Шанс только один - Максим Шахов

Такой работе мог бы позавидовать каждый. Но это только на первый взгляд. Учитывая стопроцентную эффективность Глеба, его вскоре стали использовать на самом трудном участке. Красовский попал в полное распоряжение самого засекреченного отдела ПГУ – отдела спецопераций.

Цветущий плейбой, гурман и сибарит – лучшего прикрытия для профессионального ликвидатора трудно и придумать. К первой спецоперации Глеба готовили долго и тщательно – почти полгода. Все это время он безвылазно просидел на даче под Москвой, где ему «ставили» американский акцент, натаскивали по программе американских университетов и учили правильно плеваться и закидывать ноги на стол.

В ту первую командировку в рамках работы в новом отделе Красовскому предстояло сыграть стопроцентного гринго – начинающего нью-йоркского продюсера, ищущего «звезду» для нового бродвейского мюзикла. Спектакль был разыгран в штате Кентукки в окрестностях городка Гринвилл.

Глеб поселился в местной гостинице и принялся одну за другой соблазнять певичек местных захудалых кабаре. Последняя из соблазненных, по недоразумению, оказалась подружкой босса местных гангстеров. Узнав о случившемся, Бык-Билл (а именно такую кличку носил гринвиллский «крестный отец» – владелец скотобойни) в сердцах грохнул кулаком по столу и в присутствии свидетелей рявкнул:

– Этот нью-йоркский франт – покойник! И дня не пройдет, как его освежеванная туша навсегда канет в болоте!

На следующий день продюсер и вправду исчез, даже забыв впопыхах кое-что из вещей в номере. Владелец гостиницы потом клялся и божился, что постоялец съехал сам, причем выглядел при этом весьма напуганным. Впрочем, местные жители в это верили слабо, а официального расследования полиция Гринвилла не проводила. Забот шерифу хватало и так.

Дело в том, что в ночь накануне исчезновения ловеласа-продюсера на шоссе номер 2367 под Гринвиллом произошла авария. Самая обычная – некто Алан Смит, пару лет назад поселившийся в Гринвилле, уснул за рулем и врезался в дерево.

Только вот оказалось, что с этим Аланом все не так просто. Уже к вечеру следующего дня Гринвилл запрудила целая свора агентов ФБР, ЦРУ и репортеров. И только тут местный шериф узнал, что погибший Алан Смит был советским разведчиком-перебежчиком, спрятанным в Гринвилле по программе защиты свидетелей.

ФБР, ЦРУ и репортеры искали «след» Москвы. Тщетно. Все выглядело вполне естественно, особенно если учесть, что в крови погибшего обнаружили изрядное количество алкоголя.

Агенты спецслужб приняли чисто технологическое решение – на всякий случай решили проверить всех мало-мальски подозрительных персонажей при помощи полиграфа. После чего с канцелярской скрупулезностью составили соответствующий список. В число подлежащих проверке попал и заезжий нью-йоркский продюсер.

Тут-то и всплыла на поверхность история с соблазнением некой певички и последующим исчезновением – не подозреваемого даже, а кандидата в подозреваемые. К Быку-Биллу наведались агенты в штатском, после чего местный мафиози пережил немало неприятностей. И даже вынужден был сам пройти проверку на полиграфе…

К счастью для Быка-Билла, труп исчезнувшего продюсера так и не отыскался. Агенты спецслужб пришли к выводу, что гангстер выполнил свою угрозу, и продюсера из списка изъяли. А гибель перебежчика после выполнения всех формальностей с чистой совестью списали на несчастный случай.

Авторитет же мясника-гангстера на этой истории поднялся на небывалую высоту. Так что он и сам стал верить в то, чего не было, и даже позволял в узком кругу за стаканчиком виски иногда сказать:

– Это было в тот год, когда я упрятал в болото того хлыща так, что и ФБР не смогло отыскать!

И невдомек было тупому кентуккскому гангстеру, что его как последнего лоха использовало КГБ для прикрытия спецоперации по устранению перебежчика.

В ночь перед своим «исчезновением» в гринвиллском болоте Глеб Красовский, он же начинающий бродвейский продюсер, спокойным голосом произнес на пустынном шоссе 2367 следующий краткий текст:

– За измену Родине в форме предательства и перехода на сторону врага приговорить Пинчука Игоря Андреевича к высшей мере наказания и лишить воинского звания, всех правительственных наград и гражданства СССР. Приговор привести в исполнение в штате Кентукки, в окрестностях города Гринвилл, немедленно после оглашения приговора…

– Не надо!!! – задергался в руках хмурых «вымпеловцев» Пинчук. – Пощадите! У меня на счету миллион долларов, я завтра же перечислю их куда скажете!

– Мы Родиной, в отличие от тебя, Пинчук, не торгуем! Умри, собака! – последовал ответ.

В следующий миг в свете яркой луны над ночным шоссе тускло блеснула изогнутая монтировка. Еще несколько минут спустя «Понтиак» Пинчука с разгона врезался в дерево.

«Вымпеловцы» споро убрали приспособления, фиксировавшие педаль акселератора и руль. И на всякий случай еще раз удостоверились, что Пинчук мертв. Конец предателя не вызывал сомнений. Причем нанесенную изогнутой монтировкой травму ни один эксперт не мог отличить от травмы, полученной при ударе головой о руль «Понтиака».