Убойный вариант - Альберт Байкалов

Свернув с освещенной улицы в сквер, он уселся на скамейку и, обхватив голову руками, задумался.

* * *

Ровно в полдень, как и было условлено накануне с водителем «уазика», Антон вошел в подъезд полностью разрушенного дома в квартале от площади Минутка. В нос ударил запах человеческих испражнений, к которому примешивался специфический душок разлагающейся плоти.

«Неужели до сих пор не убрали трупы? – осторожно ступая по заваленным разным хламом ступенькам, подумал он и неожиданно на лестничной клетке увидел дохлую кошку. – Плохая примета».

На втором этаже остановился перед зияющим пустотой дверным проемом. В начинающейся за ним квартире, или, вернее, в том, что от нее осталось, скрипнуло под чьей-то подошвой стекло. Он вынул пистолет, снял его с предохранителя и шагнул через порог. Под ногой звякнула стреляная гильза.

Антон проскользнул в прихожую и, присев, заглянул в комнату. У закопченной, с отметинами от пуль и осколков стены помещения, служившего некогда залом, на перевернутых ящиках из-под патронов скучали Дрон и Туман. При его появлении они нехотя поднялись со своих мест. У окна с остатками обгоревшей рамы стоял высокий, со сросшимися на переносице бровями и волевым подбородком чеченец. Его внешность резко контрастировала с окружающей обстановкой. Одетый в серый костюм, безупречно белую сорочку, верхняя пуговица которой была расстегнута, в начищенных до блеска кожаных коричневых туфлях, он с задумчивым видом глядел вниз, на проезжающие по улице машины. Сбоку, рядом с входом, через который прошел Антон, на корточках сидел еще один, молодой, с нагловато-настороженным взглядом. Активно жуя жевательную резинку, при появлении Филиппова он тоже выпрямился. Чеченец в костюме сделал шаг навстречу, посмотрел на часы, потом на Антона:

– Здравствуй.

Филиппов кивнул, пожав протянутую руку, и представился:

– Антон. Погоняло Хохол.

– Я уже знаю. – Чеченец изучающим взглядом окинул Антона с головы до ног. – Меня зовут Шакур Хучиев. Для вас – просто Худой. Я уже выслушал рассказ твоих друзей о том, что послужило причиной вашего приезда сюда, но хотелось бы узнать это от тебя.

– Ты не доверяешь нам с первого дня? – Антон испытующе посмотрел в глаза Худого. – Хорошо. Будь по-твоему. – Он показал рукой на Дрона. – Этого человека я знаю с самого детства. Его зовут Василий. Кличка Дрон. От фамилии Андроников, – пояснил он. – Это, – Антон перевел взгляд на Тумана, – Кривой. Мы все с одного города. Росли и учились в Пятигорске. Еще в школе начались нелады с законом. Позже попались на рэкете. Поэтому в армии никто не служил. Потом Дрон залетел на мокрухе. Ему пришлось податься в бега. В середине девяностых попал сюда. Воевал, как рассказывал, на вашей стороне. Я, Кривой и еще несколько человек какое-то время «бомбили» на трассах фуры. Нас хорошо прижали, пришлось лечь на дно. Совсем бы загнулись, но случайно на нас вышли люди, занимающиеся серьезным делом. Предложили перевозить отраву, – он внимательно посмотрел в глаза чеченца, – фальшивые деньги, оружие. Все отсюда. Он организовал, – Антон посмотрел на Василия. – Много разного было. В последний раз Дрон приехал неожиданно. Около десяти дней назад со своим другом Умаром. Отыскал меня. Сказал, есть работа, за которую заплатят хорошие бабки. Суть состояла в том, что нужно взорвать автобус с омоновцами. Они и нам поперек горла стояли. Мы вычисляли их квартиры, нападали в подъездах, угрожали. Но эти люди не понимали обычного языка. Я решил помочь.

– И вы окончательно запалились, – усмехнулся Худой. – С кем работал по наркоте?

– С Исхаковым, – не моргнув глазом, ответил Антон.

Этого чеченца месяц назад взяли в станице Червленой. Одновременно на всем пути от Грозного до Москвы были арестованы организатор канала, курьеры и боевики. Поэтому Антон не боялся, что кто-то может опровергнуть сказанное. Ко всему в суде, который уже начался в Ростове, Исхаков, которого Антон никогда не видел в глаза, должен дать показания, что одним из звеньев цепочки были люди Хохла. Исхаков отвечал за участок от границ с Чечней до Рязанской области. Со слов Родимова, Линев утверждает, будто для сведения риска поимки до минимума, в целях конспирации, организатор знал только своих ставленников на всем протяжении пути в Москву и Европу. Бандиты, представителем которых был Антон, замыкались в свою очередь только на Исхакова. Кто стоит за ним, не имели понятия.

– Насколько мне известно, с вами был еще чеченец? – Худой испытующе посмотрел в глаза Антона.

– Его нашли Умар и он, – Антон показал рукой в сторону Дрона. – В Пятигорске. Кто этот человек, я не знаю.

– Хорошо. – Сунув руки в карманы брюк, Худой подошел к Филиппову вплотную. – Я помогу вам отсидеться в этой республике. Но не даром.

– Я понимаю, – соглашаясь, Антон развел руками. – Нам ничего не остается, кроме как выполнять все твои условия.

– Их не много, – Худой криво усмехнулся. – Хотя ты правильно сказал, выхода у вас нет. Я могу попросту всех отправить в горы и продать. Будете до конца своих дней жить, как крысы, и с утра до вечера работать за еду.

Вместо ответа Антон, отведя взгляд в сторону, лишь потер переносицу и вздохнул.

Насмешливо глядя на него, Худой достал из внутреннего кармана пиджака несколько фотографий и протянул их ему:

– Это Конри Эндрю. Французский журналист. Работает в республике по аккредитации Франс Пресс. Надо убрать.

Антон стал просматривать снимки. Всего их было три. Сделаны цифровой камерой. На одной фотографии уже немолодой кучерявый брюнет в темных очках выходит из одноэтажного, недавно построенного здания. Справа от входа табличка. Надпись неразборчива, но было ясно, что это какое-то учреждение. На другой он садится в машину. Белый джип «Тойота Ленд Крузер». Третий снимок был сделан в вечернее время с очень большого расстояния. Все тот же автомобиль отъезжает от двухэтажного коттеджа, огороженного кирпичным забором, а сам француз направляется к калитке.

– Что он сделал? – Антон испытующе посмотрел на чеченца.

– Не знаю, – пожал тот плечами. – Приказ пришел от очень большого человека.

– Хорошо, – убирая фотографии во внутренний карман ветровки, кивнул Антон. – Сделаем. Этим нам уже приходилось заниматься.

– Смотри, если попадетесь и сдадите меня… – Хучиев провел по шее большим пальцем. – Все равно вам придется сидеть в местном следственном изоляторе. У нас там все схвачено. Это не Россия.

– Не попадемся, – заверил Дрон.

– Тебя не спрашивают! – неожиданно зло буркнул Худой, одарив спецназовца переполненным яростью взглядом.

– Да я ничего, – Василий сделал вид, будто растерялся. – Так. Дело привычное.

– Раз привычное, завтра встречаемся на этом месте. У вас должен быть план.

– Сколько будет стоить заказ? – осторожно спросил Антон, заранее зная ответ.

– Какой деньги ты хочешь? – изумился Худой. – Отработай сначала те, которые потрачены, чтобы спасти вас!