"Боинг" идет на таран - Максим Шахов

– Борт полста три вызывает диспетчера, – проговорил командир «Боинга». – Повторяю, полста третий вызывает диспетчера. Как слышите?

– Слышу вас хорошо, полста третий. Диспетчер на связи.

– Борт полста три маневрирование по высоте закончил. Вышел в посадочный эшелон. Прошу разрешить заход на посадку.

– Понял, полста третий. Вижу вас на радаре. Заход на посадку разрешаю через десять минут. Пока совершите разворот над морем на высоте посадочного эшелона. Как поняли?

– Вас понял, диспетчер. Заход на посадку – через десять минут. Приступаю к развороту, – проговорил командир «Боинга».

Сразу после этого он начал перекладывать штурвал. Самолет медленно отворачивал от берега. Равиль резко сдернул руку с плеча Джана. Посмотрев в окно, он наклонился к командиру.

– Мы куда летим? Аэропорт же в другой стороне!

– Диспетчер приказал развернуться, – не поворачивая головы, меланхолично ответил командир.

– А мы сразу не можем зайти на посадку?

– Диспетчер приказал зайти через десять минут…

– Да зачем нам диспетчер? – не выдержав, крикнул Джан. – Скажи, пусть летят к берегу!

– Тихо, брат! – остановил его жестом Равиль. Амир в Ульяновске научил их методике общения с «зазомбированными» «сывороткой правды» людьми. Для того чтобы добиться послушания, говорить следовало медленно и убедительно – так, как это делают гипнотизеры. – Командир, мы можем сейчас развернуться и сразу зайти на посадку? – спросил татарин.

– Нет. Мы должны успеть сбросить скорость и высоту, – посмотрел на приборы командир. – Если повернуть сейчас, мы не сможем это сделать и проскочим мимо.

– Хорошо! Разворачивайся! – кивнул Равиль и отступил.

Джан возбужденным шепотом проговорил:

– Надо лететь к берегу! Нам же их аэродром не нужен!

– А где гарантия, что мы не проскочим и мимо стадиона? – тоже шепотом ответил Равиль. – Лучше пусть зайдут нормально, чем рисковать.