Невидимая угроза - Виталий Гладкий

– Ну как? – спросила она.

– Бальзам, – ответил я честно.

Кофе она и впрямь умела варить. Постепенно моя несколько отяжелевшая после возлияний хмельная голова стала пустой и ясной. На смену эйфории, навеянной спиртным, приходил острый интерес к ситуации, которую мне навязали (как я теперь начал понимать), и некоторая настороженность.

Мне почему-то показалось, что Лана начала нервничать. Она все так же мило улыбалась, шутила, делала глазки, но мой предыдущий опыт общения с противоположным полом подсказывал мне, что девушка чего-то боится, но изо всех сил старается это скрыть.

Уж не думает ли она, что нагрянет муж? Или любовник? Это будет еще тот кунштюк…

А что, такой вариант не исключен. Адюльтер вообще и в частностях – занятие людей, любящих риск. (Хотя они в этом чаще всего не сознаются даже самим себе).

Представив на миг комичность предполагаемой ситуации, я невольно рассмеялся – это будет мой первый опыт подобного рода. Ну что же, когда-то нужно испытать и такие эмоции. Чтобы было о чем вспоминать в глубокой старости – если, конечно, доживу.

Неожиданно в глубине квартиры раздался какой-то подозрительный шум. Я вопросительно посмотрел на Лану.

Она немного побледнела и в недоумении пожала плечами.

– Пойду, посмотрю, что там… – сказала она неуверенно и направилась к двери.

Я глядел на нее молча, глупо хлопая ресницами – играл в непонятку. Похоже, события и впрямь могут принять неожиданный поворот, подумал я мельком, мысленно поежившись.

Боюсь ли я? Еще чего! Я чист, как говорилось в советские времена, перед родиной и партией, словно стеклышко. Не был, не видел, не знаю, не брал, не замешан – вот мое нынешнее кредо.

Позарился на чужую жену? Помилуй Бог, я в ее паспорт не заглядывал, а сама она не призналась, что окольцована. Вину свою не признаю.

Набьют мне морду? Ну, здесь кто кого – фифти-фифти или пятьдесят на пятьдесят, если говорить по-нашему. Я ведь тоже кое-что умею…

Девушка возвратилась быстро. Она несла, держа за загривок, большого черного кота.

– Негодяй! – взволнованно сказала Лана, опуская его на пол; кот зашипел и спрятался за шкаф. – Напугал меня… Это Мурза, – объяснила она. – Кот Марины.

Уф-ф… Я с облегчением откинулся на спинку стула. Надо же, какие глупые мысли полезли в голову…

Мне вспомнился анекдот про мужика, который, выпрыгнув из окна седьмого этажа в подобной ситуации, пока летел вниз, думал примерно то же самое, и я невольно ухмыльнулся.

– Он что, все время сидит взаперти? – спросил я удивленно.

– Нет. За ним присматривают соседи, – ответила девушка.

И неожиданно нахмурилась, задумчиво потирая переносицу.

– Странно… – сказала она.

– Что именно?

– Мурза почему-то встревожен.

– А в чем это выражается?

– Он меня оцарапал. Обычно мы с ним дружим. Мурза добрый и ласковый.

– Эка невидаль… – Я снисходительно улыбнулся. – Кот – животное непредсказуемое, с характером.

Наверное, скучает по хозяйке.

– Может быть… – ответила девушка с сомнением. – И все равно Мурза как будто не в себе.

Она бросила в мою сторону тревожный и вопрошающий взгляд, будто я был виноват в том, что кот отнесся к ней так непочтительно и даже по хамски.

– Есть предложение эту тему закрыть, – сказал я решительно.

Поднявшись, я притянул ее к себе и крепко обнял. Она не сопротивлялась. Доверчиво положив мне голову на плечо, Лана шепнула:

– Пойдем в гостиную…

"Давно пора…" – подумал я с облегчением, мигом отбросив все сомнения, подозрения и колебания.

– Посиди чуток, – сказала Лана, указав на диван. – Я сейчас…

Она многообещающе улыбнулась и скрылась в ванной. Спустя минуту раздался шум льющейся воды.

От нечего делать я стал рассматривать интерьер гостиной. И чем больше я смотрел, тем сильнее мне не нравилось жилище "подруги", которая, скорее всего, была выдуманной.

Нет, квартира точно не являлась хип-хатой. В альковах для интима всегда присутствует некая аура… пусть не любви, а разврата, и тем не менее это так. Она скрыта в мельчайших деталях интерьера, в запахах, в цвете обоев и даже стеклах окон, которые кажутся чище, чем на самом деле.

Все эти ощущения находятся на уровне подсознания и навеяны, скорее всего, приподнятым настроением, которое овладевает тайными любовниками.

В квартире явно присутствовал казенный дух.

Во-первых, мебель была собрана, что называется, с миру по нитке. Она была достаточно новой, но недорогой.

Во-вторых, дешевые картины на стенах (кажется, итальянский ширпотреб), изготовленные по шаблонам на специальном оборудовании, искусственные цветы и растения в вазах, примитивные гардины, ковровые дорожки – как в официальных заведениях – и стерильная чистота жилища наводили на мысль, что квартира предназначалась для тайных встреч, но ни в коем случае не для воркующих любовников.

Мне приходилось бывать в таких квартирах по долгу службы. В них сотрудники спецслужб встречаются с секретными агентами.

Обычно подобное жилье записано на подставное лицо. Но иногда в квартирах проживают отставники той или иной "конторы", который уходят "погулять" пока их бывшие коллеги решают проблемы с агентом.

Что все это значит? Тревога постепенно вползала в душу, заглушая все остальные чувства и пытаясь заставить мозги работать в усиленном режиме.

Анализ! Нужен трезвый анализ сложившейся ситуации. Что, прямо скажем, было нелегко – меня неудержимо начало клонить ко сну.

Я это понял уже в лежачем положении. Тело помимо моей воли само опустилось на мягкие диванные подушки, а глаза начали закрываться.

Не спать! Опасность!

Я подхватился, как ошпаренный. В голове стоял шум, мысли путались, тело стало вялым и непослушным.

Только теперь я почувствовал во рту неприятный металлический привкус – как будто пожевал железную стружку.

Кофе! Мне что-то подсыпали в кофе. Лана… Нет, не Лана – Светка, шалашовка, профурсетка, шаболда…

Сука!

Собрав оставшиеся силы, я встал с намерением ворваться в ванную и размозжить ей голову. Но я смог сделать только два шага; мышцы скрутила невыносимая боль, ноги подломились, и я рухнул на пол, словно телеграфный столб – прямой и почти бездыханный.

Не спи, не спи… Иво, не спи! Вспомни, чему тебя учили… Вспомни!

Прокачать… Нужно прокачать организм, чтобы отрава побыстрее вышла с потом. Если, конечно, это снотворное, а не смертельный яд…

Ввести себя в полный транс у меня не получалось, как я ни изгалялся над собой. Увы, из-за чрезмерной дозы спиртного, замутившей мозги, я спохватился чересчур поздно, и теперь все мои потуги были напрасными. Или почти напрасными.