Приговор Бешеного - Виктор Доценко

— Не рычи, парень! Ничего с твоим отпрыском не будет, если твой приятель сделает то, что я сказал. Понял?

— Ты, сучонок, не дай Бог, если у сына хоть насморк появится, я заставлю тебя свои уши сжевать. А твои яйца… — Свою мысль он закончить не успел: в трубке раздались короткие гудки. — Черт! Черт! Черт! — прокричал в сердцах Ростовский.

— Что случилось, Андрюша? — вбежала испуганная Ксюша.

— Какая-то сучка моего сына выкрала!

— Что хотят? Денег?

— Иди, Ксюша, дай нам поговорить! — раздраженно отмахнулся Ростовский, и она тут же послушно удалилась.

— Что, через тебя наезжают на Олега? — осторожно спросил Савелий.

— Как догадался? — удивился он.

— Они на все готовы. Что хочешь предпринять?

— Первым же рейсом лечу в Москву. Да я ему матку вырву, падаль! — Андрей со всей силы стукнул кулаком по столу.

— А я помогу. — На этот раз Савелий успокаивающе похлопал его по плечу. — С тобой полетит и Миша: он будет тебе в помощь, а завтра и я в Москве к вам подключусь.

— Спасибо, Серега.

Дав ребятам пару часиков поспать, Савелий тоже решил немного отдохнуть, пока Андрей занимается билетами на самолет и заказом машины до аэропорта.

Они даже и предположить не могли, что в это время группа ФСБ, посланная начальником Богомолова, которая отрабатывала «заграничный вариант», напала на след машины Савелия. Десятилетиями наработанные связи спецслужб сработали как часы, и им удалось проследить путь Савелия не только по Азербайджану, но и по Турции. Найти их в Болгарии было делом техники. Болгарские полицейские, получив письменную просьбу от бывших «старших братьев» помочь найти «преступников», откликнулись и вскоре сообщили адрес, по которому находился «уазик» с искомым номером.

Исполняя пожелание российских спецслужб, полицейские не предприняли никаких действий и, следуя распоряжению своего начальства, отозвали всех блюстителей порядка из этого района. Единственным условием министра внутренних дел Болгарии было: русские должны провести операцию по задержанию «опасных преступников» без ущерба для болгарских граждан, что и было обещано.

В операции принимали участие трое самых отвязанных «спецмальчиков», побывавших по службе не только в странах Ближнего Востока, в Алжире и Лаосе, но даже в Чечне. Они были вооружены десантными короткоствольными автоматами, штык-кинжалами и дымовыми шашками, но огнестрельным оружием следовало пользоваться только в самом крайнем случае: они должны были постараться действовать, не привлекая внимания посторонних.

Старший группы, тридцатилетний капитан Олег Серафимович Селезнев, крепкий светловолосый вологодский парень, отлично владел боевыми приемами рукопашного боя и был среди них самым опытным диверсантом. Благодаря ему было совершено немало провокаций, дававших возможность Правительствам Советского Союза и России выступать с обоснованными обвинениями на международной сцене. Селезнев относился к тем людям, которые, раз выбрав специальность профессионального государственного террориста, были фанатично преданы своему делу. Их нельзя было подкупить, попытаться с помощью шантажа заставить изменить долгу, как-то помешать выполнить приказ. Одним словом, фанаты!

Единственным недостатком Селезнева, который он тщательно скрывал, было пристрастие к наркотикам — этим способом он пытался забыть о взрыве, устроенном им в одной из стран Ближнего Востока. По ошибке он перепутал адрес, и взрыв прогремел совсем в другом месте, где погибли невинные люди. Все списали на нормальный процент издержек профессии, но кровь невинных людей не давала ему спать спокойно.

Двое других — рыжий старший сержант Прокофьев Валерий Викторович и черноволосый лейтенант Артамонов Григорий Валентинович были на восемь лет моложе своего командира. Этой группой они работали уже больше полутора лет и довольно успешно выполнили не одну операцию в самых жестких условиях и в чужих странах. За разнообразие цвета волосяного покрова их группу прозвали: «Тройная смесь». Лейтенант Артамонов пришел в группу из ГРУ. Во время довольно бессмысленных сокращений, проводимых новым начальством, он вдруг попал под «новую метлу». Осталась обида, и он, просидев без дела несколько месяцев, жаждал вернуть былое уважение.

Если бы его сослуживцы узнали о тайне, которая мучила его уже несколько лет, то он наверняка вылетел бы из органов и скорее всего отправился за решетку. В тот памятный день, когда он обмывал свои первые офицерские погоны, изрядно поднабравшись, по пути домой пьяный Артамонов привязался к молодой паре, «запав» на симпатичную девушку.

В тот день новоиспеченный офицер ГРУ думал, что весь мир существует лишь для него одного. Получив решительный отказ на пьяную настойчивую просьбу «отойти и поговорить», Артамонов распустил руки и профессионально вырубил ухажера. На беду несчастного парня, он упал и смертельно ударился виском о каменный парапет моста.

Как обязан был поступить нормальный офицер? Вызвать милицию и во всем честно признаться. Однако Артамонов струсил и вместо этого, боясь за будущую карьеру, задушил еще и девушку, после чего сбежал, не забыв, однако, уничтожить следы своего присутствия. Чему-чему, а этому его научили отлично.

Вначале, страшась справедливого возмездия, он шарахался от любого милиционера, но, когда понял, что его преступление сошло с рук, мгновенно превратился в циника, стремящегося достичь уважения сослуживцев любыми путями. Однажды, проговорившись в пьяном бреду о своем преступлении первой попавшейся проститутке, он и ее отправил на тот свет. Снова шарахался от людей в погонах. Вновь ему все сошло с рук. Тогда он и почувствовал себя неуязвимым.

Третий, сержант Прокофьев, тоже имел достаточно запятнанное прошлое: он подвел лучшего друга под уголовную статью, свалив на того свою вину за подделку документов. Ничего не подозревающий парень продолжал считать Прокофьева своим другом и чуть ли не каждый месяц писал ему благодарные письма, отбывая четырехлетний срок в «местах не столь отдаленных».

Получив информацию, что искомая машина обнаружена в довольно населенном районе Бургаса, хотя и перед домом, стоящим на отшибе, капитан Селезнев приказал своим подчиненным занять выгодную позицию, а сам позвонил болгарскому офицеру, который получил приказ оказывать им помощь, и выяснил, что человек, которого они должны уничтожить, находится в квартире некоего Андрея Ростовского.

Открыто напасть на эту квартиру, несмотря на то что она находилась на первом этаже, он не решился, опасаясь, что в случае непредвиденных последствий ему придется отвечать в чужой стране перед Законом, а потому, посвятив в план операции членов своей группы, принял решение ждать, пока «объект» выйдет из квартиры…