Солдаты из гранита - Александр Тамоников

— Не надо приказывать, Ардан, надо попросить воинов остаться там, объяснив, что смена сейчас небезопасна. В ущелье Карак могут появиться и другие орды боевиков. Что произойдет, если они встретятся с наблюдателями племени, представить несложно. К тому же Фардини сразу же будет поставлен в известность о том, что отряд Карбаллы с самого начала под контролем. Он тут же отменит все действия по старому плану, уберет людей и приступит к новому планированию. А вот о новом плане, о его содержании мы можем не узнать, так как под подозрение попадет и человек, в доме которого в Кабуле Фардини отдает приказы. Он сменит место.

— Я все понял, — кивнул Ардан, — смены не будет, Тарак и Галад пробудут на позициях наблюдения столько, сколько надо.

— Вот и договорились.

— Чаю? — спросил вождь.

— Не помешает.

— А потом ужин и отдых!

— До этого связь с наблюдателями, инструктаж, возможно, я сам поговорю с ними. Отдых только после завершения всех мероприятий, — сказал майор.

— Хоп! Так и делаем, — кивнул вождь и позвал супругу, которая появилась тут же: — Лела, сделай, пожалуйста, нам чаю.

— А на какое время ужин? — спросила женщина.

— На 20.30!

— Хорошо!

Лела ушла, а Ардан обратился к Сандару:

— Умар, пойди, посмотри, готовят ли ужин для бойцов группы и всем ли они обеспечены?

— Так русских по домам увели, — улыбнулся заместитель. — А там так накормят, что никакого ужина не потребуется.

— И все равно проверь. Не потребуется, пойдет на завтрак, обед. В общем, все должно быть, как положено.

— Хоп, вождь, я все проверю!

— Давай, и возвращайся, хотя сегодня ты можешь остаться с семьей. Ну, а потребуется, вызову. Но решай сам. Я не гоню тебя.

— Знаю. Пойду домой!

— Давай, брат!

Портативная станция Скоробогатова сработала сигналом вызова, и он ответил:

— Первый!

— Двенадцатый! — На связь вышел связист группы.

— Что? — кратко спросил командир.

— Жду вас у калитки.

— Даже так? Иду.

Роман извинился и вышел во двор.

Прапорщик Лургин ждал, присев на бревно у забора. Встал при появлении командира:

— Извини, командир, на связь выходил генерал Володарский.

— Почему ты не соединил меня с ним?

— Он не стал настаивать на этом. Просил передать, что специалистами по электронике посольства России в Кабуле перехвачен сеанс связи между старшим офицером управления планирования ISAF и Фардини. Он передал руководству ИГИЛ информацию о нашей авиации, о запросе и реакции командования Западной коалиции.

— Черт бы подрал этих предателей! Офицер передал Фардини все по запросу нашей стороны?

— К счастью, агент Фардини в штабе ISAF не занимает должность, позволяющую иметь доступ к секретным материалам. Он передал Фардини лишь то, что мы запросили согласия Международных сил на пролет в воздушном пространстве Афганистана, без указания маршрута и даты.

— Но это все равно позволит «духам» сопоставить данные агента в штабе ISAF с реальностью, достаточно просчитать, что над плато кружили российские вертолеты и приземлились там, иначе на хрена нам кружить над территорией, где мы, по сути, создали базу.

— Не совсем так, Роман Владимирович.

— Что не совсем так?

— Достоверных данных о нахождении вертолетов на плато, я имею в виду именно тех, что должны были выйти из воздушного пространства Таджикистана, террористы получить не могут.

Скоробогатов внимательно посмотрел на связиста:

— А теперь еще раз и по-русски.

— Дело в том, что за прошедшие сутки только из Пакистана в воздушное пространство Афганистана входило восемь вертолетов талибов. А это те же «Ми-8» и «Ми-24» без опознавательных знаков. Из Таджикистана входили два вертолета по запросу генерала Дустума. А в российском запросе значится один «Ми-8».

— Точно! Жуков говорил об этом. Значит, Фардини успокоится. Если бы к Барни вышли мы, то имея всего лишь десантный вертолет. О «Ми-24» предатель-американец информацию сбросить не мог, так как ее не было и в самом штабе ISAF.

— Так точно, товарищ майор.

— Вот, значит, откуда Карбалла узнал о вертолетах. Погоди, выходит, он знает об одном вертолете?

— Как и его босс в Багдаде, о «Ми-8»!

— Понял. Ты уже пообедал?

— Да еще как, — улыбнулся прапорщик. — Попал в семью мукомола. Столько мяса, командир, я еще никогда не ел. И такого хорошего мяса, я имею в виду приготовление.

— Смотри, как бы после такого ужина не перенести узел связи в один из сортиров.

— Я препарат из аптечки принял.

— Сейчас в наш дом?

— Так точно. Отдохну.

— А вот с отдыхом придется повременить. В 20.00 жду тебя в доме вождя, будет сеанс связи с наблюдателями племени за лагерем «духов» у Хараса. Там же установлена видеокамера. Одну картинку воины-наблюдатели сбросить смогли, а вот с постоянной передачей информации на мой компьютер наверняка возникнут проблемы. Проинструктируешь парней в горах, как и что надо делать с их компьютером, дабы я получил картинку от Хараса. Понял?

— Так точно, товарищ майор. Если они сумели переслать хоть один кадр, то научить их, как постоянно передавать информацию в режиме реального времени, не сложно, там всего…

— Все, Сеня, — прервал связиста Роман, — мне забивать голову этими электронными терминами не надо.

— Я все понял, командир. В 20.00 быть в доме вождя!

Связист ушел, а Скоробогатов вернулся в главную комнату, присел на ковер.

Ардан и все остальные смотрели на него с немым вопросом.

Отпив приличный глоток чая, майор произнес:

— Из Москвы сообщили, каким образом игиловцы узнали о вертолетах. Точнее, об одном, «Ми-8»!

— И откуда? — поинтересовался Ардан.

— Из штаба Международных сил содействия безопасности в Афганистане, из ISAF. У террористов там агент, хорошо еще, что не занимающий высокое положение. Он узнал о нашем запросе на пролет через Афганистан и тут же сообщил об этом Фардини. Но… наши проинформировали ISAF о пролете только одного вертолета, «Ми-8», о «двадцатьчетверке» им ничего не известно, а значит, неизвестно и Фардини, а от него и Карбалле. Выходит, тебе, вождь, — Скоробогатов перевел взгляд на Ардана, — следует вызвать вновь своего Кунира, чтобы в докладе он обязательно докладывал и о «Ми-8», и о «Ми-24».

— Но они, получается, прилетели с севера?

— Нет. Кроме нашей «вертушки» в воздушное пространство Афганистана из Пакистана за сутки заходило восемь вертолетов, среди них и «Ми-24», и «Ми-8» без опознавательных знаков. Плюс две машины по запросу генерала Дустума из Таджикистана.