Песчаная буря - Сергей Зверев

– Один готов. Всю башку сломают, пытаясь разобраться, почему танк не заводится.

Батяня недовольно проворчал:

– Не хвались, Сергей! На тебе еще куча техники. К бронетранспортерам пока не лезь, после лагеря ими займешься. Теперь обезвредь второй танк. Капитану заодно помоги. У вертолетов наверняка охрана торчит.

– Хорошо.

Батяня переместился к первой палатке, прислушался, глядя на Свешникова и Андронову.

– Тихо. Спят вроде. Антон, давай действуй. Только аккуратно, старайся поменьше трупов оставлять. Мы в соседнюю заглянем.

– Я с ними нежно, командир. По головке поглажу и дальше пойду.

Скользнув ко входу палатки, капитан несколько секунд подождал, потом откинул полог и заскочил внутрь. Через секунду донеслось несколько глухих ударов, кто-то чуть слышно сдавленно захрипел, и все стихло.

Донесся скрежет раздираемого металла, в наушниках послышался довольный голос капитана:

– Чего-то они все забинтованные да подстреленные. Аж бить жалко. Но оружие у них знатное, алюминиевое. Я бы даже сказал, из пластика. Прогресс, мать его! Попробуй так наше согнуть, семь потов прольешь.

– Потом расскажешь, Антон. – Батяня сделал знак Андроновой, чтобы она откинула полог другой палатки, и проворчал, перед тем как ворваться внутрь: – Тишина, короче! Болтать некогда. Работаем.

Три лежанки. На них спят американцы, находящиеся в плачевном состоянии. У кого голова перемотана, у кого конечности. Оружие валяется в беспорядке, никто и не думает о нем заботиться. Бутылки пустые из-под алкоголя разбросаны. Вот уж действительно вояки картонные!.. Куда лезут? Чего хотят? О чем думают? Тут вроде не курорт, а буйная Африка. Ну и получайте!

Батяня без сожаления стукнул прикладом в голову ближайшего американца, перешел к следующему, угостил точно так же. Третий к этому времени открыл глаза, выпучил их весьма широко и попробовал дотянуться до оружия, но ему на забинтованную голову опустился приклад Андроновой. В результате американец дернулся, повалился с лежанки на пол и застыл без движения.

– Оружие порти, Наталья. – Майор потянулся к ближайшей винтовке, равнодушно брошенной на пол. – Пусть потом жалуются всем подряд, придурки ленивые.

Андронова довольно хихикнула, подняла с пола другую винтовку, выщелкнула магазин, согнула ствол об колено и отбросила оружие. Патроны она рассыпала по полу и направилась к следующей винтовке. Чуть погодя Наталья добралась до гранатомета, но ломать его не стала, забрала с собой, предварительно проверив боеспособность.

В третьей палатке обнаружился капитан Свешников, который уже успел добраться сюда. Он сидел верхом на здоровенном американце и мордовал его, ничуть не стесняясь. Двое других валялись на полу без сознания, со следами ударов на физиономиях. Кругом царил беспорядок, словно это не армейская палатка, а какой-то притон наркоманов или бомжей.

Андронова вздохнула и сказала:

– Да брось ты его, усатый. Он уже в отключке давно.

– Ага, прямо сейчас! – Капитан даже не обернулся, по-прежнему наносил удар за ударом. – Он меня по самому ценному пнуть хотел, зараза. Вот и пусть получает. Знал, на что шел.

– Пойдем в следующую, Наталья. – Лавров повернулся к выходу. – Тут уже наведен полный порядок.

– Я вижу.

В четвертой палатке оказалось сразу пятеро штатовцев. Они сидели кружком, мертвецки пьяные, пытались играть в карты, но кто-нибудь из них то и дело клевал носом и выбывал из реальности. Остальные вяло ворчали, пихали, будили его. Один вообще не расставался с бутылкой.

Парни не сразу поняли, кто вошел, потом сообразили и с ворчанием начали подниматься. Но выпитое ставило им конкретные подножки. Двое десантников без всякого труда справились с пятерыми пьяными американцами. Последовала короткая серия звучных ударов с хряском и лязгом, затем в палатке сразу стало свободнее и удивительно тихо. Лишь опрокинутая бутылка каталась на столике посреди разбросанных карт и мятых долларов, звякала об стаканы.

Андронова пожала плечами, выводя трофейное оружие из строя, и заявила:

– Это что за бардак, Андрей? Они почище наших пьют. Во всех палатках бутылки, перегар, кругом бардак, даже часовые не выставлены.

– От огорчения, наверное. – Батяня перевернул одного из вырубленных янки, содрал с его пояса пистолет, разломал и раскидал по палатке. – Лабораторию взять не смогли, вот и заливают горе спиртным. Психоаналитиков нет, как еще нервы подлечить?

– Вот это Америка чудит. Настоящие вояки!.. Нашим прапорщикам сто очков форы дадут. Я и не думала, что увижу такое.

– Жизнь полна сюрпризов, Наталья.

В следующей палатке обнаружились Кузнецов с Никифоровым. Они добивали вяло сопротивляющегося здоровенного, но перебинтованного негра, загнав его в угол палатки. Рядом лежали трое американцев. У одного все лицо разбито в кровь, на другом топтался капитан, конечности третьего торчали из-под опрокинутого столика.

Батяня вошел в палатку, нахмурился и спросил:

– Потише нельзя?

Кузнецов изловчился, треснул негра прикладом, наконец-то свалил, злобно выругался и после этого ответил уже вполне культурно:

– Мы его четыре раза по башке колотили, командир. У него вместо черепа, наверное, бронированная каска, хрен прошибешь. Серега вон вообще ему прикладом прямо в нос зарядил, и все зря.

Никифоров кивнул, подтверждая данный факт, и добавил:

– Если бы он не ранен был, то с ним пришлось бы повозиться. Здоровый кабан.

Батяня хмыкнул, разглядывая поверженного афроамериканца, потом посмотрел на капитана и осведомился:

– Что с вертолетами, Владимир?

– Не полетят. Если только после капремонта. Подвыпившая охрана тоже не работает, полегла вся.

Никифоров не стал дожидаться вопроса, доложил сам:

– Танк, который второй, тоже никуда не поедет.

– Отлично. – Лавров кивнул. – Ладно, ломайте оружие. Пора добивать оставшихся. Еще четыре палатки.

– Три, – возразила Наталья из-за полога. – Усатый вошел во вкус, как бы не загрыз кого. Это он может.

– Будем надеяться, что не загрызет.

В наушниках раздался недовольный голос Свешникова:

– Я все слышу.

Дальше не обошлось и без комичного. Десантникам подвернулся грузин, закопченный и жутко волосатый. Он ругался матом по-русски и едва не распорол Свешникову комбинезон своими ножами. Пришлось стрелять по касательной в голову, иначе и не успокоить!..

Какой-то обкуренный американец со стеклянным взглядом скорее всего так и не понял, из-за чего его угостили два раза прикладом. Потом на глаза незваным гостям попалась женщина. Андронова лично с ней разобралась, не доверив это дело никому.