Смерть оловянных солдатиков - Андрей Ильин

– Спасибо за оказанное доверие. Только я не стахановец, чтобы в такой забой добровольно. Пардон, в убой. Пусть они сами друг с дружкой… Думаешь, выгорит дело?

– Не знаю. Но сами они меж собой не стравятся – исключено. Они лет двадцать мирно соседствуют, деля сферы влияния. Тут их крепко надо в спины подтолкнуть.

– А толкать мне?

– Тебе.

– И что для это требуется?

– Конфликт. Стихийный. Но такой, чтобы не остановить. На то у нас имеются две вполне боеспособные и дисциплинированные армии.

– Ну да. Наши головорезы кого хочешь раскачают. Особенно твои. Они Галиба, который ручки-ножки рубит и глазки выковыривает, пуще Аллаха боятся. Этим только фас скажи, они не задумываясь!

– Он скажет. Будь спокоен.

– То есть сценарий такой – я должен как-то так, ненароком, обидеть твоих орлов, они – моих, слово за слово, око за око, труп за труп и пошло-поехало. А их старшие «братья» должны поддержать, ввязаться и погрязнуть. То есть маленький братик кого-то пнул и к старшему побежал, чтобы тот его защитил.

– Видишь, ты лучше меня все понимаешь.

– А других как вовлечь?

– Лес рубят – щепки летят.

– То есть можно не стесняться и всех прочих пригребать?

– Нужно. Чем больше мы группировок втравим в драку, тем лучше. Победить в этой войне никто не сможет, но проиграть должны все. Иначе Регион не стабилизировать.

– А так?

– Так – есть шанс. Самые буйные умрут, остальные, испугавшись мясорубки, притихнут. К настоящей войне они не привычны. Пострелять, порезать – да. А на уничтожение… Сами себя испугаются. Как минимум Регион получит передышку. На многие годы. Пока еще разборки утихнут, пока кровная месть на нет сойдет.

– А ты, конечно, не дашь ей затихнуть? Будешь полешки подбрасывать?

– Приложу максимум усилий.

– Скажи, ты с самого начала знал, для чего все это? Галибы, Джандали и их головорезы?

– Не совсем. То есть понимал, что в одиночку, на только наемниках не вырулить. Что нужны пусть небольшие, но армии. Такие, которые не побегут…

– Ну да, эти не побегут… Себе дороже.

– Потом понял, что, имея в своем распоряжении такие силы, грех палить по воробьям. Можно ставить и решать более масштабные задачи. Большая война своих со своими – это то, что надо для победы третьей стороны, которая, ничем не рискуя и ни в чем не участвуя, должна победить. И тех, и других.

– Это называется – таскать каштаны из огня…

– Пусть так. Только для этого надо огонь зажечь! Раздуть! И подбрасывать дровишки!

– Запалим. И раздуем. Тут ты прав – лучше пусть они, чем мы с тобой. С «винторезом» в руках скакать – себе дороже, еще прихлопнут ненароком. А мне живым на родину вернуться охота, босиком по травке походить, березки пощупать. И не только березки…

– Тогда будем считать, боевые задачи поставлены…

– Куда от тебя денешься?

– Некуда. Ни тебе от меня. Ни мне от тебя…

Это задание. Это приказ. Был один в поле воин, а теперь двое. И тысячи ворогов вокруг. Целый Регион, где нет у тебя ни друзей, ни союзников, ни подкреплений. И крутись, как умеешь. Торгуй оружием, следи, опознавай, отстреливай, интригуй, заигрывай, провоцируй, организуй вооруженные стычки и междоусобные войны, отступай, перегруппировывайся и снова манипулируй отдельными боевиками, террористическими бандами и целыми группировками. Пересорь всех со всеми, страви, брось их в бой друг на друга и с их помощью одержи над ними окончательную победу!

Такой путь, потому что иного нет. Если ты один в поле, то это не оправдание. Значит, создай сам себе армию и еще одну, вооружи, воспитай, выучи… Нет своей армии – воюй чужой, заставив развернуть на сто восемьдесят градусов оружие. Делай, что хочешь, но победи.

Победить или… Нет, только победить! Потому что «умереть», это не оправдание, это тоже невыполнение приказа.

Только – победить!

Без вариантов.

* * *

Так всегда все и случается. Вроде бы на пустом месте. Кто-то куда-то за чем-то шел. И ни сном ни духом. И было у них настроение, ожидание хорошего дня и долгой жизни. Но человек предполагает, а Аллах располагает.

Впрочем, нет, в этом случае не Аллах, а вполне конкретные люди, которые изучили место, маршруты, личности, подъезды, обзор… Вымерили расстояния и построили траектории. Написали тексты и выстроили мизансцены – кто где стоит, что делает, куда сдвигается… Чтобы исключить любую случайность в том «случайном» происшествии.

Шли себе несколько молодых пацанов. Боевиков. Но всё равно пацанов, с гонором, желанием показать себя и готовностью подраться. Потому что все пацаны во всех странах, хоть в Африке, хоть на Аляске, похожи.

А навстречу им шли такие пацаны из другой банды. И в одном, заранее намеченном месте, они сошлись. И наверное, спокойно разошлись, кабы кто-то кого-то не задел, или на ногу наступил, или не толкнул «случайно». Ну, а далее слово за слово…

– Ты чё?

– А ты чё?

– Я ни чё!

– И я ни чё!

– Ну, тогда всё! Давай иди себе куда шел!

– А ты чё командуешь? Ты чё выступаешь?

– Тебя, блин, не спросил!

Ну, как-то так, на любом языке. Потому что тут важны не слова, а интонации, мимика и жесты. За которые можно зацепиться. Короче – кого-кого это ты послал? Туда – куда на всех языках посылают. Ну и тут, конечно, кто-то кому-то в рыло кулаком и тот – брык навзничь, башкой об асфальт, а дружки с криком «Наших бьют!» ввязались, пнули, дали, повалили, кол выломали и пошло-поехало… Ну, то есть всё, как обычно. Как везде. Как всегда.

А вот дальше… Дальше не как везде. Потому что нападавшая сторона не стала выворачивать колья, да и где бы их взять, а выхватила пистолеты и начала стрелять. На поражение. И положила всех на асфальт с дырками в голове. И только один, израненный, успел скрыться. Хотя его особо и не преследовали, а лишь стреляли вслед. И осталось на месте драки пять трупов, а двоих и вовсе добили, потому что они еще шевелились, еще были живы. Просто подошли и выстрелили в лица, в раскрытые глаза.

Такая жестокая сцена. Которая получила скорое продолжение.

Потому что добравшийся до дома раненый, вызвал к себе друзей-приятелей и рассказал всё, как было. Очень живо рассказал, как их всех, за здорово живешь, перестреляли люди Джандаля. Потому что точно Джандаля, так как он их опознал.

И дальше все опять пошло как-то не так, как-то слишком спонтанно, быстро и неудержимо. Потому что вместо того, чтобы чуть остыть, узнать подробности, разобраться, обратиться к старейшинам, послушать оправдания противной стороны, дав им возможность принести извинения и подарки и лишь потом начать драку, бойцы Галиба похватали оружие, запрыгнули в джипы и поехали чинить разборки с обидчиками.