Почтальон смерти - Сергей Зверев

– Что не так? Ты что имеешь в виду? – переспросил кавказец.

– А то, что это правда. Ты же сам понимаешь…

– Да с чего ты взял? – еще больше закипятился кавказец. Он вскочил. – Да ты подожди, сейчас Шабхан подъедет, он тебе объяснит, что надо думать.

Ашот не на шутку разозлился. Следователь уже стоял в нескольких шагах от компании. И в этот момент кавказец встретился с ним глазами.

Приятели заметили удивленный взгляд Ашота и оглянулись. Среди парней был еще один молодой человек с явно выраженной кавказской внешностью.

– Здравствуйте, – произнес сыщик.

Он сделал еще несколько шагов по направлению к собравшимся. Кто-то из трех девушек произнес невнятное ответное приветствие. Остальные присутствующие недоверчиво смотрели на незваного гостя.

– Вы здесь давно? – Ромашов взял на себя роль ведущего.

– А что хотел-то? – спросил широкоплечий.

– Да так, прогуливаюсь тут в лесу. Два дня назад потерял здесь кошелек. Мы с женой гуляли, и, видимо, уронил где-то… Вы не находили?

– Да нет, дед, – развязно бросил широкоплечий. – И лучше тебе здесь не искать кошелек. Тут, говорят, маньяк какой-то ходит. Не дай бог, попадетесь ему. С женой…

Приятели широкоплечего дружно заржали.

– Дурак, Денис. Он только в тех, кто здесь сексом занимается, палит, – вступил в разговор еще один молодой человек с темно-русыми кудрявыми волосами.

– Слава, перестань! – заговорила одна из девушек, голос которой Ромашов слышал чаще других, пока приближался к компании. – Извините его… Они тут выпили лишнего. Молчи уж лучше.

Ромашов по-прежнему держал правую руку в кармане. Этот факт не ускользнул от взгляда кавказца. Молодой человек не сводил глаз с его руки. Ромашов заметил это. Он аккуратно нащупал на левой стороне затвора флажок предохранителя. Повернул рычажок в безопасное положение. Затем вынул руку из кармана.

– Маньяк, говорите? Какой маньяк?

Молодые люди помолчали. Кавказец сел обратно на землю. Ромашов только сейчас заметил, что на целлофановой скатерти, где стояли бутылки, лежал пистолет.

– А это у вас что? – меняясь в лице, спросил следователь.

– Пистолет, – вызывающе ответил черноволосый южанин. Его приятель слева слегка дотронулся до его плеча.

– Ашот, не кипятись. Спокойно, – едва слышно шепнул он кавказцу.

– А ну, дай-ка взгляну, – Ромашов подошел ближе.

Кавказец схватил пистолет. Несколько секунд он молча смотрел в глаза следователю.

– На что тебе? – Ашот держал оружие за ствол, вытянув его перед собой.

– Вы знаете, что ношение оружия в нашей стране запрещено законом? – сухо произнес сыщик.

– Ну? А тебе-то что? – не унимался кавказец.

– Во-первых, не тебе, а вам, – поправил Ромашов. – А во-вторых… Дай взгляну на штуку. Пугач?

Сыщик попытался рассмотреть пистолет, но расстояние до парня было таким, что это не представлялось возможным. Близорукий взгляд следователя мог различить только силуэт оружия.

– Чего вам надо-то? – вновь вступил в разговор широкоплечий. – Какая вам разница, какой это пистолет?

Ромашов полез в карман, и Ашот тут же перехватил оружие за рукоятку.

– Тихо-тихо, Ашот, – на этот раз усмирять товарища стал сам здоровяк. – Опусти ты эту штуку.

– Это газовый пистолет, – пояснил парень в жилетке Ромашову.

Сыщик тем временем вынул из кармана свое удостоверение.

– Следователь прокуратуры Иван Викторович Ромашов. Дай сюда игрушку.

Ашот все еще колебался, но руку с оружием опустил вниз, на скатерть.

– Дай посмотрю, – настаивал сыщик.

– Дай, – приказал кудрявый. – Это у нас пугач. «Макарыч». Резиновыми пульками стреляет. Документы есть…

Следователь тем не менее руку не убрал. Кавказец после недолгих колебаний все же передал оружие Ромашову.

– Ижевский? Семьдесят девятый? – сыщик покрутил пистолет в руках.

– Да. Совместно с Техкримом делали в Ижевске. По типу боевого «Иж-9т». Мы из него по банкам стреляем, – пояснил кудрявый.

Он поднял одну из банок. На боку действительно имелась глубокая вмятина – след от резиновой пули.

– Разбираешься в оружии? – ухмыльнулся сыщик.

– Да так, интересуюсь…

Ромашов, убедившись, что пистолет действительно не является боевым, вернул его обратно Ашоту. Парень буквально выхватил ствол из рук следователя.

– Вы тут часто бываете? – поинтересовался сыщик.

– Ну, бываем иногда, – ответил широкоплечий.

– И об убийствах знаете?

– Ну да, – закивали молодые люди.

– А сюда частенько парочки наведываются. Место-то тихое. Кроме нас, здесь никто и не появляется. Да и мы редко, – один из парней в спортивном костюме и бейсболке, который до сих пор молчал, привстал на коленях.

– А когда последний раз были? – спросил следователь.

– За день до первого убийства, – ответил тот.

– Что-нибудь подозрительное видели?

– Нет. Мы вообще из газеты узнали, что в нашем лесу убили кого-то. Алена вон по фотографии узнала эту поляну. По тому дереву с дуплом. Видите? – парень показал за спины сидящих.

На окраине опушки и в самом деле стояло кривое дерево с огромным дуплом, расположенным на высоте человеческой головы.

– А тут правда маньяк ходит? – спросила девушка, которую парень в бейсболке назвал Аленой.

– Ну, маньяк не маньяк, а убийца где-то здесь рядом ходит, – ответил Ромашов. – Вы будьте осторожней. Лучше бы вы вообще перестали пока сюда ездить… Пока преступника не поймали. Зачем судьбу искушать? – Следователь осмотрелся вокруг. – Скоро уже темнеть будет, а вы – на ночь глядя в лесу…

– А где же нам еще? В тир, что ли, ходить? – заговорил второй кавказец. – В конце концов, у нас пистолет есть. Чего нам один маньяк? Мы его вам быстренько поймаем. Да? – парень посмотрел на приятелей.

Те закивали.

– Пока следствие не установило, был ли это один человек, или же это целая банда, – парировал столь бравурное заявление Ромашов. – Такое тоже не исключено. Я бы не стал на вашем месте так рисковать…

Девушка, которую широкоплечий держал за руку, стала подниматься.

– Фу, ребята! – сказала она. – Поехали отсюда. Мне что-то и впрямь не по себе. Чего мы сюда приперлись? Что, другого места, что ли, нет? Я давно вам говорила. Давайте лучше в клуб пойдем. Не хочу я больше среди ваших маньяков гулять.

– А может, правда, лучше в клуб? – поддержала подругу Алена.

– Ну! Светка, ты вечно ныть начинаешь, чуть что. – Кудрявый поднялся. – Садись. Никто тебя здесь не тронет. Что ты, трусиха какая?