Возвращение в строй - Александр Тамоников

– Что было дальше?

– Алла Борисовна распорядилась закрыть этот вход. Цуканов привез гастарбайтеров, они установили на проем деревянный щит, сверху уложили дерн. Трава проросла, и сейчас ничего не видно.

– А ты не можешь уточнить, где конкретно этот вход? Какой-нибудь ориентир?

– Он прямо под окном холла первого этажа.

– Понял.

– А зачем тебе это?

– Надо, Лена.

– Ты скоро вытащишь меня из этой клетки?

– Скоро. Ты умница, продолжай принимать препараты, что я передал тебе, и ни о чем не беспокойся. Я рядом.

– Спасибо тебе, Паша.

– Ну, что ты. Ради тебя… – Он осекся, поняв, что сказал лишнее.

Но девушка все поняла и ответила:

– Я тоже, Паша.

Кулагин отключил систему спецсвязи «Малютка». Вернул ручку часов в прежнее положение. Часы за время разговора продолжали работать в обычном режиме.

Он вовремя успел отключить связь. Из кустов от забора неожиданно вышел Боровской. Павел достал пачку сигарет, прикурил.

– Не рано ли устроил перекур, капитан? – спросил начальник охраны.

– Мне поставлена задача, и я ее выполняю.

– А с кем это ты разговаривал?

Это был неожиданный вопрос.

– Сам с собой.

– Плохой признак.

– А то, что самая дешевая иномарка стоит больше полумиллиона рублей, не плохой признак?

– Вот ты о чем? А зачем тебе новая? Возьми с пробегом, двух– или трехгодовалую. Кстати, фирма по продаже подержаных машин предлагает неплохие варианты, и по маркам, и по цене. Сейчас площадки забиты, цены упали, и за три сотни можно взять очень даже приличный, скажем, «Ниссан» или «Шевроле».

– Я хотел бы новую.

– Ну, тогда не кури, а работай. Чтобы тебя через месяц не убрали. Тогда до осени заработаешь еще пару сотен. А так, глядишь, и на зиму останешься, и вообще в постоянные работники перейдешь.

– Буду стараться!

Осмотревшись, словно ему что-то надо было, Боровской пошел к особняку.

Проводив его взглядом, Павел обошел участок, сюрпризы ему не нужны. Вернувшись, извлек из кармана сотовый телефон, набрал номер Горшкова.

– Да?!

– Привет, Макс!

– Привет.

– Я связался с Еленой, связь устойчивая, она помогла разобраться с тайником. – И он передал командиру суть разговора с девушкой.

– Значит, сделали схрон, и тот под окном холла?

– Да!

– Отлично! Я установил круглосуточное наблюдение за усадьбой. Один из прибывших парней нацелен на Руслана, но того пока найти не удалось, где-то в городе прячется.

– Квартиру на Добровольского проверяли?

– Проверяли. Там тишина.

– Ничего, объявится Руслан.

– Плохо, что мы не можем его контролировать. Меред, если и будет выходить на связь перед приездом, то только с братом. А брат вне контроля.

– В среду у него свидание с Аллой.

– Понятно. Вряд ли оно на этой неделе состоится. Хотя кто знает? Но среда – слишком поздно.

– В любом случае зацепим Мереда, никуда он в Переславле не денется. Если только не станет из Москвы руководить террористической операцией.

– Нет, он приедет. Возможно, появится и в усадьбе. Кстати, Паша, я получил ответ на запрос по возможному человеку Атабековых в охране Пресс-центра.

– И что дал ответ?

– Я знаю, кто работает на Мереда.

– Ты это серьезно?

– Нам сейчас не до шуток, Паша.

– И кто же он?

– Поговорим об этом вечером у тебя дома. Я подъеду в двадцать ноль-ноль. Мне надо заодно передать тебе оружие, дополнительная группа привезла стволы и боеприпасы.

– А постановщики радиопомех они привезли?

– Два постановщика. Один уже на позиции наблюдателя за усадьбой. Второй выставим в среду или в четверг непосредственно у Пресс-центра, накрыв его колпаком радиопомех, когда придет время.

– Я понял тебя.

– Чем занимаешься?

– Крашу беседку.

– Беседку? – усмехнулся Горшков. – Достойное занятие для офицера спецназа.

– Могу все бросить и уйти из усадьбы к чертовой матери.

– Не можешь. Работай, Паша, навыки разнорабочего тебе пригодятся, когда обзаведешься своей дачей на пенсии.

– Если доживу до этой пенсии.

– Доживешь, ты живучий. Но все. До встречи!

– Давай!

Отключив телефон, Кулагин сосредоточился на работе.

30 июня, Москва

По набережной напротив Кремля прогуливался неприметный человек в джинсах, майке, кроссовках. Он доходил до лестницы, спускающейся к причалу, и возвращался обратно до стоянки у небольшого кафе. Иногда человек посматривал на часы, провожая взглядом проезжающие мимо машины, проходивших мимо него людей. Наверное, ему надоело ходить, он остановился, облокотился о парапет. Было 10 утра, солнце еще не нагрело столицу, да и день сегодня обещал быть нежарким. Со стороны высоток небо затягивалось тучами. Он увидел приближавшегося к нему мужчину в строгих брюках, голубой рубашке и сразу узнал его. На противоположной стороне застыл молодой человек – телохранитель, водитель и помощник мужчины. Человек хотел было оторваться от парапета, но мужчина, взглянув на него быстрым взглядом, прошел мимо.

«Что случилось?» – подумал человек у парапета.

Мужчина же, сделав несколько шагов, резко остановился, обернулся, сощурил глаза:

– Меред, ты?

– Неужели не узнал, Серго?

– А ты-то сам себя утром, глядя в зеркало, узнал?

– Вот в чем дело, тебя сбил с толку грим. Но иначе небезопасно выходить на улицу, я же в розыске. И не просто числюсь в розыске, меня реально ищут. Сейчас же я успокоился, если с ходу не узнал ты, с кем мы бок о бок воевали три года, то менты не узнают и подавно. Тем более по фото. Приветствую тебя, Серго!

– Здравствуй, Меред. Рад тебя видеть.

– Взаимно. Но давай к делу, ты же вызвал меня на встречу не для того, чтобы выразить свою радость.

– Скажем, не только поэтому. Что у нас по подготовке акции?

– По подготовке все нормально. Взрывчатка завезена в Переславскую область, мне не нравится одно, Серго, а именно то, что я до сих пор не знаю, что придется делать.

– Ты не читаешь газет? Не смотришь телевизор? Не интересуешься новостями Интернета?

– Представь себе, нет, – вздохнул Меред. – Кроме, пожалуй, порнухи.