Чеченская рулетка - Максим Шахов

Благодаря Кудинову Лопухин спас свои миллионы, в самый последний момент успев связаться с помощником. Кроме того, именно Косте Лопухин был обязан жизнью. И в этот раз олигарх не поскупился.

Передача денег произошла в строго конфиденциальной обстановке, так что достоверных сведений о том, в какой сумме выразилась благодарность Лопухина, не было. Однако она оказалась вполне достаточной, чтобы Костя смог на несколько лет оставить свои дела, которых у него, кстати сказать, было совсем немного, и слегка развеяться в столице.

Концерт в «России» был первым выступлением Серафимы после долгого перерыва и проходил буквально «на ура». Сцену сразу засыпали цветами, и устроители подумывали о том, не заказать ли для их перевозки грузовик.

А потом пришло время для исполнения самых популярных шлягеров, и Серафима после небольшой паузы проговорила в микрофон:

– Следующую песню я посвящаю человеку, благодаря которому я снова нахожусь здесь, на сцене. Он находится в этом зале. Пожалуйста, поприветствуйте его…

Луч мощного прожектора скользнул со сцены в первый ряд и высветил странно согнувшуюся фигуру. Ощущение было такое, что человек сильно застеснялся и даже не может заставить себя поднять голову. Пауза затягивалась, но тут на помощь Кудинову пришел знаменитый сосед.

От толчка в бок Костя вздрогнул и очнулся. Ошарашенно оглянувшись по сторонам мутным взглядом, он внезапно вскочил и направился к сцене с роскошным букетом в руке. Только тут всем находящимся в зале стало ясно, что спаситель Серафимы жутко, до неприличия, пьян.

Зал замер в немом ожидании, а Костя тем временем благополучно добрался до лестницы. Его здорово качало из стороны в сторону, но первые четыре ступеньки он все же одолел. А потом произошло нечто неописуемое.

Костя занес правую ногу, но опустить ее вниз на этот раз так и не успел. Его катастрофически качнуло влево, в отчаянной попытке удержать равновесие Костя взмахнул огромным букетом, но даже это не помогло. В следующий миг Кудинов уже летел вниз с лестницы. Грохнулся он так, что задрожала сцена.

Луч прожектора торопливо метнулся к Серафиме, и уже несколько секунд спустя она запела свой шлягер «Не будите спящую собаку». Чем в этот момент занимался Костя, в темноте было не разобрать.

Зато выступившие на глазах Серафимы слезы видели все. На этот раз пела она плохо, как будто через силу. Наверное, думала совсем о другом.

О чем? Трудно сказать. Может быть, о том, что мир далек от совершенства и в нем гораздо легче что-то потерять, нежели найти? Как знать…