыбнувшись, сообщил парень.

– Хорошо, спасибо. – Максим тоже вежливо улыбнулся, зашел в кабину лифта и через считаные секунды оказался на выстеленной красным ковролином площадке третьего этажа.

Открыв дверь квартиры, он бросил на пол в прихожей спортивную сумку с полотенцем и термосом и, наклонившись, погладил подбежавшего и начавшего тереться о ноги рыжего персидского кота по кличке Ван Дамм. Такое необычное имя было прихотью Ренаты, обожавшей популярного голливудского актера. Одно слово – женщина!..

– Соскучился, чертяка?! – Денисов потрепал холеного котяру за ухом. – И жрать хочешь небось?..

Услышав знакомое слово «жрать», кот тотчас развернулся и поспешил на кухню, где принялся жалобно мяукать возле пустой пластмассовой миски, поглядывая на хозяина необычайно хитрыми голубыми глазами. За эти самые глаза Денисов несколько месяцев назад, вместе с Ренатой неосмотрительно зайдя на выставку кошек, отвалил такую сумму, из-за которой воркутинский шахтер с готовностью пошел бы на баррикады под любым лозунгом.

– Куда в тебя лезет, троглодит? – рассмеялся при виде пустой миски Макс.

Достав из настенного шкафчика банку «Вискаса», он открыл ее и вывалил содержимое перед довольно заурчавшим Ван Даммом. Перс тут же с поистине волчьим аппетитом набросился на куриное рагу…

Денек сегодня выдался суматошный, нервы все еще звенели, словно струны на гитаре. Хотя недавняя пробежка по лесу приятной тяжестью отдавалась в ногах, Денисов прошел в гостиную и выудил из бара бутылку «Блэк Лейбл». Пройдя на кухню, бросил в стакан несколько кубиков льда, плеснул на два пальца крепкого янтарного напитка и, вновь вернувшись в просторный зал, упал в мягкое кресло. Вытянув ноги и с удовольствием отхлебнув глоток, он стал перебирать в памяти события сложного прошедшего дня.

Он вспомнил, как утром, отвезя Ренату в Сосновый Бор, к дочери, долго через автомобильные пробки пробирался в центральный офис компании «Эверест». В офис он попал только к обеду. Не на шутку встревоженный Артем Ринге встретил его почти у порога директорского кабинета, нервно расхаживая от окна до двери с телефонной трубкой в руке. Рукопожатие журналиста было резким и торопливым.

– Максим, возникла проблема… Приходила братва… не наши. Самые настоящие отморозки. – Ринге скользнул по Денисову блуждающим взглядом, ослабил узел и без того свободно болтающегося галстука и, вытащив из пачки сигарету, прикурил от настольной зажигалки. – Сказали, что если мы хотим дальше «рубить капусту», то должны платить им десять процентов от всех сборов. В противном случае угрожали для начала взорвать один из наших филиалов. Уже в понедельник… И дальше – по одному каждую неделю… – Глубоко затянувшись, Артем раздавил сигарету в полной окурков стеклянной пепельнице, рухнул в одно из кожаных кресел и затравленно посмотрел на босса.

– Но главное не в этом… – В голубых глазах Артема, который был старше Макса лет на шесть и уже давно имел семью, читался неприкрытый страх. – Эти черножопые обезьяны обещали добраться до жены и детей!.. И я уверен, что это не пурга. Они – звери, Макс! Посмотрел бы ты на их паскудные небритые рожи!..

– Ты нашим звонил? – чуть помедлив, спросил Денисов, прекрасно понимая, что именно это в первую очередь сделал Ринге, едва за залетными рэкетирами закрылась дверь его роскошного кабинета.

– Конечно! Но по всем трем телефонам отвечают, что «аппарат вне зоны или отключен». Что-то случилось. – нервно покусывая нижнюю губу и качая головой, выдавил из себя Ринге. – Ведь не просто же так эти твари заявились!..

– Да заглохни ты! Разнылся… – Денисов кулаком ударил по вмонтированному в стену возле стола Артема несгораемому сейфу. – Они хоть намекнули, кто такие, от кого?!

– Нет, но думаю, азеры или чечены, – предположил Ринге. – Их было четверо, двое русских, двое кавказцев. Перли, как слоны! Ромка, охранник, попытался их остановить, выяснить, кто и зачем, так один, самый здоровый, просто вдарил его кулаком по башке…

– И что дальше?

– Ничего хорошего. Ромка отключился и рухнул, как мешок с дерьмом. Пришлось потом вызывать «Скорую». А в операционном зале такая суматоха началась! Клиенты ломанулись, как из горящего дома, вместе с деньгами.

– Да! Ничего не скажешь, замечательная реклама для компании «Эверест». Ну а что Ромка?..

– Врачи говорят, что, возможно, у него перелом основания черепа… Выжить – выживет, но может остаться идиотом до конца жизни. Старший бригады уже собирался в ментовку звонить, так я насилу отговорил. Пришлось отстегнуть мужику сто баксов.