Карьерист. Трилогия - Антон Фарутин

Дверь распахнулась, и в нее вошел, лучезарно улыбаясь, Андрей Михайлович Баринов. Баринов когда-то давно служил в армии и обожал армейско-казарменную дисциплину во всем. Всем была хорошо известна эта его слабость — при малейшей возможности ссылаться на общевоинский Устав и рассказывать гусарско-салдафонские шутки, которые смешными можно было назвать только из большого уважения к самому Андрею Михайловичу. Впрочем его это ничуть не смущало и ему нравилось ощущать себя этаким барином-добродетелем, одновременно и ругающим своих нерадивых работников, и заботящимся о их судьбах.

— Рад, очень рад, дорогой Демьян Петрович, — сказал он, протягивая руку для приветствия и улыбнулся еще шире.

Демьян бодро вскочил, так как уже знал, что Баринов любит чувствовать себя старшим офицером на мостике.

— Здравствуйте, Андрей Михайлович. Мне тоже очень приятно снова вас видеть.

— А вот вы знаете, я ведь много думал после нашей первой встречи. — сходу заявил он. — И хотя, признаюсь честно, иногда ваше поведение мне показалось дерзким, а суждения излишне принципиальными, я посчитал это скорее плюсом, нежели недостатком. — при этих словах Баринов хитро посмотрел на Демьяна.

В дверь без стука впорхнула секретарша, и изображая собой заботливую няньку, но однако не забывая так же старательно изображать обожание, спросила:

— Андрей Михайлович, может быть вам чаю? Я там зеленого заварила и мед привезли.

— Ой, опять этот веник пить, — скривился Баринов. — А коньячку-то нет?

Спросил он и вновь хитро посмотрел на Демьяна.

— Коньячок есть, но сейчас надо пить чай. — ответила секретарша, одновременно забирая со стола какие-то бумаги и кладя вместо них другие. После этого она проворно вышла, ничуть не заботясь о красоте своей походки.

— Вот в каких условиях приходится работать, — с тяжелым вздохом лукаво сказал Андрей Михайлович. — Ничего не разрешают!

Демьян понял, что этой игре в поддавки уже много лет и очевидно Баринову нравится показывать себя капризным ребенком, и ничуть не меньше нравится когда с ним ведут себя строго.

Второе, что понял Демьян — так это, что нравы в Галактионе вовсе не всегда жестко армейские, и правила отношений сильно зависят от того с кем общается Баринов.

— Ну, что же, давайте вернемся к сути нашей встречи. — Андрей Михайлович побарабанил ботинками по полу и продолжил. — Я не буду ходить вокруг да около и сразу скажу, что мы готовы сделать вам предложение.

— Спасибо, — сказал Демьян и не стал скрывать улыбки. — Рад, что вам понравилась моя кандидатура.

— Ну, скажу так — мы давно вас искали. Месяцев восемь, пожалуй. Каких только кандидатов мне не показывали, и умных, и молодых, и старых — всяких. Но вот не было в них чего-то главного, и я все не мог понять, чего же им не хватает. А вот поговорил с вами и понял — своего мнения у них нет! Они же все старались меня умаслить, записывали за мной, потом мне мои же мысли повторяли. А я — человек современный, с большими планами. Поэтому мне нужен новый взгляд на многие вещи, как говорится свежая кровь.

Демьян молча кивнул и продолжил слушать, справедливо подозревая, что свои монологи Баринов любит не меньше, чем «свежие взгляды».

— Я ведь чего хочу? Хочу, чтобы Галактион Групп нес здоровую среду в общество — это можно сказать наше кредо, взгляд на мир. Миссия, как теперь говорят образованные люди.

Демьян уже был хорошо проинформирован о том, какими методами Галактион нес здоровую среду в общество. Эта бизнес-группа была создана пятнадцать лет назад и за эти годы поучаствовала не в одной криминальной разборке. Правда, сам факт того что Баринов был жив и здоров и сидел перед Демьяном в благодушном настроении говорил о многом. И в частности о том, что Баринов умеет не только «отжимать» активы, но и вести дела и даже договариваться с оппонентами. Охочие до метких ярлыков местные журналисты даже прозвали Галактион «белым рейдером», подчеркивая, что группа стояла несколько особняком в криминальном мире и старалась без нужды не пачкать свою репутацию, решая вопросы не только силовыми, но и юридическими методами. Благо дыр в законодательстве хватало, а уж дефицита продажных судей и ментов никогда не наблюдалось.

