Убрать слепого - Андрей Воронин

– Не знаю, – пожал плечами Глеб. – Может быть, тоже решили убрать. Дел за мной много. Кто знает, какой след они решили замести. Сам понимаешь, нет человека – нет проблемы.

– А заодно подбросили нам козла отпущения, – вставил Рубероид. – Я тоже сначала думал, что это ты на нас Малахову накапал.

– Линять нам надо, вот что, – сказал вдруг Батя. – Нутром чую, обкладывают нас со всех сторон.

– Просто линять? – приподнял брови в вежливом недоумении Слепой.

Батя некоторое время непонимающе смотрел на него, потом кивнул бритым черепом и сказал:

– И то верно.

– Только не сейчас, – с трудом отрывая голову от стола, жалобно попросил Рубероид. – Будьте людьми, дайте очухаться.

Майор Сердюк внимательно посмотрел на него, сокрушенно покачал головой и махнул рукой.

– Черт с тобой, отоспись. Да и нам со Слепым не помешает отдохнуть. Часа через четыре тронемся.

– Куда пойдем? – деловито спросил Глеб. Он был доволен: Сердюк все-таки оказался человеком эмоций, а не логики, и, как все эмоционалы, был простоват. Опасным его делало только то, что основной его эмоцией была жажда крови, как у тигра-людоеда.

– Есть одно местечко, – криво улыбнувшись, сказал майор. – Эти суки нас там и за сто лет не найдут, а мы их оттуда в любой момент достанем.

– Лихо, – сказал Глеб. – Где же это?

– Любопытной Варваре… Впрочем, плевать. Это в…

И тут у майора в кармане запищал сотовый телефон. Он поднес аппарат к уху и сказал раздраженным голосом, каким разговаривают только деятели из сферы бытового обслуживания населения, когда вышеупомянутое население отрывает их от разгадывания кроссворда или обильного чаепития:

– Прачечная. Кто говорит?

Выслушав ответ, он плотно зажал ладонью микрофон и сказал Рубероиду и Глебу;

– Это они.

– Вот суки! – выругался Рубероид и вскочил, опрокинув стул. Его сильно качнуло, и он схватился за край стола, чтобы удержать равновесие. – Батя, ключи!

Майор Сердюк отпустил микрофон, вынул из кармана плаща тяжелую связку и бросил ее Рубероиду.

Рубероид взмахнул рукой, промахнулся, и связка с глухим звоном упала на бетонный пол.

– Трах-тарарах, – сказал Рубероид, нагибаясь и подбирая ключи.

Майор сделал Рубероиду страшные глаза и сказал в трубку:

– Девяносто восемь.

– Семнадцать ноль пять, – откликнулась трубка.

Рубероид, гремя железом, отпирал оружейную пирамиду. Глеб бросился к нему на помощь. Вдвоем они вынули из пирамиды три автомата, свалили в спортивную сумку несколько пистолетов, груду запасных магазинов, глушители и несколько гранат.

Выдвинув нижний ящик, Рубероид вытащил оттуда ком пластиковой взрывчатки, детонатор и издалека показал все это Бате. Тот кивнул, продолжая говорить по телефону. Рубероид воткнул детонатор в ком, наскоро придав тому отдаленно напоминающую зайчика форму.

– Подарок к Рождеству, – пояснил он Глебу, пристраивая «зайчика» на столе. Черный цилиндрик детонатора торчал у того в лапах, как морковка.

– Сорок три, – сказал майор. – Это ты, что ли, Одинцов?

– Я, – ответила трубка, – открывай.

– А не распошел бы ты на…! – с видимым удовольствием сказал Сердюк и выключил телефон. – Готовы? – спросил он у Глеба и Рубероида.

– Девиз пионеров, они же бой-скауты, знаешь? – вопросом на вопрос ответил Рубероид и тяжело помотал головой, чтобы немного проясниться.

– Тогда рвем когти, – сказал майор.

В этот момент бункер тяжело содрогнулся, с потолка посыпалась бетонная крошка, и со стороны потерны донесся глухой громовой раскат.