Команда. Верхом на атомной бомбе - Максим Шахов

Мотивы действий помощника президента стали предельно ясны. Сведения о возможном осуществлении радиоактивного теракта на Балтике он получил в телефонном звонке от Талеева. Косвенное подтверждение нашел в затребованных материалах, где упоминалось имя Джебриля. Что ж, помощник – великолепный аналитик, он точно просчитал дальнейший ход событий: террористический акт, совершенный в Балтийском море с применением радиоактивных материалов, поставит крест на строительстве газопровода «Нордстрим» из России по дну Балтики. Может быть, через годы, когда все успокоится, работы возобновят. Пока же весь поток транспортируемых в Европу газа и нефти по-прежнему пойдет через Украину и Белоруссию во все более увеличивающихся объемах. А деньги – в карманы владельцев нефтегазового транспортного комплекса, явных и тайных. Редкостная картина: никаких усилий, сиди себе в сторонке, в полной безопасности и наблюдай, как пополняются твои тайные счета.

Так, наверное, все и было бы, если бы не Талеев. Но здесь в стройной цепи логических построений генерала начались сбои: как же так, Алексахину выгодно, чтобы никто не помешал замыслам террористов, а он посылает в Германию своего ставленника и агента Талеева? А послав, сдает его ФСБ? Такой клубок противоречий благополучно разматывается при единственном допущении: у Талеева имеются свои причины сорвать террористический акт. Значит, на этом этапе интересы Алексахина и журналиста вступают в неразрешимое противоречие. И Владимиру Викторовичу не остается ничего другого, как нейтрализовать Талеева. Разумеется, руками ФСБ…

Негромкий стук в дверь оторвал генерала от раздумий. Недовольный, он резко крикнул:

– Да!

Это был его секретарь.

– Товарищ генерал, здесь принесли обзорную новостную сводку…

– Их десяток на день рассылают! Сказал ведь: не тревожить!

– Так вы же сами приказали подавать расширенные сведения по Германии. Вот…

– Ладно, давай.

Пробежав глазами несколько строк, генерал схватился за телефонную трубку, потом, передумав, бросил ее на рычаг и нетерпеливо приказал секретарю:

– Бегом в нашу зону отдыха! Там найдешь подполковника Кузьмина, если спит – разбуди. Пусть немедленно поднимет данные по полицейскому участку в Мюнстере, куда доставили журналиста Талеева. Запомнил? Где находится, номер… короче, всё. Через пять минут я должен это знать! Ну, что стоишь? Время пошло!

Лейтенант пулей вылетел из кабинета.

Пять не пять, но минут через десять генерал действительно знал всё. Даже рассмотрел этот полицейский участок и его окрестности на снимках из космоса. А потом в который уже раз медленно и вдумчиво прочитал подборку сообщений из Германии. В них говорилось о несанкционированной акции протеста перед городской ратушей в Мюнстере, которую организовало какое-то общество турецких эмигрантов. Демонстрацию разогнали силы правопорядка, а зачинщиков отправили в ближайший полицейский участок для выяснения личностей. Все совпадало: именно в этот участок и был препровожден из аэропорта журналист Талеев за сутки до манифестации. А потом вообще начался цирк! Арестованные и препровожденные в кутузку турки, обиженные немецкой строгостью, овладели (!) зданием полиции и выпустили на волю всех узников. «Конечно, и Талеева в их числе. Для кого же еще старались-то? А самих полицейских позапирали в камерах! Кино, мать твою… Голливуд чистой воды».

– А по этому Мюнстеру что-нибудь еще есть?

Лейтенант с сожалением развел руками:

– Наши «чтецы» мне только это передали…

– Так, сходи к ним еще раз! Пусть не только это, а всё, что есть, дадут. Всему учить надо!

«Та-а-ак, – задумался генерал, – эти же данные сейчас известны и Алексахину. Что он может предпринять? Вряд ли станет вновь надеяться только на «наши руки». Будет подстраховываться. Киллер! У помощника президента России, безусловно, есть такая возможность, и неучтенные кадры в рукаве… Это, конечно, самый крайний вариант, но ставки настолько высоки…»

Запыхавшийся секретарь постучал в дверь кабинета и проследовал прямо к письменному столу со словами:

– Вот, товарищ генерал. Всё, что есть!

Он положил перед начальником половинку листа формата А4. По характерным заломам бумаги можно было предположить, что листок был выброшен в корзину.

– Молодец, быстро нашел, – усмехнулся генерал. – Много мусора-то перерыл?

Лейтенант опустил глаза. А генерал уже сосредоточился на записях. В левом углу от руки было написано: «Курьёзы. Г…но!» и далее напечатаны два коротких сообщения. Первое гласило, что в витрине цветочного магазина на улице Принципальмаркт в вазоне с глицинией поселилась полевая мышь. Владелец магазина хотел убрать грызуна, но этому воспрепятствовали посетители, которым доставляло удовольствие наблюдать за проделками мышки через стекло. Хозяин отделался несколькими ушибами. Второе… «На дальней аллее в северо-восточной части Старого парка в густых ветвях столетнего дуба было обнаружено тело неизвестного мужчины. Чтобы его снять оттуда, потребовалась помощь двух специальных полицейских машин. Случайные зеваки утверждают, что в голове мужчины было пулевое отверстие. Полицейские от комментариев воздержались. Согласитесь: странный способ сведения счетов с жизнью, не правда ли?»

На снимке из космоса генерал уже видел, что именно этой своей частью Старый парк примыкал к территории известного полицейского участка. А верхние ветви дуба – идеальное место для устройства снайперской наблюдательной точки. Нехорошее предчувствие шевельнулось в душе генерала. Учитывая необъяснимое молчание своего агента-универсала, соотнося ставшие ему известными события по времени и месту, генерал уже практически не сомневался в печальной участи своего секретного агента. Вот только кто же мог проделать это пулевое отверстие? И почему?!

Генерал поманил пальцем секретаря и ткнул в объявление на принесенной им мятой бумажке:

– Пусть «чтецы» еще раз перероют местные газеты Мюнстера. Или напрямую свяжутся с их редакциями. Мне нужны фотографии этого самоубийцы, ясно?

– Так точно, разрешите выполнять?

Начальник рассеянно кивнул. Его беспокоили уже другие мысли, и нельзя сказать, что хорошие. Из поля зрения совершенно пропал Талеев, а эта фигура все больше привлекала внимание генерала. Не просто привлекала, а всерьез настораживала. Генерал чисто теоретически задал себе вопрос: а сумел бы он сам осуществить в центре достаточно крупного немецкого города операцию по захвату полицейского участка и освобождению журналиста? Даже с его возможностями привлечения немалых ресурсов ФСБ. После довольно продолжительного раздумья он с натяжкой и многими оговорками ответил: в принципе, да. Но никак не в течение столь короткого времени!

Кто же ты, журналист Герман Талеев? Какие таинственные силы стоят за тобой? Получается, что это не правительство и не президент. Само собой разумеется, что и не ФСБ или МВД. А все остальные были рангом пониже. Оч-чень странная загадка.

Генерал вспомнил о кожаной папке, лежащей в его сейфе. Сомнений больше не было: такие вопросы должны решаться на другом уровне. Он переоделся в цивильный костюм, накинул сверху неприметный плащ и вышел в приемную.