Трансформеры: Иная история - Воля случая - Shatarn

* * *

Глава 8.(2). Я живой!

* * *

— Что? — переспросил он и конкретно так нахмурился.

— Да-да, я не герой, — подтвердил его слова. — Я просто знаю, как происходит подобная разбираловка. Я прекрасно понимаю, сколько проблем у тебя было бы, умри она там. Собственно это и есть та причина, по которой я полез в заранее проигрышный бой. Все это был расчет, а не желание спасти «глупых детишек», — признался ему в своих мыслях, сдав себя с потрохами. — Я не герой, как ты. У меня на каждый случай, следует холодный расчет, а не желание.

— Позволь уточню. Ты отправился в смертельный бой, из-за меня? — очень, вот прямо очень ровным и безэмоциональным тоном спросил у меня Оптимус.

— Ну умри я, у тебя бы, не было столько проблем. По факту, от меня, у тебя вообще не было бы проблем, — это правда, я сирота у меня никого нет. Умри я, ну было бы обидно, а остальных существенных проблем не было. — И да, я знал что встречу там своего врага; которого вы явно увидели на видео. В тот день, когда я доставал энергон, я видел его. Я подозревал, что мы пересечемся. Вы ведь видели видео? — уточнил у него, уже зная ответ.

— Да.

— Ну вот, — что и следовало доказать. — Так что в той ситуации нет: ни хороших, ни плохих, ни виноватых, отличились все.

— Зачем? — его вопрос который я не понял.

— Что? — переспросил у него.

— Зачем было это делать? — пояснил Оптимус свой вопрос. — Я нисколько не хочу оскорбить тебя, и быть грубым, но как и ты спрошу прямо; какое тебе дело до моих проблем? Ты мне ничем не обязан. Более того, это я у тебя в должниках уже во второй раз. Так ответь мне, зачем ты вновь рискнул своей жизнью?

— Дело не только в тебе, хотя и это тоже, — произнес и посмотрел на пристально смотрящего на меня Оптимуса. — Я не Джек, Мико и Раф, которые летают в розовых облаках, и думают что в этой жизни все зашибенно; а то что они делают, это весело и прикольно. Я хорошо понимаю реальность и жестокость жизни, и те проблемы которые последовали бы, умри они. И первая самая важная, это обострение ситуации между тобой и нашими сверхдержавами. Может у вас и договоренности, но прости за выражение, в дёсна вы не целуетесь. Политика это болото, и не мне тебе это говорить. Да и сам ты говорил, у тебя были определенные проблемы. Достаточно упасть одной карте и посыплется вся колода. С одной стороны, наши страны могли и забить на смерть одной девчонки. Люди умирают постоянно, плюс-минус одна, роли не играют. В военных конфликтах, смерть гражданских это вообще статистика. А вот контракт есть контракт, связи есть связи, как выгода и заработок от вашего сотрудничество. Это одна сторона медали, одного вопроса. Вторая же похуже. Те кто вас терпеть не могут, а такие точно есть! Взяли бы это за основу и начали играть в балалайку: «Из-за вас погибла девушка! Наш человек! Недопустимо!». Хотя по факту им наплевать на нее с высокой горки. Достаточно только намека и тогда третьей мировой было бы не избежать. Вот только, если до вас она считалась, как война между странами, то сейчас включились бы еще и вы. А дальше и говорить не о чем, это первый момент, что же касается второго. Даже если людям, каким-то чудным чудом и удалось бы одолеть вас. Хотя я в это совершенно не верю; и выгнать с планеты, где вы бы искали энергон? Ближайших то нет, так что…

— Ты подумал обо всем, кроме себя, — заключил за меня Оптимус.

— Если я мог, я бы пожал плечами, а так только скажу. Если ставить на весы ее жизнь и мою, в глобальных целях она приоритетнее. Простой расчет, простой вывод, вот и все…, — прошептал я и затих. Все что хотел сказать, я сказал; что-то еще говорить не имеет смысла. Да и я не знаю, что говорить.

— Когда начинаешь думать о своей жизни, как о большой мировой игре. Необходимо предусматривать абсолютно все Олег, — его слова и я вновь перевел на него взгляд. — Ты действительно предусмотрел и описал многое, я бы даже сказал почти все. Кроме одного, чувства.

— Чувства? — переспросил не понимая при чем тут это.

— Да, Олег, чувства. Мои чувства к тебе. Я тебе уже говорил, несмотря на внешние существенные различия; внутренним миром наши расы очень похожи. А, если говорить коротко, четко и лаконично, ты дорог мне, — слова Оптимуса и мои глаза широко раскрываются. — Меня волнует все, что происходит с тобой. И твоя возможная смерть, было бы ударом для меня. Очень сильным ударом, — четко глядя мне в глаза, произнес Оптимус. — Я уже говорил тебе, все что я делаю и буду делать. Это вовсе не из-за чувства и факта должника. Я просто хочу, чтобы твоя жизнь стала лучше.

— Стала лучше? — переспросил я, слегка скривив лицо.

— Именно так, — сказал Оптимус и поднялся, слегка отошел назад, явно для того, чтобы я голову не задирал, и скрестил руки на груди. — Миром правит любовь — это правило существует у всех, кто обладает хоть толикой чувств. Вот только любовь у всех разная, у кого-то к богатству, у кого-то к власти. Кто-то желает любви между мужчиной и женщиной. А кто-то хочет, чтобы его любил ребенок, ему нужна семья. В моем случае это последний вариант. Знаешь, ты был прав, когда говорил что Мико и другие витают в облаках, это так. Если брать в пример Мико, она умная, но почти никогда не думает о последствиях. Я много раз говорил ей об этом, но как ты видишь…

— Бестолку, — заключил я.

— В какой-то степени, — согласился Оптимус со мной. — Её выходка могла стоить катастрофы и этот урок, она уже уяснила, и еще уяснит сильнее, как и остальные. Тем не менее она мне когда-то сказала очень правильную и взрослую фразу: «Нельзя быть вечно одиноким». Это несомненно факт. Я