Чистильщик - Александр Мазин

– Выпусти его,– скомандовал Васильев, двинулся к лестнице, но вдруг остановился.

– Машину водишь? – спросил он побитого.

– Вожу.

– Хорошо. Идешь с нами.

В холле было пусто, если не считать оглушенного Васильевым белобрысого и пары трупов. Поддерживая завернутую в тяжелый тулуп девушку, Валерий направился к джипу. Его команда – следом.

– Садись вперед, поведешь,– скомандовал Васильев побитому.

Тот уселся за руль, рядом плюхнулся Олег. Остальные – на заднем сиденье. Таня – с ногами, закутавшись в тулуп.

– За угол и ждать,– распорядился Валерий.

– А чего ждать? – нервно спросил побитый.

– Не твое дело.

Ждали ровно семь минут. На восьмой мимо них с ревом пролетела иномарка, тормознула у входа. Оттуда вывалились трое стриженых и влетели в здание.

– Стоять! – рявкнул Васильев, увидев, что побитый бизнесмен намеревается тронуться.

Ждали еще пятнадцать минут. За это время к бандитскому «офису» прибыло больше десятка машин, доставивших дюжины три бритоголовых активистов.

Милиция так и не появилась.

– Вот теперь поехали,– скомандовал Валерий.

– Куда? – нервно осведомился водитель.

– Ко мне,– ответил Васильев.– Олег, объясни, как ехать.

Когда джип подрулил к васильевскому подъезду, уже начало темнеть.

– Мы выходим здесь,– сказал Валерий побитому.– Приедешь к себе, машину брось. Только протри все, чтоб отпечатков не осталось. О нас забудь.

– Сделаю, не сомневайтесь,– ответил побитый.– Спасибо!

– Пожалуйста. Больше не попадайся.

В подвале уже стояла железная дверь с «цербером».

– Олежек,– сказал Васильев.– Сходи разберись с деньгами и ключами. Нет, погоди. Сначала ко мне поднимемся, арсенал оставим.

– А проверить? – спросил Олег.

– Обойдемся. Им сейчас не до засад.

После удачного освобождения Тани Васильев чувствовал просто абсолютную уверенность в себе.

Засады в квартире не было. Соседи тихо сидели у себя, смотрели телик.

– Таня, вон твоя одежда.– Васильев повернулся к Олегу.– На,– сунул тулуп и тапочки.– Выкинь по дороге.

Таня оделась, с остервенением расчесывала волосы.

– Помыться мне можно?

– Потом. Как ты себя чувствуешь? Тебя не… били?

– Нет,– сердито ответила девушка.– Козлы! Лучше бы оттрахали, честное слово!

– А что такое?

– Издевались, как над собакой. Попробуй-ка сам из миски есть, когда у тебя руки за спиной связаны! Веселились, сволочи!

Васильев поймал взгляд Гарика, с трудом сдерживающего смех, показал ему кулак.

– На, глотни,– он протянул ей стопку и кусок хлеба, зажевать.– Олег вернется, пойдем поедим по-человечески.

Гарик не удержался, хихикнул и ловко увернулся от подзатыльника.

– Да ладно! – Таня вдруг улыбнулась.– Ты прав, могло быть и хуже. А ты и впрямь крутой! – Она улыбнулась уже персонально Васильеву.– Чего ты с этими козлами не поделил?

– Ты водку-то выпей! – ушел от ответа Валерий.– Простудишься еще.

– Я? Да ни в жисть! – И залихватски опрокинула стопочку. И принялась подкрашиваться, благо ее косметичка оказалась тут же на столе.

Васильев, чтобы не терять времени, взялся чистить оружие.

Таня закончила макияж, подмигнула Гарику.

– Ну как, ничего?

– Нормально,– одобрил пацан.– Губы можно побольше сделать.

Таня глянула в зеркальце, кивнула:

– Рубишь.

И подмалевала пошире.

– Ясно, рублю,– солидно кивнул Гарик.– У меня дружбан путанок пасет у Исаакия. Я, бывает, ему помогаю.

– Сколько лет дружбану? – поинтересовалась девушка.

– Да как и мне.

– И не обижают?

– Кто, девки?

– Клиенты.

Гарик засмеялся.

– А крыша на что? Да какие проблемы, подруга? На спуск нажать – много росту не надо. Или не видела, когда мы тебя из клетки выводили?

– Видела-видела! – Таня засмеялась.– Опять же статья сутенерская по малолеткам не стреляет, так?

– Точно! – Гарик поглядел на девушку с уважением.

– Сами-то девушками пользуетесь? – поинтересовалась Таня.

– Это намек? – ухмыльнулся Гарик.

Васильев фыркнул.

– Любопытство,– ответила Таня.

– Вообще-то не положено,– солидно произнес Гарик.– Но, если в свободное, так сказать, время… В общем, если предлагают, мы не отказываемся. Что мы, гомосеки, что ли?

– Ох и крут же ты будешь лет через десять! – полушутливо-полувсерьез сказала Татьяна.

– Он и сейчас крут,– заметил Васильев.

Гарик тут же надулся от гордости, но Валерий его немедленно приопустил:

– Крут-то, крут, да характер неважный. С таким характером долго не живут.

– А сам? – возмутился мальчишка.

Занимательную беседу прервал звонок в дверь.

Васильев поискал глазами: чем бы накрыть разобранные автоматы, потом сообразил: если уж незваные гости пришли, так вряд ли имеет смысл прятать оружие. Скорее, наоборот.

Сунув за ремень ПМ, Валерий пошел открывать.

Незваные гости откладывались. Вернулся Олег. Вручил ключ от двери в подвал.

– Сходишь проведать?

– Перебьется. Не раздевайся. Сейчас ужинать пойдем.

В кафе аппетит у всех четверых обнаружился волчий. Впервые за день Валерий позволил себе расслабиться, отпустить пружину внутри. Ел, пил, любовался Таней, мгновенно нашедшей с ребятами общий язык. В общем и не удивительно, что нашла. Сама – вчерашняя школьница.

– Слышьте, пацаны, а вас родители как, не заругают? – спросила Татьяна.– Времени сколько!

Гарик с Олежком переглянулись и захихикали.

«А ведь верно,– подумал Валерий.– Мальчишки же в школе должны учиться. И родители, верно, должны у них быть, как у всяких мальчишек…»

– Ты, Танюха, чё, жизни не знаешь? – писклявым тенорком поинтересовался Гарик.– Я капусту в дом ношу – значит, мне и мазу держать. Машина стиральная, холодильник, телик, хавчик из супермаркета – это чё, думаешь, на маманины шесть сотен? Не, у меня дома все построены: мамка, бабка, сеструха.

– А отец? – спросил Валерий.

– Да он сидит,– усмехнулся Гарик.– А выйдет – тоже построю, чего думаешь? Вона Олежкин папик нажрался на Новый год и мамке по морде дал. И че ты думаешь?