Одноклассник, который знал все - Андрей Дышев

Мне показалось, что мне в горло вогнали сухую сосновую щепку. Я начал безудержно кашлять. «А может, – подумал я, – а ну их, эти американские деньги? Позвонить в НАСА, сказать, что передумал. Какое наслаждение – посмотреть, как Чемоданов вместе с Настей будут ползать у моих ног».

Я лишь вздохнул. Мысль была красивая и смелая. Но я уже слишком много потратил денег на всю эту затею. Мосты к отступлению были сожжены. Мне ничего не оставалось, как продолжать идти вперед к намеченной цели.

– У меня нет таких денег, – поставил я Чемоданова перед фактом.

– Продай квартиру, – безапелляционно заявил Чемоданов.

– Сейчас! – обозлился я. – А жить где я буду? На вокзале?

– Можно поменять на меньшую, – тихонько вставила Настя.

Ох, что-то не нравится мне она в последнее время!

– Прекрасная идея! – поддержал ее Чемоданов. – Если особенно не торговаться, все можно сделать за полдня.

– Послушай, – сказал я ему и положил руку ему на плечо. – Одолжи мне десять тысяч баксов, а как получишь восемьсот, вычти эту сумму.

Но Чемоданов покачал головой и отступил на шаг.

– Э-э, хитрец! – произнес он и помахал пальцем. – Как же ты привык все время жить за чужой счет! А как я потом докажу, что ты мне был должен? Ты же шум поднимешь, в суд на меня подашь…

– Я тебе расписку дам! – перебил я его.

– В Америке твоей распиской даже в сортире воспользоваться нельзя будет. У них там с бумагой все в порядке.

– Да ладно тебе мелочиться! – сказала Настя и ущипнула меня за руку. – Нас такие деньги ждут, а ты из-за каких-то восьми тысяч проблемы устраиваешь.

Она стояла на стороне Чемоданова уже не таясь. «Продаст она меня, – подумал я. – Можно сказать, уже продала. Не надо было впутывать ее в это дело».

– Ну что, спонсор? – обратился ко мне Чемоданов. – Почему стоим? Погнали в загс!

Мне казалось, что я падаю в пропасть. Скорость нарастает, гибель неотвратима. Я в ужасе оглядываюсь, надеясь за что-нибудь ухватиться. Но гладкая стена не оставляет никаких шансов на спасение.

Пришлось признать: я потерял инициативу и теперь молча и безропотно делал то, что мне навязывал Чемоданов.

Я отошел подальше от жениха с невестой, которые вполголоса ворковали, споря о том, можно ли в это время года купаться в Атлантике у берегов Америки, и позвонил своему риелтору. Совсем недавно я разговаривал с ним тоном богатого клиента, твердо держал свою цену и не соглашался на компромиссы. Теперь все изменилось.

– Мне нужно десять тысяч долларов, – сказал я ему. – Сейчас. Немедленно.

– Вы уже решили продать квартиру? – оживился риелтор.

– Поменять, – ответил я. – Поменять на меньшую. Подыщите какие-нибудь варианты, но деньги привезите немедленно. Я торговаться не буду.

– Хорошо, – согласился риелтор, смекнув, что может неплохо заработать на мне. – Я буду у вас с деньгами через пару часов.

Я встал на обочине и принялся ловить попутку. Молодые радовались жизни неподалеку от меня. В какой-то момент я почувствовал, что мною овладевает паника, что я стою на грани катастрофы. В игре пошли слишком крупные ставки, и проигрыш означал бы мой полный крах. Я и без того уже потерял слишком много: работа, старая квартира, машина. На очереди стояла новая квартира. Авантюра, это ненасытное чудовище, пожирала мое состояние с ужасающей быстротой, а отдачи пока не было никакой. «Одумайся, Серёнька, – обратился я к себе идиотским прозвищем. – Еще можно остановиться, сохранить то, что есть. Я ведь не все ходы испробовал. Можно предложить американцам все права на диссертацию за четыреста… даже за триста… да хотя бы за двести тысяч долларов!»