Операция «Антитеррор» - Сергей Самаров

Ваха, отправив Гавроша с телохранителем, вернулся в квартиру.

– Муса, извини, что в такое время приходится беспокоить. Я понимаю, что тебе не до моих глупых проблем. Но, если уж я приехал к тебе, отложив важные дела, а они были очень важные – это я тебе говорю, надо решить кое-какие вопросы. Кто знает, когда свидимся...

Муса кивнул угрюмо.

Он знал, что вопросы решать придется. А время всегда бывает сложным. Дальше может быть хуже. Дальше вообще может статься, что он останется один. И Муса бросил взгляд на единственного оставшегося рядом с ним человека – на Умара. Тот привычно молчал, глядя в пол перед собой.

– Я слушаю тебя.

– Я сам расплатился с хозяином за машину, которую расстреляли омоновцы... – начал Ваха.

– Хаттаб написал тебе, что за все заплатит... – Ты же сам знаешь, что Хаттаб сейчас далеко и положение его не самое лучшее.

– Ты хочешь, чтобы я тебе вернул эти деньги? – напрямую спросил Муса.

– Это было бы лучшим вариантом, но не это самое главное.

– Хорошо, я подумаю. Надеюсь, мы найдем решение. Что тогда более главное?

– К деньгам я отношусь просто. С ними легче жить, но если денег нет, их всегда можно добыть, – о способах добывания денег он скромно не сказал.

– Я тоже думаю так.

– Гораздо труднее с людьми... – Ваха достал платок и шумно высморкался, хоть таким образом оттягивая главное, но отлично зная, что сказать это все равно придется. – С надежными людьми. А мне передали, что ты хочешь задействовать моих людей. Тех, кто умеет обращаться с оружием. Самых ценных сейчас...

Он сел за стол и достал пачку сигарет. Умар тут же принес пепельницу, но, как Ваха, видимо, привык, поднесенной зажигалки он не дождался.

Не дождался он и ответа Мусы на свои слова. Муса сам ждал продолжения, спокойно и почти величественно поглядывая на Ваху. Он сейчас одним взглядом покорил его, поставил на более низкую ступень в иерархии. Ваха это предвидел и потому оставил телохранителей на лестничной площадке.

– Недавно арестовали одного из самых влиятельных людей в городе, – пришлось продолжать самому. – Некоего Хозяинова, на которого работала твоя Гаврош. После этого здесь предвидится большой передел сфер влияния. И на меня попытаются обязательно круто «наехать». Есть такие, кто не желает терпеть чеченцев на своей территории. И мне самому очень нужны люди. Такие, как у тебя. Люди, умеющие обращаться с оружием. Но у меня их очень мало.

Муса слушал молча, чуть не высокомерно. Он уже все понял, но давал Вахе высказаться до конца.

– В общих чертах я знаю, что ты задумал, – говорил гость, – и понимаю, что, когда дело завершится, моим людям нельзя будет оставаться в городе. Но у них здесь квартиры, у многих и семьи...

– Мой дом тоже остался в Шали без присмотра. Сейчас в нем, может быть, живет чужой человек. И вернусь ли я туда – кто знает... – Короткий намек на общую судьбу чеченцев в России, на необходимость держаться друг за друга и друг другу помогать – только тогда у каждого будет свой дом и никто на этот дом не посягнет.

Но Ваху это не пробрало.

– Ты выбрал свой путь, за это тебя и уважают. А эти люди выбрали свой. И ни я, ни ты не вправе требовать от них отречения. Они не пойдут за тобой, а я не смогу их заставить. Я просто не буду этого делать, потому что тогда я буду уже не нужен им, я стану их врагом. Понимаешь?

Муса молча кивнул.

– Когда ты сегодня позвонил, я как раз разговаривал со своими людьми об этом. И ни один не захотел пойти к тебе в группу. Их и так уже начали «пасти» со всех сторон. И менты и ФСБ. К некоторым среди ночи домой приезжали. Что-то случилось в Екатеринбурге. Эхо донеслось до нас.

– Я понял, зачем долго разговаривать? Мы же не женщины. Я постараюсь обойтись своими силами.

– Какую-то другую помощь оказать мы сможем... – хотел смягчить Ваха конец разговора.

– Если что-то будет надо, я обращусь к тебе. – Муса сурово сдержан. – А что случилось в Екатеринбурге?

– Пока не знаю. Я звонил своему товарищу, его телефон не отвечает. Если новости будут, я тебе сообщу. Там, кстати, ваши тоже что-то планировали...

– Да. Но там своя группа.

Муса отвернулся к окну.

Вот и все. Дальнейший разговор не имеет смысла. Их осталось двое с Умаром. Есть еще надежда на людей, которых пришлет Хаттаб. Но сколько их будет? На большую помощь надеяться не приходится. Хаттаб знает, что Муса переманивал его людей к себе. И не рискнет прислать многих. Человек пять-шесть не справятся с задачей. Для полной операции, как спланировал ее Муса, ему необходимо не менее четырех отдельных групп. Хотя бы по три человека, хотя этого явно мало. Но даже в этом случае надо двенадцать человек. Где их взять?..

Гаврош? У нее стало на два человека меньше. Но если и удастся уговорить ее, то все равно получается только пятеро. Годных для работы четверо вместе с ней. Сам Муса может работать только головой. Надо еще восемь человек. А если их не будет?