Тем временем Баринов продолжал разглагольствовать:

— Мы ведь еще ни одному предприятию хуже не сделали. Приходим, наводим порядок, устраняем бюрократию, внедряем прогрессивные методы управления. И люди верят нам.

Демьян Петрович хорошо помнил инструктаж, который проводил с ним генерал Протасов, объясняя расклад в бизнесе. Он был хорошо осведомлен о том, что все активы были захвачены Галактионом через различные схемы поглощения, а во главе предприятий Баринов предпочитал ставить бывших военных, преимущественно своих товарищей по войсковому училищу. Любимой фразой Андрея Михайловича был «общевойсковой ёб», и видимо, это и называлось прогрессивным методом управления. Хотя надо отдать должное, как Президент компании в целом он производил впечатление человека начитанного и образованного.

— Мы воссоздаем экономику России, стараемся сделать жизнь людей лучше. Нам нужны новые качественные продукты, нужны амбициозные проекты, нужны идеи развития. А для этого надо что? Правильно — люди. И вот тут-то, Демьян Петрович, вы нам и поможете.

Дверь распахнулась и в кабинет вошла секретарь с подносом и поставила чашку зеленого чая на стол. Баринов по-детски скривился, но тут же сказал:

— А чего Демьяну Петровичу не принесла? Познакомься, кстати, это Демьян Петрович. Будет у нас работать, помогать мне по коммерческой части, так сказать. А это Катюша — моя правая рука.

Катюша молча и несколько небрежно кивнула головой, что очевидно означало нечто среднее между «здрасте» и «задолбали уже ваши шутки». Демьян также учтиво поклонился.

— Вы что будете? — спросила Катюша.

Однако Баринов быстро ответил за Демьяна:

— Сделай ему то же что и мне, и принеси нам червячков каких-нибудь пожевать.

Демьян не понял, что имел в виду Андрей Михайлович, но прозвище «Барин», которым окрестил его генерал Протасов явно было правильным. Мнением Демьяна тут особо никто не интересовался.

Катюша почти моментально вернулась в кабинет, поставила перед Демьяном изящную фарфоровую чашку с уже знакомым вездесущим страшилищем Галактион Групп на боку, поставила в центр стола две тарелочки с сухофруктами и орешками и положила вазочку с шоколадными конфетками в цветных обертках. Андрей Михайлович важно поднялся со своего места и переместился за приставной столик, сев напротив Демьяна. Его рука с толстыми пальчиками ловко выхватила из вазочки сразу две конфеты, он шумно отхлебнул чая и продолжил:

— У нас, Демьян Петрович, все хорошо, вот только люди мои застарели, застоялись на месте, можно сказать. Я уж им и консультантов выписывал, и тренинги-шменинги проводил, а уж сколько раз на Кипр мы все вместе летали и неперечесть.

Последний аргумент видимо должен был дать понять Демьяну, что организация — крупная и не скупится на обучение своих сотрудников. Про себя Демьян Петрович как-то усомнился в том, что вылеты на Кипр с коньячком в кармане могли сильно повысить уровень менеджмента в компании, но вслух говорить ничего не стал, а лишь многозначительно кивнул в знак одобрения.

— Давайте я вам вкратце расскажу о тех, с кем вам придется работать, чтобы вы все лучше себе представляли. Потом представлю вас своим замам и другим директорам, да и все — пойдете кабинет обживать.

Дверь опять распахнулась, и Демьян окончательно понял, что на административном директорском этаже Галактиона порядки были весьма далекие от железной армейской дисциплины. В дверях показалась седая голова какого-то мужика лет пятидесяти, который странно улыбался Андрею Михайловичу и больше походил на сельского дурачка.

— А-а-а…, — протянул Баринов, — вот и главный вредитель подтянулся.

При этом Президент холдинга как-то глуповато улыбнулся, скорчил забавную гримасу и приготовился еще что-то сказать, но мужчина просунул еще полкорпуса своего тела из-за двери и ловко перебил хозяина кабинета:

— А я иду мимо, спрашиваю Катюшу «у себя?», а она говорит «нельзя к нему, он