Ничего личного. Книга 8 - Амадео

— То ты решил, что сможешь додуматься до того, до чего до сих пор не додумались они. — Сестра зажмурилась. — Дэнни, я тебе говорила, что ты идиот?

— Да ты постоянно это твердишь, — обиженно фыркнул брат. — Но вспомни, я хоть раз ошибался, когда высчитывал вероятность победы для той или иной лошади? Ошибался, когда предсказывал результат боксерских поединков? Да, меня никогда — ну, почти никогда — не слушали, и я попросту перестал это делать, но раньше-то! Я ведь обо всем рассказывал тебе, и ты сама могла убедиться, насколько я хороший аналитик!

— Ну да, себя не похвалишь, — протянула Катрин. — Но если твой мсье Амадео считает, что этот человек опасен, тебе следует к нему прислушаться и не лезть на рожон!

— Я и прислушался. Предупрежден — значит вооружен. И не собираюсь соглашаться на безумные условия игры. Если мне что-то не понравится — брошу все и уйду. Найдется другой способ добыть нужные данные.

— Пафоса-то, пафоса! Тебе только очков и шепелявости сейчас не хватает, — покачала головой сестра. — Ладно, я ничего не скажу мсье Амадео, если ты возьмешь меня с собой. Зря, что ли, я столько шла за тобой по этой слякоти.

— Нет! Это исключе… — Катрин сунула кулак ему под нос, и Даниэль недовольно поморщился. — Ладно, ладно. Но только не вмешивайся ни во что. Хотя бы первые десять минут.

— Можешь быть спокоен. С удовольствием посмотрю, как тебе надерут задницу в карты, или во что ты там собрался играть. Но если запахнет жареным — ты встаешь и уходишь. И без вопросов.

Даниэлю оставалось только согласиться.

Подпольный клуб располагался в стороне, противоположной бару Джо, поэтому Даниэль не опасался попасться на глаза бармену. С превеликим трудом ему удалось выудить из Кейси адреса подпольных клубов, не подчиняющихся Солитарио (таких оказалось чрезвычайно мало, и Кейси с гордостью сообщил, что Амадео просто пока до них не добрался). Поскольку в «Азарино» и подконтрольных филиалах баккара находилась под запретом, только в немногих уцелевших нелегалах можно было испытать удачу на всю катушку.

Именно здесь, по предположению, Даниэля и находился Себастьян, любивший на досуге половить удачу за хвост.

Даниэль и Катрин не без опаски спустились по полуразрушенным ступенькам в подвал. Девушка держала наготове мобильный телефон с набранным заранее номером полиции — мало ли что может случиться. Сердце так и подскакивало к горлу, но Даниэль, казалось, совсем ничего не боялся, спускаясь в темноту, где его ждали бандиты с ножами за голенищами сапог и пистолетами, заткнутыми за кожаные ремни. Именно такую картину воображение рисовало Катрин.

Но внутри, на удивление, оказалось хоть и мрачно, но вполне мирно.

Игроки сидели за низкими круглыми столами, хаотично раскиданными по всему помещению. В глубине крутилась с непередаваемым стрекотом рулетка. У Катрин и Даниэля сразу же заслезились глаза от застилающего все вокруг табачного дыма, но игрокам он, казалось, ничуть не мешал. Тут и там сновали официантки в коротких юбках, разнося выпивку. Стучали фишки, катились по сукну кости, смеялись выигравшие, громко ругались проигравшие.

— Вы кто?

Дорогу им преградил громила в футболке с обрезанными рукавами. На лице его застыло каменное выражение, увидев которое любой нормальный человек развернулся бы и ретировался. Даниэль едва так и не сделал, но, собравшись с духом, громко ответил:

— Мы пришли поиграть. В баккара.

Громила обнажил зубы в ухмылке, говорящей «так я вам и поверил».

— Кыш, мелюзга. Баккара не для таких малолеток, как вы.

— Думаете, у меня нет денег? — повысил голос Даниэль. — Может, показать вам мою банковскую выписку?

Это озадачило громилу. По крайней мере, кошмарная ухмылка исчезла с лица. Пока Даниэль раздумывал, как воспользоваться этой заминокй, раздался зычный голос:

— Надо же!

Себастьян шел к ним, радушно раскинув руки. Он улыбался во весь рот.

— Неужели это Даниэль Бенуа? Мой мальчик, как я рад вас видеть! Вы пришли не один? Дайте угадаю — прекрасная Катрин. — Себастьян взял ее руку и прикоснулся к ней губами.

Та с трудом подавила гримасу отвращения. Впрочем, долго мучить ее Себастьян не стал — его внимание целиком и полностью поглотил Даниэль.

— Не думал, что мы с вами так скоро увидимся, мсье Бенуа. — Он обнял Даниэля за плечи и повел к столу, за которым играл. Там сидели трое мужчин и две женщины, разодетые в пух и прах. Все без исключения курили. Катрин, сморщив нос, шла следом, ежась от взглядов, которыми одаривали ее игроки.

— Я вообще-то случайно забрел, — попытался оправдаться Даниэль, садясь. Катрин приземлилась рядом и придвинулась к нему вплотную. Весь ее вид говорил: давай уйдем отсюда сейчас же, но Даниэль постарался игнорировать сестру до тех пор, пока это возможно.

— Вы, верно, до сих пор так и не поняли, что случайностей не бывает. — Себастьян перевернул свои карты и торжествующе вскинул руку. Остальные игроки недовольно загудели и придвинули к нему кучки разноцветных фишек. — Видите? Я выиграл, потому что должен был выиграть, ничего больше. Сегодня госпожа Удача одарила меня всеми ласками, на которые была способна. Желаете проверить, насколько она благосклонна к вам?

— Нет, — сказала Катрин.

— Да, — ответил Даниэль.

Себастьян усмехнулся.

— Уж простите, мадемуазель, но Удача сегодня решила выбрать вашего брата в качестве нового подопечного. Вам знакомы правила баккара?

— В общих чертах, — кивнул Даниэль. — Правда, я не так быстро подсчитываю очки…

— О, этого не требуется. Гризельда, — он кивнул на худощавую женщину в красном платье и с черными перьями в волосах, — объявит победителя. Она у нас сегодня за крупье.

Все собравшиеся за столом, кроме Катрин и Даниэля, расхохотались.

— А на что играем? — спросил Даниэль. Горло сжималось от страха, и голос едва не дал петуха.

— Вот это мне нравится, сразу к делу! — Себастьян ласково погрозил ему пальцем. — Поскольку вы вряд ли захватили с собой наличность — вам столько попросту не унести — то сыграем на что-нибудь другое.

— Только без членовредительства! — вырвалось у Даниэля, а Себастьян озадаченно нахмурился.

— Как можно! Или это многоуважаемый господин Солитарио наговорил вам обо мне ужасных вещей? Ох, этот нежный принц так любит все драматизировать…

— Э… Нет. Просто не могу я отдать свой палец как ставку, я же не якудза, — попробовал отшутиться Даниэль, и Себастьян принял его отговорку как должное.

— И вправду. Что ж, тогда как насчет этой замечательной ручки, что торчит из вашего нагрудного кармана?

Входя в игровой зал, Даниэль расстегнул куртку, и именная ручка, которую подарил ему Амадео, сверкала у