Правосудие Бешеного - Виктор Доценко

- Давай-ка лучше помянем ребят из ополчения Черного, - предложил Савелий, - они сделали больше, чем я: отдали свои жизни за Сербию...

Они молча выпили по стопке.

- Христо, я вижу, ты все про всех знаешь... - Савелий серьезно посмотрел ему в глаза. - Добудь мне адрес полковника Бойко. Хочу с его родными связаться, рассказать им, как он погиб, и вспомнить вместе с ними, каким отличным мужиком он был...

- Мы бы и сами это сделали... - Христо помрачнел: видимо, ему часто приходилось выполнять такие печальные поручения, - но у полковника в России нет никого, всю его семью вырезали узбекские националисты в дни ферганских событий десятилетней давности. - Он налил еще по стопке. - Давай выпьем за братство славян! Что бы там ни говорили политики, но наши народы всегда останутся братьями!

- Да, политики... - презрительно поморщился Савелий, вспомнив, какими словами клял их Бойко.

- Говорят, оптимисты - это неинформированные пессимисты... - задумчиво произнес Христо. - Поверь мне, Бешеный, иногда гораздо легче не знать правду, чем ее знать.

- Ты больше, чем прав! - согласно кивнул Савелий: он все это испытал на себе не раз.

- Американцы натравили на нас всю Европу, - продолжал Христо Гранич. - И все лишь из-за банальных денег: немецким электронщикам нужна наша медь, которую они считают почти своей, - ведь она у них под самым боком; американцам не нравилось, что наши легковушки "Юго" продаются в Штатах не хуже японских, а в Европе наш табак покупали даже охотнее, чем их. Разве дело в косовских албанцах? Те еще пожалеют, что пошли на поводу у американцев: из них такие веревки будут вить, что они сами к нам за помощью побегут...

- Еще как побегут! - Савелий покачал головой: "Как удивительно происходит порой с незнакомыми людьми! Казалось, совсем недавно познакомились, а мысли наши и точки зрения полностью совпадают..."

- Ты, наверное, не знаешь, но Югославия с восемьдесят первого года сотрудничает с МВФ.

- Вот как? - Бешеный действительно впервые об этом слышал.

- Да, Югославия первая из соцстран пошла на это. И что мы получили? Уже через пять лет МВФ имел возможность контролировать большую часть нашей экономики. Раньше Сербия получала государственные дотации, к середине восьмидесятых она их лишилась - и тут же начались проблемы между нашими федеративными республиками. Вот откуда "растут ноги" нашей гражданской войны! Международный валютный фонд еще в конце восьмидесятых годов заставил провести у нас приватизацию. В Хорватии и Словении все для них пошло как по маслу - и немцы сейчас фактически контролируют там всю экономику. А мы в Сербии показали им фиг с маслом: они могли рассчитывать только на десять процентов от прибыли и тогда западные журналисты по заказу международных корпораций начали делать из Милошевича фашиста и тирана.

- Надо же, а я совсем недавно думал именно так про Россию, - удивился Савелий.

- Да... только две страны во всем мире пока еще могут сопротивляться еврейским капиталам из МВФ: Сербия и Россия. Хотя и у вас, и у нас есть люди, которые пляшут под дудку Олбрайт - этой чешской еврейки, чья семья ухитрилась в конце сороковых вытащить из разрушенной немцами Чехии свои капиталы в Америку. Один ваш Велихов чего стоит! Знакома тебе эта фамилия?

- Даже очень! - недобро усмехнулся Бешеный.

- А ты знаешь, что к нему в Париж недавно приезжал такой персонаж вашей политической драмы, как Нугзар Джанашвили, этот паршивый миллионер-депутатишка, и они заключили между собой соглашение, нечто вроде договора о ненападении?

- Откуда такие сведения? - Савелий диву давался, как много известно Граничу.

- Ты что, Савелий Кузьмич Говорков, думаешь, что ты один Посвященный?

Савелий вскинул на собеседника удивленный взгляд, подумав: "С ума сойти! Он даже знает мое настоящее имя? Откуда?"

- Разве Учитель не говорил тебе, что есть и другие, для кого борьба Добра со Злом стала целью всей их жизни?

Христо отвернул ворот рубахи, и Савелий увидел на предплечье своего собеседника такой же, как у себя, знак Посвящения - удлиненный светящийся ромб. Свечение этого знака мог увидеть далеко не каждый прошедший обряд Посвящения, а только тот, кто обладал Высшим Знанием.

Они, не сговариваясь, встали и, взяв друг друга за плечи, посмотрели в глаза. Савелий увидел в зеленых глазах Христо Гранича глубокую печаль Знания. А Гранич в голубых глазах Бешеного - железную волю и мудрую силу. Они еще несколько мгновений стояли, сжимая плечи друг друга крепкими руками, глаза их были грустными, но лица светлы и радостны: Учитель не ошибся в тех, кому он передал свои Знания...

"Когда ты общался с Учителем?" - мысленно спросил Савелий.

"Через год после твоего ухода подобрал он меня, умирающего, как и тебя... - также мысленно говорил с ним Христо Гранич. - Много рассказывал он о тебе, но только тогда, когда удалился в Космос, наказал встретиться с тобой, объединить сильные стороны наших натур".

"Как же я рад обрести духовного брата! Помни..." - начал он, но Христо прервал его:

"Ты - во мне..."

"Я - в тебе!" - закончил Савелий, и они крепко, действительно как родные братья, обнялись.

Теперь Савелий уже ничему не удивлялся. И когда Гранич начал говорить о том, что Масонский Орден и МВФ - одно и то же, Бешеный только запоминал информацию и старался не задавать лишних вопросов.

В этот неспокойный, то и дело взрывающийся гудками сирен воздушной тревоги, белградский вечер Савелий узнал, что на самом деле происходит под ковром, который ткут своими лживыми языками политики. Многое по-новому открылось ему, он и сам кое о чем догадывался, что-то уже знал наверняка - и все равно полученная Савелием информация - в таком объеме и с такими подробностями - заставила бешено заработать его мозг, отыскивая пути и способы распорядиться ею как можно продуктивнее.

Савелию немедленно захотелось домой. Но по своей воле он этого сделать не мог, требовалось получить "добро" от генерала Богомолова.

- Извини, брат, - сказал Савелий, - ты столько мне тут наговорил, что я не могу удержаться. Меня просто распирает от информации. Я могу отсюда связаться с Москвой?

- Да, можешь не волноваться, канал не прослушивается.

Савелий набрал номер сотового телефона Богомолова.

- Константин Иванович? - Савелий, как всегда, обрадовался, услышав в трубке бодрый голос генерала. - Крестник ваш звонит. Да, жив-здоров. Вот хотел вам рассказать, как тут хорошо отдыхается. Ну да, как вы и предупреждали, настоящий курорт! Друзей встретил, все в порядке... Знаете, тут один мой новый знакомый такие умные и смешные анекдоты мне рассказывает - вот бы вам послушать! Просто животики надорвать...

- Так, крестник, анекдоты потом, а сейчас слушай меня внимательно... Савелий насторожился: голос у генерала был уж что-то слишком серьезен. - Я тебе туда записку послал, возьмешь в нашем консульстве. Представишься как Мануйлов, тебе ее и отдадут. Я тебя предупреждаю: в записке одна просьбочка моя, так ты выполни ее поскорее, не затягивай, ублажи старика. Не только прошу, но и настаиваю на этом!