Морские террористы - Михаил Нестеров

— Дорогу! В сторону!

Тайцы, китайцы, немцы, японцы, русские сбежались на звуки перестрелки из ресторанов, баров, гостиниц. Вспышка слева, справа — какие-то недоумки, жаждущие приключений, защелкали фотокамерами. Так же безбашенно они снимали разрушительную людскую волну, которая подминала ненормальных и оставляла за собой их трупы.

— Назад, уроды!

Кок первым добрался до микроавтобуса, лавируя между тук-туками, перекатываясь через капоты легковых авто. Дверь «Форда» скользнула в сторону. Боевики один за другим проскочили в салон. Николай отдал команду:

— Давай, Мальчик, поехал, поехал!

Бой придавил голой ступней педаль газа и попер по тротуару, отчаянно сигналя. Пятьдесят метров натуральной нервотрепки, и Мальчик наконец-то вывел «Форд» на шоссе. Он даже сумел обернуться и одарить каждого улыбкой. Чуть развернув панорамное зеркальце, он пожевал губами, равномерно распределяя помаду, поправил платье, привставая с места.

Джеб тряхнул головой, ничего не соображая, и указал на Мальчика за рулем:

— Кто это?

— Хэллбой, — ответил Кок.

Они бросили машину на заправочной станции, что неподалеку от Международной школы Паттайи. Мафи повел товарищей вдоль железной дороги. В темных задворках этого района они сделали короткую остановку. Мафи попросил у Николая трубку и набрал номер телефона. Занято. Выругавшись, таец в нетерпении повторил попытку.

— Это Мафи, — наконец резко назвался он и продолжил недовольным тоном: — Возьми пикап и срочно подъезжай к госпиталю. Нет, я не заболел!

— Кому ты звонил? — поинтересовался Блинков.

— Человеку, который сможет быстро доставить нас сначала в Чхантабури.

— Где это, в Грузии?! — обалдел Кок.

— В Таиланде. Сто двадцать километров от Паттайи и рядом с камбоджийской границей. Там мы будем в безопасности.

— Там — это где?

— В Камбодже. Захочешь жить, в Хошимин бегом побежишь. На границе Тая и Камбоджи десять официальных переходов, они закрываются в пять вечера. Есть два варианта перейти границу — под прикрытием камбоджийских пограничников и под прикрытием денег. Предлагаю второй вариант — экшна мы сегодня пережрали. На границе у меня все схвачено. За пятьсот баксов нас на танке пропустят и не спросят, есть ли у нас оружие и боеприпасы.

«Мафи имеет тесную связь с камбоджийскими и бирманскими продавцами», — припомнились Джебу слова Антоника. Придется положиться на Мафи, другого варианта у россиян не было. Таец сам уносил ноги и для группы, которая сейчас стала для него группой прикрытия, будет стараться так же, как для себя.

Мафи поспешил успокоить Блинкова:

— Открой глаза, Джеб. Ты не увидишь границы с контрольно-следовой полосой, системой и вышками. У нас из одной страны в другую можно попасть по ошибке, заблудившись в джунглях. Свернешь на незнакомую тропу — и ты уже в Камбодже.

Николай долго смотрел на Мальчика, вот теперь ставшего лишним человеком в их компании. Поймав себя на идиотской мысли, будто навсегда прощается с любимой, он, пряча глаза, сказал:

— Ну вот и все, пацан...

— Поцелуй его, — подал голос Тимур, — и поменяйся с ним трусиками.

Николай даже не усмехнулся.

— Если бы не он, торчал бы сейчас, Тима, в тюряге... Мальчик, дать тебе совет? Вылезай из юбки. Если такое возможно — вылезай. Просто попробуй вылезти. Ты теперь маленький богач.

— Я смогу оставить деньги себе? — встрепенулся Бой, крепко вцепившись в свою сумочку.

— Конечно! Они твои. Открой свое дело. Вот Мафи тебе поможет.

Таец пробурчал что-то нечленораздельное. Однако подтвердил кивком:

— Обращайся. Мои реквизиты найдешь в полицейском участке. Вот это я влип! Мне не поверят...

— В Паттайе тебе оставаться опасно, — Кок возобновил разговор с Мальчиком.

— Не беда. Затеряюсь в Бангкоке.

— Только голову не потеряй. Ты и не заметишь, когда деньги кончатся.

Мафи снова попросил трубку и, коротко пообщавшись с абонентом, вернул ее со словами:

— Машина на месте. Пошли.

Мальчик долго смотрел им вслед. Прошли минуты, прежде чем он сделал один, другой шаг в этом же направлении. Ноги несли его в «Сандэй маркет». Спустя полчаса он примерял красивое вечернее платье, о котором всего час назад не смел и мечтать.