Дурманящий ветер-афганец - Александр Тамоников

Посмотрим!

Борисова вновь вызвал Железнов:

— «Феликс», я «Кавказ», как слышишь меня?

Заместитель директора Службы ответил:

— Хорошо тебя слышу, «Кавказ», говори, Иван!

— Вьючный караван начал спуск, автомобильная колонна с трассы в полном составе пошла на серпантин.

— Отлично! Продолжай наблюдение!

— Один вопрос, Феликс!

— Да?

— От «Барсов»… ничего?

Этот вопрос, и так не дававший покоя генералу, чуть не взорвал Феликса, но он сумел сдержать эмоции. Интерес Железнова, да и всех остальных бойцов «Виртуса» понятен. Они все переживали за своих боевых товарищей. Поэтому ответил, стараясь казаться абсолютно спокойным:

— Нет, Вань, ничего! Но ничего и не должно быть. Связь с «Барсами» до выхода их на рубежи подготовки штурма просто не предусмотрена, а ребятам еще далеко до целей.

— Понял!

— Работай, «Кавказ»!

Борисов отключил связь.

В кабинет вошел его хозяин, полковник Лебедев, начальник Соколовского погранотряда. Выглядел он крайне усталым.

Феликс подумал: у каждого своя работа, свои проблемы! Своя СЛУЖБА!

* * *

Вечером 24 августа, как только солнце скрылось за ближайшими вершинами, капитан Лопатин остановил группу, обернулся к Каурову, доложил:

— Ну вот, товарищ генерал, за перевалом, что перед нами, ваш объект. Марш к цели завершен.

Каракурт спросил:

— А где человек, что должен нас встречать?

Проводник, посмотрев на часы, ответил:

— Должен скоро появиться, мы опередили график на три часа.

Генерал развернул карту.

Знак окончания маршрута и соответственно рубеж подготовки штурма находился на вершине перевала, перед которым они остановились. Он обратился к Лопатину с вопросом:

— Ты предлагаешь переночевать здесь? До подъема на хребет?

На что капитан, как-то безрадостно улыбнувшись, ответил:

— Я, генерал, уже ничего не могу вам предлагать. Моя задача состояла в том, чтобы вывести вас сюда. Я это сделал и должен передать группу человеку наблюдения за заводом, покинув вас. Дальше решения принимать вам. Я бы предпочел остаться с группой, но… у меня, к сожалению, другие задачи.

Кауров положил руку на плечо Лопатину:

— Да, вам, разведчикам, не позавидуешь. Мы отработаем объект и обратно домой, если все сложится удачно, конечно. Вам же оставаться в этом чужом краю. И если бы просто оставаться! Но ты после возвращения в Россию с семьей о службе в «Виртусе» не беспокойся. Никто тебя не уволит.

— Спасибо, генерал! А вот и ваш новый проводник!

Лопатин указал рукой на спускающуюся с перевала еле заметную на невидимой тропе фигуру и добавил, представляя коллегу:

— Старший лейтенант Гена Полозин. Тоже вышел раньше на встречу. Или заметил нас со своей позиции на хребте. Ну что ж, товарищ генерал, рад был общению с вами. За эти сутки марша среди своих словно дома побывал. Разрешите удалиться?

— Ждать напарника не будешь?

— Мы на склоне встретимся. Я также буду уходить через этот перевал, своим маршрутом.

Кауров протянул руку капитану-разведчику:

— Ну, раз так, то давай, Витя! Спасибо тебе за безопасный марш, за советы, за все, что ты тут со своими друзьями делаешь. Счастья тебе и твоей семье! И, естественно, скорейшего возвращения домой!

Лопатин пожал руку генерала:

— Вам удачи!

Капитан, резко повернувшись, пошел к перевалу.

Генерал, к которому подошли бойцы передового дозора, смотрел вслед этому удаляющемуся к подъему офицеру глубинной разведки. Проговорил:

— Да… я бы, наверное, так не смог! Столько лет жить двойной жизнью! Это каким надо обладать мужеством и силой воли, чтобы постоянно жить и работать в экстремальных условиях? Эти ребята из глубинной разведки заслуживают прижизненных памятников.

Прапорщики передового дозора полностью согласились с мнением своего командира.

А две фигуры встретились у подножия склона. Постояли вместе минут пять, разошлись. Один направился в сторону группы, другой начал подъем на перевал. Он выходил из одной игры, тут же вступая в другую.

Человек с перевала приближался быстро.

Офицер имел отличные физические данные, так как, подойдя к Каурову, сохранил спокойное дыхание, и это после спуска с перевала. Да еще и улыбнулся приветливо, представившись:

— Товарищ генерал, старший лейтенант Полозин! Выполняю задание Службы по вашей задаче! Здравия желаю!

— Здравствуй, Гена! Где обоснуемся для твоего подробного доклада об обстановке вокруг завода?

Старший лейтенант, не задумываясь, ответил:

— Думаю, товарищ генерал, группе следует подняться на перевал. Он имеет форму усеченного конуса, и на вершине личному составу будет где подобрать место для ночного отдыха. А мне сверху, непосредственно имея перед собой цель, легче доложить о ней. Но все это мы можем сделать и ранним утром. Выход на рубеж подготовки штурма, или на перевал, запланирован по графику как раз на утро завтрашнего дня. Решайте, как поступить, пока у нас есть где-то час светлого времени.

Кауров, тоже не задумываясь, принял решение:

— Обсудим все наверху и сегодня!

Он отдал приказ по колонне:

— Внимание всем! Выходим на вершину перевала! Там отдых. Начали движение! — и, повернувшись к второму проводнику, приказал: — Веди группу наверх, старший лейтенант!

— Понял! Следуйте за мной! Подъем несложный, но лучше идти след в след. Тропа все же местами опасна. Я на таких участках вбил в камни костыли и закрепил страхующий трос.

Кауров оценил предусмотрительность офицера разведки:

— Я лишний раз убеждаюсь в том, что здесь отменные профессионалы работают.

Старший лейтенант, немного смутившись, ответил просто:

— Мы выполняем задание руководства Службы, товарищ генерал, не более того. Впрочем, я в Афгане свое отработал, перед выходом сюда получил приказ возвращаться домой с вами.

— Что ж, поздравляю!

— Спасибо!

И, повернувшись, разведчик пошел к скрытой тропе перевала, на которой Лопатина уже не было видно.

Сводная группа «Барс-1» спустя десять минут начала подъем и через полчаса в полном составе вышла на относительно плоскую вершину горного хребта, тут же по приказу Каурова рассредоточившись в цепь для оборудования мест ночного отдыха.

Генерал же с Полозиным подошли к краю обратного склона и залегли в благоустроенной, насколько это возможно в естественных условиях, позиции внешнего наблюдения офицером разведки за заводом.