Регуляторы - Александр Грохт

Поднявшись обратно в деревню и дойдя до рубки, Волохай понял, что у него есть всего два выхода, остальные его идеи или требуют серьезной подготовки, или же малореальные в силу его, Волохая, физических кондиций. Первый — это попробовать втихаря угрохать Шеина. Караульных в расход из чего–то тихого. В подвал, который со времен наркомана использовался как тюрьма, гранату через воздуховод. Открывать его дураков нет. И все. Но это риски. Риски запалиться. Риск несработки любого элемента в плане. В охране, конечно, стоят два новичка, но кто их знает. Вдруг выживут и смогут опознать в стрелке и метателе гранаты именно его. Волохай четко отдавал себе отчет –точно выстрелить из автомата на дистанции в пятьдесят метров он не сможет, ему нужно стоять почти впритык. А там везде свет.

Второй вариант — все же вытащить Шеина из застенка и надеяться, что тот сдержит свое обещание. Но для этого тоже нужно убирать охрану и убивать людей, сидящих на смотровой вышке. Там понятное дело старики, и воины из них аховые. Но чтобы зарядить из пулемета на турели по небыстро едущей машине — много ума не нужно, как и навыков стрелка. Поэтому их тоже в расход.

Волохай терзался сомнениями до глубокой ночи. Оба решения плохие, оба с рисками. В итоге спать он лег почти в час ночи, и всю ночь ему снились кошмары, причем в кошмарах этих он прошел все свои варианты, но всегда в самый последний момент появлялся Джей, и со злобной улыбкой доставал из–за пояса громадный пистолет, наводя его на лицо Волохая и, радостно смеясь, нажимал на спуск.

После такой «прекрасной» ночи Волохай встал в семь утра, разбитый и не выспавшийся. И с твердым намерением решить проблему прямо сейчас, без всяких откладываний и отговорок перед самим собой. В первую очередь для этого ему нужен был разговор с Шеином, чтобы окончательно решить, помогать ли бывшему лидеру общины или же нет. Так что, прицепив на пояс обязательный атрибут в виде пистолета, Волохай вышел из своей каморки при радиорубке и решительно направил свои стопы к «тюрьме».

Глава 17

Неприятности начинаются

Когда Вова приехал в Ривендейл, ему даже не пришлось ждать допуска «к телу» Смита. Тот сам их нашел и пригласил к себе. Как оказалось, у военных все–таки начались проблемы с пищей. Часть тех запасов, что они подгребли под себя в торговом центре, оказались…ну скажем так, некондиционными. Консервы вздувались, вакуумные упаковки тоже портились. А армейские рационы, которые казались неисчерпаемыми, были сожраны в первый месяц или розданы нуждающимся.

В итоге, Смит и Вова договорились на удивление легко. Смит дает четыре грузовика–фуры. Два из них набивают продуктами для «Ривендейла», два — грузами для «Регуляторов», как с легкой руки Джея Вова стал называть их отряд. После того, как грузовики загружаются, люди Смита садятся все в две машины и катят домой. А Вова и его люди загоняют два грузовика к себе. И оставляют себе машины.

А еще Смит по секрету сообщил Вове, что акция «спаси гражданских» фактически окончена. Ни ресурсов, ни продуктов, ни желания у их общины связываться с этим больше нет. Так что он готов отправить всех выживших нахрен, ну то есть к Вове. И даже за небольшую плату готов предоставить помощь в патрулировании территории, находящейся между их лагерями.

Вова успел рассказать частично отредактированную историю с лабораторией Меднанотех, без упоминаний вакцины и некоторых других моментов, и собственно намекнул о том, что у них есть все шансы заполучить синтез лекарств. Смит, естественно, сделал охотничью стойку, и Вова поспешил добавить фразу о невозможности контроля МПЛ без участия в этом сотрудника Меднанотех.

Смит не стал притворятся идиотом и впрямую задал вопрос, есть ли у Вовы на примете подобный сотрудник. Получив утвердительный ответ, бывший военный сильно задумался. И выдал, что в целом–то у него претензий к сотруднику Меднанотеха нет, сотрудник не может отвечать за действие начальства, а госкорпорация — это корпорация, изрядно приправленная дуроломством и прочими классическими проблемами всех госучреждений. Но все же несколько вопросов он бы этому сотруднику задал. В дружеской обстановке.

Вова с Ильей, проговаривавшие эту ситуацию, переглянулись, и Филлимонов, подчиняясь Вовиному кивку, сказал:

— Ну так задавайте. Что смогу ответить — отвечу. Но я знаю далеко не все, к сожалению.

Допрос, ну, или если следовать терминологии Смита, то предметный разговор, шел у него с Ильей почти четыре часа. После чего разговор «больших боссов» возобновился.

Глядя на Вову хитрым взглядом из-под узких бровей, Смит ухмыльнулся и произнес, хищно глядя на шкафчик на стене в кабинете:

— Выпьете со мной, Владимир? Мне кажется, вам надо. От нервов и вообще.

Вова не стал отказываться, и Смит извлек из стенного сейфа две кружки, и бутыль виски, плеснул, не скупясь, грамм по сто пятьдесят. Протянул стакан Вове, и коротко отсалютовав, опрокинул в себя напиток. Крякнул, закинул в рот карамельку, извлеченную из кармана, и закурил.

Глядя на Вову через клубы дыма, он задумчиво протянул:

— Знаете, Владимир, а вы очень рисковый человек.

— Это почему вы так решили? — Вова тоже заглотил напиток залпом и ответил Смиту взглядом глаза в глаза. — Потому что я сразу пришел к вам с, так сказать, открытым забралом?

— Да, и не только поэтому. Честно говоря, если бы не то, что вы устроили на базе Шеина, я бы никогда не подумал, что вы способны на жестокость. Вот честно — не похожи вы на парня, способного хладнокровно уничтожать ради достижения цели тех, кого сочли врагом. Нет–нет, никаких претензий! — Смит выставил ладони перед собой и не дал возмущенному Вове перебить себя. — Напротив, я скорее восхищен. Догадываюсь, что конкретное исполнение было не ваше лично, а кого–то из подчиненных, скорее всего молодого человека, как там его…Джей, да?

— Нет. Это все инициатива парня, у которого Шеин перебил всю коммуну выживших только из–за того, что они поспорили на парковке. Тут я не при чем.

— Хм…а вы еще и честны.