Подводное сафари - Анатолий Сарычев

– Я должен, как собачка, встать на задние лапки и завилять хвостиком? – спросил Клим, пристально смотря в глаза седому хозяину или почетному гостю странного замка.

«Нет, все же хозяин!» – решил Клим.

– Ты оскорбил мою дочь и должен смыть свою вину кровью! – с пафосом сказал Седой.

Папочка Лолы наклонился вперед и негромко сказал короткую фразу.

– Зато он несколько раз спасал мне жизнь! – закричала Лола, прижимая руки к груди.

– Все его подвиги – это блеф! – негромко сказал папенька Лолы.

Клим отпрыгнул вправо, руководствуясь навыками спецназовца: мгновенно оценивать поле боя, а то, что предстоит именно бой, Клим понял сразу.

Неподвижно стоявшая справа статуя средневекового рыцаря неожиданно ожила, сделала широкий замах старинным мечом. Не отпрыгни Клим в сторону, хорошо заточенный меч с одного замаха срубил бы ему голову.

От такого удара человека, закованного в рыцарские доспехи, развернуло на девяносто градусов.

Одетый в шорты и короткую рубашку человек – не противник закованному в железные латы рыцарю. Удар ногой в спину моментально сбил рыцаря с ног.

Громыхая железом, слева на Клима наступал второй рыцарь, меч он держал опущенным книзу, настороженно следя за каждым движением Клима.

С легким шелестом сверху упала толстая сеть, мгновенно спеленав Барсика, который пытался прийти Климу на помощь.

Человек, одетый в военную форму, выскочил из ниши зала и выстрелил в секача из длинного пистолета.

– Сегодня на ужин у нас будет свежая свинина! – громко сказал Седой, радостно потирая руки.

– Если я побью второго рыцаря, – не станешь добивать секача? – спросил Клим, пятясь к столу.

Место он выбирал напротив волосатой дочки Седого, предвкушая кровавое зрелище.

Выхватить нож и метнуть его в щель забрала рыцаря – задачка для спецназовца первого года службы, а не для капитана первого ранга – командира боевых пловцов, всю свою сознательную жизнь только и занимавшегося лишением жизни себе подобных.

Клим заметил, как еще две фигуры, облаченные в рыцарские доспехи, начали выдвигаться из углов зала.

Подобный поединок мог кончиться только одним – его смертью. Умирать Климу совсем не хотелось, тем более быть бесславно зарезанным во имя такой безобразной дочки, пусть и крутого мужика, вообразившего себя Крестным отцом.

Опять широкий замах – и резкий удар мечом. Человек, закованный в латы, метил по ногам. В случае попадания ноги могли быть отрублены по колени.

Высоко подпрыгнув, Клим пропустил меч под собой и всей тяжестью своего тела обрушился на вытянутую руку. Человек дико заорал и ничком упал, выронив меч.

Подхватив меч с пола, Клим встал перед столом, по примеру рыцарей опустив острие вниз.

Еще двое закованных в латы человек быстро двигались к Климу.

– Секача я отыграл? – спросил Клим, смахивая бицепсом пот с лица.

– Я ничего не обещал, это было твое предложение! – крикнул Седой, ухмыляясь.

Лицо его дочки заострилось и стало похожим на волчью морду. А поднятая кверху верхняя губа, обнажившая остренькие зубки, довершала сходство.

– Обманули дурака на четыре кулака! – неожиданно закричала Симона и радостно засмеялась. Рядом сидящий Вовик нежно погладил девушку по плечу.

Сморщив носище, Симона сбросила руку парня с плеча и громко закричала:

– Хочу крови! Сильно хочу крови! Я буду пить твою кровь стаканами!

– Вот что значит моя дочь! – гордо сказал Седой, и нежная улыбка разом сделала его будто вырубленное из камня лицо человечным.

Вот эта улыбка и подсказала Климу план дальнейших действий.

– Оп-па! – громко крикнул Клим, метнув меч в первого рыцаря. Острие меча вошло ему в пах, пробив доспехи. Вскрикнув, человек упал на спину.

Четвертого участника поединка это не остановило, и он, кинувшись на безоружного Клима, ударил его мечом наискосок. Каперанг успел отскочить в сторону.

Четвертый участник драки пробежал по инерции несколько метров, наткнулся на стену и упал.

В следующее мгновение Клим легко перескочил через стол.

Секунда, и еще один пистолет «ОЦ-26», появившийся в руке Симоны, перекочевал в левую руку Клима.

Засунув ствол пистолета за воротник платья девушки сзади, Клим спокойно сказал:

– Теперь, уважаемый папенька, поиграем в мою игру!

– Я все сделаю, только не убивай мою дочь! – закричал Седой, весь покрываясь белыми пятнами.

– Верю, господин, но вам придется строго выполнять мои требования. За каждое нарушение я буду ломать по пальчику у вашей дочери, – спокойно заметил Клим, легким движением руки ломая длинный ноготь девушки, который она намеревалась вонзить в щеку своего похитителя.

– Ваши условия! – жестко сказал Седой, разом беря себя в руки.

– Вы должны четко себе уяснить, что фокусы с освобождением заложницы со мной не пройдут. Служа в Иностранном легионе, я прошел курс «Антитеррор» и не раз участвовал в освобождении заложников. Вы хотите меня убить – но я вам не позволю это сделать. Я не колеблясь пристрелю вашу дочь при угрозе моей жизни.

– Ты не жилец на этом свете! – прошипел Седой.

– Это мы еще посмотрим. Вы, персонально вы, папенька, выведете нас отсюда. Дадите два «лимона» долларов, уложите моего любимого кабанчика в багажник, посадите Лолу за руль шестисотого «Мерседеса» и вывезете отсюда.

В глазах Седого мелькнул злобный огонек, но рот он не открыл.

– Вы плохо знаете физиологию человека. Даже если меня застрелит снайпер, я все равно успею нажать на спусковой крючок пистолета и вогнать вашей милой дочурке пару пуль в позвоночник, – пояснил Клим, легко ударив рукояткой пистолета в лоб Симоне, от чего та на мгновение закатила глаза.

– Что вы делаете! – завопил Седой, видя, как у девушки затряслась голова.

– Воспитываю вашу дочь – учу ее хорошим манерам! Мало того, что она гадит под себя, она еще норовит обязательно причинить мне боль, надеясь отвлечь мое внимание! – рявкнул Клим, цепляя большим пальцем левой руки воротник платья девушки.

Почувствовав, что воротник платья сдавливает ее горло, Симона затрясла головой, показывая, как ей больно.

– Я все выполню, только мне надо дать команду, чтобы принесли деньги, – быстро сказал Седой.

– Хватит болтать. Пошли вперед! – приказал Клим и махнул пистолетом Лоле.