Уничтожить взрывом - Альберт Байкалов

– Если не ошибаюсь, Мадина Инакаева?

Получив утвердительный ответ, мужчина указал рукой в сторону входа, через который только что появился.

Ошалев от происшедшего, Шипилова некоторое время сидела, хлопая глазами и абсолютно ничего не понимая.

«Неужели я перепутала Лейлу с другой женщиной?» Немного подумав, она решила еще раз проверить свое предположение. Выйдя из банка, Марина уселась за руль своей машины и принялась ждать. Спустя полчаса на выходе появилась Лейла. Чертыхнувшись, Марина вышла из машины и, как бы не замечая турчанки, направилась снова в банк. Поравнявшись с ней, Шипилова подняла взгляд и вскрикнула:

– Лейла! Вот так встреча! Не ожидала вас здесь увидеть.

Одновременно от ее внимания не ускользнуло, как в глазах журналистки появились растерянность и тревога.

– Здравствуйте, Марина. – Турчанка растерянно посмотрела за спину Шипиловой. – Переоформила командировочные… А вы каким ветром?

– У меня здесь знакомый работает, – не моргнув глазом, соврала она. – Я хотела бы с вами поговорить…

– Давайте вечером. – Турчанка посмотрела на маленькие наручные часы. – Я очень тороплюсь.

– А где? – не унималась Марина.

– Я перезвоню…

* * *

– Значит, говоришь, хочет встретиться? – выруливая на дорогу, зло переспросил Мустафа. – Плохо дело.

– Почему? – удивилась Мадина.

– Да потому, что эта женщина ехала за нами почти от самой гостиницы. Потом я ее потерял. После того, как ты вошла в банк, следом прошла она. Я еще думал, что ошибся…

– И что теперь? Ты считаешь, она работает в ФСБ?

– Она работает в «Гринпис», – уверенно заявил он. – Но пока ты отсутствовала, что-то заподозрила. Если бы ты не оставила паспорт, – проговорил Мустафа, – и была все время на глазах у этой вертихвостки, все было бы иначе.

– Кто же знал? – виновато опустив глаза, вздохнула Инакаева.

Ей пришлось потратить несколько дней, чтобы вернуться в Турцию и привезти оттуда настоящие документы.

– Давай сюда деньги, – Хатча протянул руку к сумке, – и звони этой Марине. Помнишь, она обещала показать очистные, рядом с каким-то парком? Скажи, у нас есть для этого время.

– Что ты собрался делать? – заволновался Мустафа. – Может, сначала позвоним Салеху?

– Времени нет, – рассвирепел чеченец. – Если она что-то узнала, наверняка об этом сообщит в милицию.

– А что она могла разнюхать? – удивился Мустафа. – В банке она никакой информации получить не сможет.

– Зачем тогда она два раза туда заходила? – фыркнул Хатча.

– Но ведь тебе русским языком сказано, что у нее там знакомый. Первый раз он был занят. – Мустафа пожал плечами, не отрывая взгляда от дороги. – Подождала, когда освободится.

– Все равно надо проверить. – Чеченец немного успокоился. – Ты точно ее там не видела? – Он перевел взгляд на Инакаеву.

– Нет. – Мадина отрицательно покачала головой. – Документы оформляли в специальной комнате.

– Но ведь зачем-то она туда поперлась? – не унимался он.

* * *

Проснувшись, Антон некоторое время лежал, восстанавливая в голове события прошедшего дня. Несмотря на отсутствие окон в его новом жилище, он был уверен, что сейчас около шести утра, а на улице вот-вот взойдет солнце.

Прошла неделя, как он познакомился с командой, которую Аль Фазим готовил для выполнения теракта в России.

Антона поселили отдельно от так называемых «курсантов» этой школы, по соседству с кабинетом Аль Фазима. В комнате был небольшой телевизор, стол с компьютером, стулья и жесткая кровать. Сам хозяин лагеря и Дикалу вечером уезжали, появляясь лишь утром. На ночь выставлялся караул из небольшого отряда чеченцев, арабов и турок, которые также обучались здесь премудростям военной науки. Однако задачи в последующем у них отличались от целей подразделения Антона. Это было видно и по характеру занятий, которые проводил с ними Дикалу и еще несколько арабов.

Нашарив выключатель прикрепленного к стене светильника, он включил свет и поднялся. На всякий случай посмотрел на часы. Не ошибся. Стрелки показывали пять пятьдесят. Надев камуфлированные брюки и ботинки, вышел наружу. Ровно в шесть его подопечные должны были прибыть к макету реактора. Послышались едва различимые щелчки электронного замка, и двери распахнулись. Группа вошла на верхнюю площадку и выстроилась в одну шеренгу.

За время пребывания на острове Антон успел изучить своих новых подчиненных. Вникнуть в специфику обучения.

За исключением офицеров его группы, внедренных по легендам и которых Антон знал, как себя, в команде было четверо чужих.

Пьянов, Русаков, Харук и Егоров были крепко сложенными молодыми парнями, не старше двадцати пяти лет.

Пьянов и Русаков, до того как оказаться на острове, жили в Питере и занимались грабежами. Со слов Русакова, который был разговорчивей своего товарища, при последнем налете на один из питерских магазинов они не заметили видеокамеры скрытого наблюдения. В результате уже на следующий день, сидя перед телевизором, Толян узнал своего дружка Володьку Пьянова в человеке, который стучал рукоятью пневматического пистолета по голове лежащего на полу охранника. Став телезвездой, первые несколько дней Пьянов не очень переживал. Мало ли похожих на него отморозков орудуют в городе. Избавившись от одежды, в которой он был в момент ограбления, и придумав алиби, он продолжал преспокойно жить, строя новые планы улучшения своего благополучия, пока в один из вечеров дорогу на пути домой не перегородила неприметная «девятка». Как выяснилось позже, далеко за городом, на берегу Финского залива, Пьянова и Русакова искала не только милиция. Посягнув на кассу магазина, они очень обидели «братков», которые крышевали заведение. Предъявив Вовану претензию в долге, значительно превышающем снятую кассу, его доставили обратно в виде груды переломанных костей и мяса, определив месячный срок по выплате компенсации. Недолго думая, Русаков, пока дружок зализывал раны после общения с «коллегами по бизнесу», обратился к одному из своих знакомых, который был родом с Кавказа.

Третий – Виталий Харук, оказался тем самым здоровяком, которого в первый день Филиппов назначил старшим в команде. Маявшийся в поисках работы парень, отслужив в стройбате, устроился вышибалой в стриптиз-баре, где на него обратили внимание эмиссары Салеха.

Судя по всему, эта троица была убеждена, что у них действительно появился шанс заработать.

Четвертый – Егоров – разительно отличался от них. Среднего роста, кучерявый парень был родом из Калинина. Службы в армии избежал. Со школы занимался борьбой. Не имея никакой специальности и не сделав спортивной карьеры, подался в криминал. Получив в конце весны заказ на убийство одного из бизнесменов, баллотирующихся в Госдуму, выполнил его. Однако, когда пришло время получать расчет, случайно узнал, что никаких денег не получит, а, наоборот, как опасный свидетель отправится вслед за своим клиентом. Недолго думая, рванул в Питер. Дальше все, как и у остальных. По принципу: свинья грязь всегда найдет – оказался на Кипре.