Комбат. Исходный код денег - Андрей Воронин

Толкач зашел во двор и огляделся. Он был самый опытный, самый бывалый, поэтому лично оценивал ситуацию, наметанным глазом выцепливая малейшие подозрительные детали. Два сообщника Толкача застыли чуть позади в арке, ожидая условного сигнала. Один из них работал около года, второй – лишь несколько месяцев.

Толкач сунул руки в карманы. Обычный жест, но именно он был условным знаком. Лучок и Хам откликнулись мгновенно. Хам тут же занял место слева от арки и принялся вертеть головой. «Вот болван! Когда же он научится обходиться без суеты? – подумал Толкач, краем глаза заметив излишнюю активность своего подручного. – И ведь говорил я ему тысячу раз, а он опять за свое».

Лучок действовал куда грамотнее. Он прошелся вдоль дома и завернул к намеченной машине с другой стороны. Если кто-то смотрит во двор из окна и способен хорошо видеть в опускающихся на город сумерках, он никогда не свяжет между собой двух мужчин, приближающихся к новым «Жигулям». А вот если бы они шли друг за другом прямой наводкой к легковушке, могли возникнуть подозрения.

Активное возвращение Толкача к своему любимому занятию сложно было назвать триумфальным. Отсутствие многоопытного напарника и человека, хорошо разбирающегося в сигнализации, делало практически невозможным дорогие угоны. На престижные машины теперь ставили навороченные охранные системы, а Толкач по знакомству брал стандартные устройства, отключающие только простейшую сигнализацию. Вот и приходилось ему охотиться за отечественными автомобилями и хорошо подержанными иномарками. Благо и на то и на другое имелся спрос, хотя отдавать приходилось за копейки. И с каким-то благоговейным трепетом выслушивал Толкач историю о богаче, уплатившем двойную цену за ручной сборки «майбах», угнанный у другого богача, только потому, что на эти лимузины существовала очередь и своей машины богачу предстояло дожидаться еще три месяца. А ему ну очень не терпелось лично опробовать новую модель.

История эта, скорее всего, была выдумкой, но Толкачу очень нравилась. Он мечтал о своем «майбахе», который продаст за двойную цену.

Толкач чуть вытянул руку и нажал кнопку. Тут же, заметив его жест, Лучок тонкой спицей отжал прокладку, сделал быстрое движение, и дверца распахнулась. Толкач шагнул к машине и вдруг услышал сдавленный от клокотавшей ярости возглас:

– Стой, гнида, оставь машину!

Толкач чуть поднял голову, тогда как руки его, будто живя отдельной жизнью, нащупывали нужные проводки. Он увидел человека, рванувшегося мимо Хама, который вдруг чуть согнул корпус и ловко принял бегущего на бедро. «Молодец! Грамотно выбрал позицию и терпилу тормознул», – мысленно похвалил подручного Толкач.

Он уже соединил нужные проводки, машина завелась. Мужчина тем временем успел вскочить, но был атакован Хамом:

– Ты куда прешь, козел? Чуть меня с ног не сбил!

– Пусти, друг, у меня машину угоняют!

– Выдумай что-нибудь получше, клоун! Виноват – извинись.

– Извини.

– Ты че, издеваешься? Нормально извинись, я сказал!

– Извини, пожалуйста!

Мужчина бы давно попытался вырваться, заехав по физиономии назойливому типу, но чувствовал в его руках недюжинную силу и поэтому боялся обострять ситуацию.

– Ну вот, теперь нормально! – удовлетворенно сказал Хам, поскольку «Жигули» сорвались с места и юркнули под арку. Но мужчину продолжал удерживать, поскольку только через десять минут Толкач с Лучком окажутся в безопасности, а до ближайшего отделения милиции пять минут бега.