Последняя тайна рейха - Александр Тамоников

— Достоинства?

— Да, — подтвердила Матильда. — Ум, образованность, упорство, обширные познания по всем интересующим его вопросам. Он изъездил половину Европы и Азии, участвуя в экспедициях. Впрочем, кому я об этом говорю? Тебе невдомек, что враг может быть умен, эрудирован, являться интересным собеседником. Ладно, возможно, я не права и ты не такой. Злая я сегодня. Ты устроил невиданный тарарам. У тебя отменные способности все ломать. Гибель русского, с которым ты прибыл, уже была подозрительна. Потом эта свистопляска вечером. Ты вроде ушел, потом зачем-то вернулся, довел до истерики фрау Габриэллу, положил кучу солдат, убил очаровательных и совершенно безвредных собачек. — Она не выдержала, засмеялась. — Я это, кстати, наблюдала, спрятавшись на галерее.

— А Фридрих?.. — вспомнил Олег.

— Это рохля, червяк, старающийся не лезть не в свое дело. Он просто молодой научный сотрудник, трусоватый, нервный, не в восторге от нацистов, но предпочитающий их поддерживать, чтобы самому не пострадать. Я прикрывалась им, и он никогда меня не подозревал. Сегодня ночью даже из комнаты не вышел, забаррикадировался, трясся от ужаса, видимо, решил, что Красная армия пришла. Я вылезла из окна, пристроилась за людьми, которые пустились за тобой в погоню. Это был странный, непродуманный и абсолютно не профессиональный поступок, но я это сделала. А все потому, что была ужасно зла на тебя.

Майор усмехнулся. Даже у умнейших созданий противоположного пола может прихрамывать элементарная логика. Тарарам он затеял, конечно, знатный, не меньше десятка врагов отправил к праотцам. Или больше?

— Ты была настолько зла, что не сразу собралась меня выручить? Уверен, ты долго сидела у пещеры, в которой меня блокировали полицаи. Ты могла бы их сразу пристрелить, но тянула резину, наслаждалась моим отчаянием, лишь в последний момент сказала себе, мол, ладно, так и быть.

— Ага, я могла себе это позволить. — Матильда злорадно оскалилась. — Потому что знала, где в этот момент находятся другие участники погони. Твои дружки из украинской полиции нагнали на тебя страха.

Майор предпочел не комментировать это ее заявление.

— Я, кажется, догадываюсь, кто твой высокий начальник, — сказал он.

— Да, ты молодец, правильно догадался. Я работаю в Отделе контрразведки СМЕРШ Наркомата внутренних дел.

Ну вот, снова встретились заклятые друзья или, если угодно, закадычные враги. По иронии судьбы и воле высокого кремлевского начальства в природе существовали три контрразведки СМЕРШ. Еще при их формировании было ясно, что они будут не дополнять друг друга и плодотворно сотрудничать, а погрязнут в конкуренции, распрях, утаивании информации и активном вставлении палок в колеса. Возможно, на это и рассчитывал отец всех народов и лучший друг физкультурников товарищ Сталин.

Потанин представлял Главное управление контрразведки Наркомата обороны. Начальник — Абакумов Виктор Семенович, заместитель наркома обороны, комиссар государственной безопасности второго ранга. Эта структура напрямую подчинялась Верховному главнокомандующему.

Такое же название носила контрразведка Наркомата военно-морского флота, возглавляемая генерал-лейтенантом Гладковым и подчиняющаяся адмиралу Кузнецову.

Был еще третий СМЕРШ. Его возглавлял Юхимович. Подчинялась эта структура наркому внутренних дел Лаврентию Павловичу Берия.

Интересно, знает ли он о задании, выполняемом Матильдой Фогель?

— У тебя типично немецкая внешность.

— Я знаю, — согласилась девушка. — Это потому, что я немка. Чему ты удивляешься? В Советском Союзе до войны проживало несколько миллионов этнических немцев. И представь себе, не все они тайные почитатели Адольфа Гитлера.

— Да, я догадываюсь. Но извини, политика нашего государства…

— Да, она не щадит. Но здравые головы у ответственных товарищей иногда встречаются. Можешь называть меня Матильдой, но мое настоящее имя — Катарина Штольц. Я родилась еще в царской России, но выросла в СССР. Родители мои из Поволжья. Отец был представителем нашей разведки в структурах Веймарской республики, видел становление режима Гитлера. Он погиб в «ночь длинных ножей», когда приспешники фюрера расправлялись с руководством штурмовых отрядов СА, просто случайно оказался не в том месте не в то время. Я окончила московский университет по специальности археология, работала в московском филиале Института истории материальной культуры. Получила заочно второе высшее образование: антропология и этнология. Мною заинтересовались люди, о которых ты и сам догадался. Я прошла соответствующее обучение и в тридцать девятом году, за месяц до захвата Гитлером Польши, была отправлена в Краков под видом работницы института генетических исследований. Не буду рассказывать, как поднималась по карьерной лестнице, работала в немецких музеях и исследовательских центрах, выполняя задания советской разведки. Да, я уже шесть лет не видела маму. В СС не состояла, как бы тебе того ни хотелось, партия НСДАП тоже обошлась без моего членства. Выполняла самые разные задачи, в основном занималась предметами искусства и ценными реликвиями, награбленными нацистами. Информация об их новых владельцах и местах расположения уходила по каналам подпольщиков. Задание, связанное с бароном фон Гертенбергом, я получила осенью сорок четвертого, когда уже втерлась в доверие к этому субъекту. Моя мама проживает в Москве на улице Максима Горького. Она постоянно находится под контролем органов. Это к вопросу, почему меня допустили к такой работе.

— А если бы мама не была под контролем органов? — Вопрос был глупый, но вырвался.

— Да пошел ты к черту! — процедила девушка. — За кого ты меня принимаешь?

— Прости. Глупость спорол.

— Да, конечно. Ты же у нас по определению должен чесать всех немцев под одну гребенку! А почему, собственно? Потому что Гитлер немец? Да он австрияк хренов. Немцы, между прочим, тоже натерпелись от Гитлера!

«Бедненькие», — подумал Олег.

— Прости, Катюша, — сказал он.

Услышав это имя, она как-то смешалась, перестала злиться, неловко улыбнулась.

— Я пять лет не говорила по-русски, стала забывать, как это делается. Прошлая жизнь уходит в туман. Иногда мне кажется, что я и есть Матильда Фогель, холодная и расчетливая помощница бригаденфюрера СС. Настолько вжилась в роль, что порой самой страшно.

— В чем конкретно состоит твое задание?

— А вот это, извини, сказать не могу. Я не вправе разглашать такую информацию.

— Какую информацию?

— Нет, даже не спрашивай. Я должна лететь с бароном, он мне полностью доверяет и полагается на мои советы. Его прижучат в шотландском Локерби, где он должен осесть. Об этом есть договоренность с английскими спецслужбами. Фон Гертенберг важен для англичан не только как фигура, связанная с разведкой.

— Но товарища Берия его связи с разведкой тоже волнуют в последнюю очередь, верно? — выстрелил наугад Потанин и, кажется, попал.